Наталья Смирнова - Вестница

— Гм… — перебила я.

— Ах да, — вспомнила, наконец, Нриэс о сути моего вопроса. — Вас, конечно, могут расспрашивать о вашем прошлом, но если вы не ответите — это будет нормально. И ваше поведение никому не покажется странным. Тут все немножечко со сдвигами. Кто-то больше, кто-то меньше. И с именем легче. Можешь его либо сам придумать, либо тебе его дадут. Вот, например, как Змей. У него имя другое было, когда он к нам пришел, но оно к нему не прижилось, вот он и остался просто Змеем. И ещё…

Нриэс заметила, что Надя обращает на неё… ноль внимания, и что я тоже особых признаков внимания не подаю. Теперь до неё стало доходить, что стены коридора являются более внимательными слушателями, чем мы.

— Вы меня что, совсем-совсем не слушаете?

— Ага, — автоматически кивнула Надя, услышав вопросительную интонацию.

— Ну, хоть чуть-чуть меня понимаете на имперском? Вы же сегодня на ночь включали даймер?

Её глаза так стремительно наполнялись безнадежностью, что я решила ей все-таки ответить:

— Не все, конечно, но ты не обращай внимания. Так мы даже быстрее сможем научиться имперскому.

Теперь на меня смотрела подозрительно не только Нриэс, но и Землянка. Я ответила на взгляд имперки. Игра в гляделки продолжалась только около секунды. Угадайте, кто первый отвел глаза?

— Блин, — неприязненно сморщилась курсантка, — больше так не делай! А то можно подумать, что ты и вправду… полукровка…

Первую часть предложения она выкрикнула на землянском, вторую уже тихо добавила на имперском. Не затрудняясь объяснениями, имперка в конце извилистого коридора подвела нас к двери. Подавая пример, она подставила к индикатору даймер. Белое свечение сменилось зелёным, и дверь бесшумно приподнялась. Мы с Надей повторили действие Нриэс и вошли следом.

Д-да-а… Не могу сказать, что во всём этом было что-то необычное. По-моему, точно так же выглядят миллионы столовых в разных мирах. Разве что только оформлением и дизайном. Вот здесь, например столовая была круглой, а посредине неё находилась огромная балка-колонна, диаметром метров пять и возвышающаяся до потолка. Приглядевшись, поняла, что в этом цилиндрическом помещении — что-то вроде кухни. Из "цилиндра" периодически выходили люди в фиолетовой форме (слава Светлому, хоть какое-то разнообразие), и разносили на столы тарелки с едой.

— Если честно, — шепнула мне Надя, — я думала, здесь в роли официантов будут роботы.

— Я тоже в этой жизни много о чем думала, и вот бы хоть что-нибудь из этого сбылось…

Девушка, не уловив моей иронии, только пожала плечами.

— И что? Садишься куда хочешь? — Почему-то Надя снова обратилась с вопросом ко мне. Я тут же перевела его Нриэс. Та многозначительно указала на даймер и направилась к одному из столов. Имперка, по-видимому, считала, что уж банальные-то вещи объяснять не стоит.

Даймер высветил мне изображение столовой. Рядом с одним из столов обозначен был жирный синий крестик. Сверяясь по карте, я отправилась на поиски этого места. Надя пошла немного в другую сторону. Столовая была заполнена всего на четверть, но меня и Надежду рассадили почему-то за разные столы. Хотя, по логике вещей, нас должны были устроить рядом с Нриэс.

Вокруг мельтешили люди в бело-зелёных одеждах, рассаживаясь по своим местам. Я же в это время пыталась понять, а где мой стул? Дело в том, что за моим прямоугольным столом не было ни единого сиденья. За соседними столами свободных стульев тоже не оказалось. Когда я обратилась к небольшой группе курсантов с вопросом: "А где же все стулья?", они приняли мои слова за шутку и весело рассмеялись, добавив: "Все-таки остались в Академии люди, у которых чувство юмора не пропадает даже утром". И я поняла, что ответ на мой вопрос лежит на поверхности. Ведь это настолько обыдённо, что никто просто не обращает внимания. Ответ оказался очень прозаическим. Ещё раз укорив себя в банальной невнимательности и в нехватке мозгов, я подошла к своему столу, провела даймером по индикатору, и в полу тут же открылся маленький люк, из которого поднялся стул. Точнее, круглая сидушка, на одной ножке, намертво прикрепленной к полу.

Тут же подошёл ко мне человек в фиолетовой форме, из обслуживающего персонала. Поставил поднос с едой и унёсся куда-то. Насколько я поняла по обстановке, здесь каждый мог сесть только на то место, которое обозначено в даймере. И распределяли всех как бы "через одного": парень — девушка, парень — девушка, парень — девушка… И так выходило, что справа и слева от меня будут сидеть парни, а напротив — девушка.

Ковыряя вилкой в тарелке, стараясь угадать, из каких компонентов состоит эта еда и какой она может быть на вкус, я заметила, что курсанты с соседних столиков незаметно (как им кажется) поглядывают на меня. Каких только чувств я не подметила в их взглядах! Плохо скрываемое презрение. Наповал убивающее сочувствие. Лёгкий испуг. Едва скользящий интерес…

Я практически стала ощущать на себе их взгляды. Лёгкие, тяжёлые, мимолетные, внимательные, любопытные, но всё это… во всём этом явно чего-то мне не хватало…

Я выискала глазами фигурку Нади. Она сидела спиной ко мне на расстоянии пяти столов. С соседями ей однозначно повезло больше. С ней сидело еще три человека, они о чём-то оживлённо переговаривались. Конечно же, подробности разговора я расслышать не могла, но в нём явно было что-то смешное, раз они так весело смеялись. Насколько я заметила, Наде не уделяли такого количества взглядов и шепотков, сколько их было направлено на меня. Её вообще как будто бы не замечали. Выходит, это я что-то делаю странное?.. Хм… Любопытно. И чем же я отличаюсь от остальных? Одета — как все, ем то же, что и все, сижу как все. Я оглядела свою футболку. Сначала я даже решила, что ЭМИТУП устроил какую-нибудь светомузыку, но, взглянув на футболку, поняла, что кристалл не имеет к этому никакого отношения.

Тёмный, что же всё это значит?!

Я уже почти решила обратиться с данным вопросом к какому-нибудь курсанту, как заметила приближающуюся к моему столу группу людей. Знаете, вообще существует много классификаций и делений между людьми. Одна из них говорит, что люди делятся на два типа: тех, которые вечно попадают в какие-нибудь неприятные истории, и на всех остальных. Так вот, если на секунду представить, что я все-таки отношусь к роду людскому, то я медленно, но верно перетекаю… из второй категории людей в первую.

К чему я это говорю? А к тому, что четверо подошедших, на мой взгляд, имели общего с людьми не намного больше, чем я. Нет, выглядели они, как и все люди, только вот воспринимала я их слегка по-другому. А, Тёмный, да что же всё это значит?!