Шерит Болдри - Заклятие монастырского котла

— Где вы были? Мы с отцом Полем ищем вас повсюду!

И тут он увидел Элеонор.

— Все в порядке, брат Тимоти, — сказала Гвинет. — Мы вам по дороге все расскажем.

Брат Тимоти явно не был уверен, что все в порядке, тем более, что лорд Роберт развернулся и ушёл к себе, даже не попрощавшись с гостями. Гвинет мысленно попросила Господа, чтобы травы Эдмунду помогли.

Слуги запрягли мула и подняли решётку ворот. Гвинет помогла Элеонор взобраться в повозку, а брат Тимоти все стоял, недоуменно глядя вслед лорду Роберту.

— Пора ехать, — сказала ему Гвинет. — Поверьте мне, святой отец, нам нужно уехать, и побыстрее, пока он не передумал!

Брат Тимоти перевёл на неё озадаченный взгляд, но всё-таки занял своё место в повозке и взял в руки вожжи. Гвинет и Гервард тоже поспешили усесться, и повозка выехала из ворот Хардвика.

Элеонор весело прыгала на мешках с соломой, то и дело повторяя своей Мелюзине, что они скоро будут дома. Гервард достал котомки и раздал всем по щедрой порции хлеба и сыра.

— Как лорд Роберт сумел увезти тебя из Гластонбери? — спросил он у Элеонор.

Девочка задумалась.

— Я обещала Эдмунду, что покажу ему кости Артура, — объяснила она. — Поэтому я встала рано-рано, пока Хильда ещё спала, и мы с Эдмундом и его папой пошли в часовню. А потом…

Лицо Элеонор омрачилось.

— Эдмунд упал и закричал, будто от боли. А потом он лежал, как мёртвый, я и думала, что он мёртвый, и его отец начал плакать, а я хотела пойти позвать папу, но лорд Роберт сказал, что Эдмунду будет гораздо лучше, если я поеду с ним в Хардвик, чтобы ему не было скучно.

— А потом? — осторожно спросила Гвинет.

— Потом лорд Роберт отнёс Эдмунда к носилкам, а мне сказал, чтобы я ехала в тележке, где подушки и всякие ткани, потому что там мне будет тепло и мягко. А я хотела посмотреть, куда мы едем, и высунула голову, и стражник на меня накричал, чтобы я не высовывалась. Он меня напугал, — добавила она, вздохнув, — и я потеряла своё чудное ожерелье.

— Так вот как Бедвин нашёл ожерелье! — обрадовалась Гвинет. — Слышал, Гервард? Элеонор обронила его в лесу, а Бедвин просто подобрал.

— И значит, он невиновен, — просиял брат Тимоти, оборачиваясь к ним. — Возблагодарим же Господа! Я не мог поверить, что этот человек способен обидеть дитя.

Они проехали Уэллс уже в сумерках. Элеонор спала, свернувшись клубочком между мешков с соломой. Гвинет задумчиво глядела вперёд. Вот где-то в лесу замерцал огонёк. Он приближался довольно быстро, и Гвинет поняла, что кто-то едет навстречу. Вскоре ей удалось разглядеть две запряжённые волами повозки и всадников с факелами, охранявших ценный груз.

Первая повозка была до отказа загружена туго набитыми мешками. Когда колесо телеги попало в ямку, Гвинет услышала отчётливый звон золота. На второй лежал огромный чёрный котёл — рыбный садок из аббатства Гластонбери, тот самый, что исцелял когда-то израненных воинов Брана Благословенного. Гвинет даже сумела разглядеть ворона. В дрожащем свете факелов его распростёртые крылья казались живыми и трепещущими, словно птица пыталась вырваться из железного плена и умчаться в ночное небо.

А когда повозки сблизились, Гвинет узнала в том, кто правил волами, лорда Ральфа Фиц-Стивена.

— Элеонор, проснись! — сказала она, тряся девочку за плечо. — Слышишь, Элеонор? Твой папа здесь!

Малышка приподнялась и села, сонно моргая. Лорд Ральф остановил повозку и уставился на неё, словно не верил своим глазам.

— Элеонор? — хрипло произнёс он.

— Папочка! — завопила Элеонор и бросилась к нему на шею.

Лорд Ральф подхватил дочку на руки и спрятал лицо в её золотых волосах. Через несколько мгновений он всё же справился с собой и обернулся посмотреть, кто привёз ему Элеонор.

— Брат Тимоти, вы ли это? Гвинет? Гервард? Кто-нибудь объяснит мне, наконец, что здесь происходит?

— Мы нашли вашу дочь в Хардвике, милорд, — сдержанно произнёс брат Тимоти.

— В Хардвике? — недоверчиво переспросил лорд Ральф. — Как она там очутилась?

Гвинет и Гервард соскользнули с повозки и подошли поближе. Гвинет покосилась на брата Тимоти — стоит ли рассказывать лорду Фиц-Стивену о том, что натворил отец Эдмунда? Юный монах ободряюще кивнул. Но Гвинет все ещё сомневалась.

— Милорд, Элеонор благополучно вернулась домой, — произнесла она. — Так ли теперь важно, где она была и почему там оказалась?

— Разумеется, важно! — отрезал лорд Ральф. — Расскажи мне. Немедленно!

— Элеонор увёз лорд Роберт, — признала Гвинет. Но рассказывать о тайне котла ей все же не хотелось, и поэтому она продолжила так:

— Лорд Роберт считал, что общество Элеонор поможет его сыну выздороветь. А когда он понял, что натворил, то почему-то решил поправить дело второй, не менее глупой ошибкой и потребовал выкуп. Я уверена, он с самого начала искренне хотел вернуть вам дочку в целости и сохранности.

— Лорд Роберт похитил мою дочь?

Губы лорда Фиц-Стивена сжались в твёрдую линию.

— Я немедленно еду в Хардвик. И пусть мой меч покажет этому негодяю…

— Не надо, милорд, прошу вас! — взмолилась Гвинет, позабыв от волнения, что осмелилась перечить аристократу. — Лорд Роберт вовсе не негодяй! Он обезумел от тоски и тревоги за сына!

Лорд Ральф задумался.

— Вспомните, милорд, как вы волновались, когда пропала ваша дочь! — подхватил Гервард. — Что было бы, если бы вам сказали, что она умирает?

Лорд Ральф вздохнул и покрепче обнял Элеонор.

— Не знаю, почему вы защищаете этого человека, но как я могу отказать спасителям своей дочери?

Он расправил плечи и повернулся к своему спутнику, привёзшему котёл:

— Распрягайте волов и спихните эту рухлядь с дороги! Незачем тащить её обратно, когда каменщики уже готовы сделать новый садок.

Гвинет в смятении смотрела, как погонщик спрыгнул с телеги и взялся за упряжь. Неправильно это — оставлять котёл Брана Благословенного в кустах у дороги! А вдруг кто-нибудь найдёт его и узнает его секрет? А вдруг котёл попадёт в руки Генриха из Труро и ему подобных — кто знает, каких бед он тогда натворит?

— Милорд, прошу вас, — вмешался вдруг Гервард. — Верните святым братьям их старый садок. Брат Майлз очень огорчён, что вы его забрали. Да и каменщикам не придётся зря работать…

— И то верно, — благодушно признал лорд Ральф, и Гвинет потихоньку перевела дух. — Ладно, везём чан обратно! Тем более, одному Господу известно, где мы в следующий раз достанем денег для строительства…

Со стороны Уэллса послышался стук копыт, и в круге света появился всадник на вороном коне — Годфри де Массар.

— Лорд Ральф, — начал было он, и вдруг просиял:

— Элеонор! Живая! Слава Богу!