Виктор Исьемини - Львы и Драконы

— Известно, кто. Городские явились сызнова, у кого жалобы, кому просто желательно твоим демонским величеством поближе полюбоваться. Кендаговы орки пожаловали, сто рыл. Ну, эти-то прилично себя ведут. А толстяк больше всех орет.

— Какой еще толстяк?

— Ну, этот — бывший старшина кузнечный. — Желаю, орет, самолично полюбоваться нашим законным королем! Уж так, орет, его ждал! Я его и так, и этак — мол, уймись, мастер… А он ни в какую. И орет.

— Паршивый, значит, из тебя начальник стражи, если не можешь унять.

— А я и не просился на должность собачью, между прочим… эта… Так что мне просителям-то сказать?

Ингви тяжко вздохнул.

— Нет, я должен куда-то скрыться… На неделю, на две или на три. Пока все привыкнут, что у них есть король… не такой король, который наконец-то вернулся и сделал всех счастливыми, а такой, которому нужно повиноваться и платить налоги. Да, трех недель, наверное, хватит! Я на некоторое время исчезну… Никлис, Мертенка ко мне! И командира орков! Кто у них за старшего?

За старшего у орков оказался Звент — молодой воин успел сделать карьеру и дослужился до звания сотника. Ингви велел ему организовать караульную службу в городских воротах, обходы стен и прочее, что положено в укрепленном городе. Мертенку демон поручил «привести в порядок финансы», а когда канцлер принялся жаловаться, что все запущено и развалено, и что непонятно, с чего начать, и что предстоят выплаты, а в казне свищет ветер, строго отрезал:

— Вы, сэр, мой канцлер и подобные вещи должны понимать лучше меня самого. У нас имеются поместья покойного Кадор-Манонга, все, что можно оттуда вывезти и реализовать — пускайте в ход… Кстати, Звент, а твой сеньор не собирается вручить нам налоги с графства Ничейные Поля?

Молодой орк доложил, что — конечно, да, собирается. Обоз уже формируют… Мертенк немного успокоился, он прекрасно знал, что если орки привезут денег, то этого хватит надолго.

Ингви раздал кое-какие указания (да, кстати, велел канцлеру назначить толстому инвалиду-кузнецу пенсию), и приказал собирать конвой — он отправляется на запад. Хочет, не спеша, проехать по Энмарскому тракту до самой границы, до Благословенного Края. А Звент пусть выделит два десятка солдат, желательно каменщиков — нужно снова основать пограничный пост, таможню… Вообще-то у Ингви были большие планы по благоустройству Энмарского тракта — верстовые столбы, места ночевок с казенными питейными заведениями… Конечно, в царствование Кадор-Манонга торговля существенно сократилась. Но демон надеялся, что в скором времени убедит энмарцев в безопасности старого пути, тем более, что в Апльду дошли слухи с западного побережья — там снова активизировались морские разбойники, северянам удалось сильно потрепать энмарский и имперский боевые флоты. Сухопутный путь наверняка должен выглядеть сейчас предпочтительней… Еще неплохо организовать такую же благоустроенную трассу через Ничейные Поля в Геву — надежно охраняемую орками и с комфортабельными стоянками. Постоялые дворы на оживленной дороге — тоже прибыльное дело! Конечно, людей для этого не хватает, придется завлекать добровольцев — соблазнять помощью казны и налоговыми льготами.

Конвой собрали за час, Ингви прихватил с собой, помимо Ннаонны и выделенных Звентом орков, чародея Вентиса, Карикана с Аньгом, полдюжины солдат во главе с верзилой Стером… Прихватили с собой три фургона — припасы, инструменты…

Поскольку колонна, включающая повозки и пеших орков, ползла по тракту неторопливо, Ингви с вампирессой поскакали вперед — просто так, чтобы побыть наедине. Стеру было велено вести колонну, не дожидаясь короля, он потом сам их нагонит или подождет.

Демон с Ннаонной проехали вперед, затем свернули в лесок. Выбрали поросший рыжеватой травой пригорок, привязали лошадей и повалились на залитой солнцем лужайке. Они лежали в траве и глядели в синее-синее небо. Им было хорошо. Никуда не надо спешить, ни о чем заботиться… Даже глядеть никуда не надо — только бездонное небо перед глазами… хорошо…

Скорей! Скорей! Гезнур поднял конвой до рассвета, быстро позавтракали, оседлали коней — и в путь! Туда, где над округлыми верхушками сопок предрассветное серое небо начало наливаться розовым светом… Все ярче и ярче… И вот уже над холмами Тролльхейма поднялся ярко-алый слепящий диск.

Спустя два часа после того, как покинули замок Вернест, анрухский сеньор догнал Гезнура и, перекрикивая стук копыт о каменистую почву предгорья, прокричал:

— Скоро граница! Придержите коня, ваше величество! Здесь не годится спешить!

Король вскинул левую руку, подавая знак свите, а правой подобрал поводья. Когда перешли на шаг, спросил:

— А почему бы нам не поторопиться? Вы говорили, сэр, что тролли будут ждать на границе.

— Э, видите ли, ваше величество… — сопровождающий замялся. — Граница-то — она, конечно, рядом… Но ее как бы и нет, хотя, разумеется, граница есть… Граница нерушима и невидима.

— Как это?

— Мы знаем, где проходит граница, и соблюдаем ее весьма тщательно, поверьте! Но каменюки-то этого не знают! Им бессмысленно объяснять некоторые вещи. Вот, скажем, граница… Наши все знают, начиная с каких пор в холмы лучше не соваться. Вы заметили, что после Вернеста мы не встретили ни единой души?

— Но ведь утро, в такую рань — кого же можно встретить?

— Однако ни дымка, ни жилья! Ничего! А все эти земли принадлежат Андруху! Тролли бродят здесь, когда хотят, не соблюдая границ. Просто не знают и не желают знать, какие камни и холмы считаются принадлежащими Андруху, а какие еще нет. Вот здесь никто и не селится, потому что рискованно. Тролль, проходя, может разрушить дом, растоптать стадо — не со зла, а просто потому, что не пожелал переступить через овцу. Или, допустим, если он голоден… Эти булыжники — такие тугодумы! Такой, если случится над чем-то задуматься, может часами шагать…

— Не замечая ничего на пути? — покачал головой Гезнур.

— Учитывая из размеры — скорей, не замечая ничего под ногами… А теперь, ваше величество, велите своим людям придержать коней. Отсюда мы поведем вас так, как положено передвигаться в Тролльхейме.

— Однако я думал, мы еще на Андрухской земле?

Гезнур огляделся, рельеф был уже совершено не тот, что в западной, равнинной части Андруха. Местность представляла собой монотонное чередование пригорков и долинок между ними — будто вздыбились волны на море, да и застыли каменистыми холмами…

— Мы полагаем так, — согласился дворянин, — но булыжники могут считать иначе.

Рыцарь созвал своих латников и отдал приказы. Теперь ритм движения изменился. Дозорные из числа местных выезжали вперед, поднимались на сопки, осматривали окрестности и подавали знак — тогда колонна пересекала очередную долину, а разведчики взбирались на следующий холм… Гезнур задумался… Вверх-вниз, вверх-вниз… Захотелось спать, сказывалась изнурительная скачка и слишком короткий сон на привалах… Из забытья короля вывели крики дозорных. Гезнур встрепенулся и оглядел холмы. Точно по ходу колонны, под слепящим диском солнца, искажающим очертания пригорка, вершина сопки будто бы колебалась под ветром.