Джоэл Розенберг - Серебряная корона

Он спрыгнул с Морковки, неуклюже оскользнувшись на мягкой, сырой земле.

Тэннети спешилась следом.

– Думаешь, они еще внутри? – чуть слышно прошептала она. – Довольно глупо для убийц.

– Не так уж и глупо – если мы будем настолько глупы, чтобы постучать и войти. Вариантов все равно никаких; мы обязаны считать, что они там, возможно, двое внутри, один снаружи – на страже.

– А если их нет?

– Если нет – подумаем, что делать дальше. Сейчас мне от тебя нужна помощь, а не возражения.

Карл отвязал от седла меч.

– Не вынимай клинка – они могут высматривать блики.

Сам он держал меч в ножнах в одной руке, а пистолет – в другой. При необходимости можно успеть выстрелить из пистолета, бросить его и выхватить меч, отшвырнув ножны, – на все это уйдет куда меньше времени, чем вытягивать меч из пристегнутых ножен.

Тэннети сняла с Пиратки переметные сумы, перебросила их через плечо и накрепко привязала к поясу кожаными ремешками.

Карл осторожно положил повод Морковки на землю и наступил на него.

– Стоять, девочка, – велел он, кивком позвал за собой Тэннети, пригнулся и двинулся к хижине; на краю поля он лег на брюхо и пополз.

К дому подобрались сзади; лежали в грязи, прислушивались, ждали.

У Вертана был не настоящий амбар, а так себе развалюшка, где он хранил инструменты и держал кур. Что бы ни случилось в доме – птицу это не всполошило.

Тэннети задышала ему в самое ухо.

– Ты знаешь внутреннее устройство дома?

– Нет. А ты?

Она покачала головой:

– К сожалению.

– Тогда пойду я. – Карл отдал Тэннети пистолеты, вытянул меч из ножен и аккуратно положил их на землю. В путаных закоулках дома от меча проку больше, чем от пистолета. В руках Тэннети пистолеты будут более полезны.

– Проберись к парадной двери и пошуми там немного – только не слишком. Я начну, когда поднимется шум. Если понадобится твоя помощь – я позову, нет – оставайся снаружи. Но если я вышвырну кого-нибудь в окно или дверь – он твой.

Она кивнула и приподнялась. Он схватил ее за плечо.

– Будь внимательна – возможно, они не внутри.

Тэннети стряхнула его руку.

– Делай свое дело, а я свое сделаю.

Карл ждал, стоя у заднего окна. Хижина вполне могла оказаться ловушкой – но что с того? Пускай; в ловушку попадутся сами ловцы.

Тэннети развлекалась по-своему; должно быть, она…

Хрясь!

Треск ветки призвал Карла к действию. Ударом ноги он распахнул настежь заднюю дверь, прыгнул в сторону и нырнул сквозь затянутое пергаментом окно.

Приземлился он на плечо, перевернулся на грязном полу и вскочил, держа меч наготове.

Приготовления оказались ненужными. В хижине не было никого.

Никого живого. Комната пропахла смертью.

Карл заставил себя профессионально взглянуть на тела. Вертан лежал на спине, слепо уставясь в потолок, слева в груди торчало оперение арбалетного болта. Его жена и дочка лежали на боку, разбросав руки и ноги, одежда их была в беспорядке, на полу застывала кровь из перерезанных глоток.

Представить, что здесь произошло, было нетрудно. Вертан, должно быть, услышал снаружи шум и вышел посмотреть. Решил, наверно, что хорек подбирается к курам. Наемники убили его, а после прирезали его жену и дочку – чтобы те не подняли тревогу. Судя по царапинам на сапогах Вертана, в хижину его втащили.

На девочку Карл смотреть не мог. Ей еще не было трех.

Я не должен позволять себе злиться, подумал он, усилием воли заставляя пульс стать нормальным и не так бухать в ушах. Злостьведет к ошибкам. Она – их союзник, не мой. Я не должен злиться.

–  Тэннети, – спокойно сказал он, – я выхожу.

Он подошел к передней двери, открыл ее, шагнул за порог и аккуратно притворил дверь. Дождь кончился. Влажный ночной воздух льнул к коже.

– Ну?

– Мертвы. Вертан, его жена и дочь.

«Я их нашел, Карл».

Он запрокинул голову. В вышине, затмевая звезды, парил Эллегон.

«Где мерзавцы?»

«Дальше по дороге, примерно в четверти мили отсюда – под старым дубом».

Карл кивнул. Дерево, хоть и плохо, но было видно.

«Ониувидели сигнальные костры вокруг Нового дома и теперь решают, что делать дальше. Вожак подозревает, что кто-то поднял-таки тревогу, но уверенности у него нет. И – если тебе интересно – пришли они по твою душу. Ты бы…»

«Оружие?»

«Пара арбалетов, мечи, ножи… Карл, я могу вызвать одно из отделений Давена».

«Нет. – Он сунул в рот два пальца и свистнул. – Они мои».

– Какого ты черта свистишь?! – Тэннети вырвала его руку изо рта. – Они же совсем рядом – еще услышат…

– А что – это мысль. – Он стянул рубаху. – Пусть уж и увидят. – Карл возвысил голос. – Эй, там! Вы меня слышите?

В ответ – ни звука.

– Ты свихнулся, Карл, нельзя ведь…

– Нет. – Тыльная сторона его ладони замерла в дюйме от ее лица. – Они мои, – проговорил он спокойно. – Все вместе и каждый из них.

– Хотя бы возьми пистолеты…

– Нет. – Он медленно покачал головой. – Я хочу ощущать их смерть. Хочу… – Он оборвал себя. Оставь чувства на потом. Когда они будут мертвы.

Он поднял меч над головой, взмахнул им и зашагал по дороге к старому дубу.

– Я Карл Куллинан! – ревел он. – Слышал, вы ищете меня, негодяи? Я жду вас. Если я нужен вам – придите и возьмите.

Когда он приблизился к дереву, темная тень выросла меж стволов кукурузы; Карл повалился ничком; арбалетный болт просвистел над его головой.

Карл помчался к воину. Но убийца не стал дожидаться он нырнул в кукурузу и побежал. Слишком быстро. Карл мог определить, куда он бежит, по шороху стеблей. Он рванулся сквозь кукурузу и обрушился на наемника – и его меч, и арбалет врага отлетели в ночь.

Это не имело значения; противник был вдвое ниже Карла. Они закружили по полю, Карл коленом ударил убийцу в промежность, потом ребром ладони врезал тому по шее, ломая горло.

Наемник сделал пару неверных шагов, захлебнулся кровью и умер.

С одним кончено.

Карл откатился на пару шагов в сторону, присел на корточки, огляделся и прислушался.

Ничего. Ни звука. Двое оставшись врагов оказались не настолько глупы, чтобы поднять с перепугу шум.

К тому же Карл был безоружен, меч его канул куда-то во тьму.

Плохо. Он с сожалением подумал, как же был глуп: очертя голову кинулся в поле, да еще и Тэннети приказал не вмешиваться – но с этим было ничего не поделать. Закричи он, позови на помощь – единственное, чего он добьется, это выдаст свое местонахождение двум оставшимся убийцам, а у одного из них все еще в руках арбалет.