Евгения Федорова - Чувство времени (СИ)

— Сейчас высеку его, чтобы знал свое место. Потом ты выяснишь, виноват ли сын фермера. Если виноват, разговор будет другим. Если не виноват, я решу.

— Ты не имеешь права, — от такого возмущения Рынца даже охрип. — Есть законы, за нападение на жителя Форта — смерть.

— Только если житель Форта достоин защиты магов, — заорал я, теряя терпение. — Что тебе не ясно из моих слов, Рынца?

— Все ясно, пошли на площадь, решил сечь — секи, — внешне Рынца согласился со мной, но все было не так, и шел он за мной проследить, чтобы я непременно наказал парня. Он как никто другой знал, чего я стою, и знал, во что обойдется мне поднять руку на простого невольника, который не причинял мне вреда.

— Попробуй мне только пикнуть, — прошептал я на ухо Алену. — Я с тебя шкуру живьем сниму. Из-за тебя я вляпался в эту пакость.

— А я и не просил меня защищать, — так же тихо огрызнулся юнец. Я опешил, потом улыбнулся — люблю непокорных. Хорошо бы еще он действительно заступился за реальную девушку, а не обманул меня.

— Пятнадцать ударов, понял?

— Это возмутительно, — тут же обозлился Рынца, нагнавший нас. — За такое и тридцати мало.

— За глупую драку и десяти достаточно, — отрезал я. — Кроме того, если мальчишка и вправду защищал женщину…

— Себя вспомнил, да? — желчно спросил маг. — Помнишь, как висел на столбе, ожидая суда, а в тебя бросали камни?

— Ты забыл, что меня признали невиновным? — сухо уточнил я.

— Сейчас никто бы не стал разбираться! — вырвалось у Рынцы, его глаза забегали. Он понял, что перешагнул границу дозволенного.

— Это меня и пугает.

— А я считаю, так верно. Нечего плодить всякое отребье, — похоже, он уже не мог остановиться.

— Вроде меня, да, Рынца, договаривай уже? — я грозно надвинулся на мага, отпустив Алена. Парень выдохнул и стал тереть вывернутое плечо. Кажется, в споре с Рынцей я немного забылся. Пора было завязывать с этой словесной перепалкой, и маг это понимал также как я. Потому он приветливо улыбнулся и потянулся к поясу, где неизменно висел его бич с окованным железом хвостом. Страшное оружие, способное с легкостью убить.

— Я дам тебе плеточку, — ласково сообщил он.

— Не нужно, — я отвернулся и отвел руку в сторону. Прикрыл на мгновение глаза и поднял кисть. В моей ладони, изогнувшись причудливой дугой, вспыхнул кнут. Голубоватое свечение растеклось по кисти и стало притухать. Ален задержал дыхание, Рынца отступил на шаг.

— Сними рубашку, встань к столбу, — твердо велел я, содрогнувшись внутренне и, подойдя следом за парнем, затянул на его запястьях ремни. Уж я то знаю, что так легче, ведь часть веса можно перенести на руки. А когда просто стоишь без опоры, легко упасть и опозориться. — Готов?

Парень дернул головой, и я мягко повел кнутом вперед. Хлестко прозвучал удар, на коже появилась красная полоса. Запоздало Ален содрогнулся, но так всегда: боль от первого удара приходит не сразу. Я отвел руку, ударил снова. Было слышно, как парень едва сдержал стон. И то верно, не всякий человек способен просто терпеть, сцепив зубы. Что-то я слишком много на него возложил. Ударил еще и еще, оставляя бардовые, параллельные полосы, подспудно ожидая в любой момент крика, но парень молчал. На седьмом ударе я почувствовал, что Рынца вот-вот взорвется. Тогда довернул кнут, протянув Алена вдоль всей спины, слегка надрезая кожу. Кровь обильно потекла из раны, парень едва заметно провис на ремне. Я видел, как пальцы его, до того сжатые в кулаки, расслабились. От вспотевшей кожи шел легкий пар, воздух по-прежнему был холоден.

Еще удар, мягкий, почти не качнувший тело, потом снова.

Я чувствовал, что Ален сдался, но сознание не потерял. Четырнадцатым ударом я снова рассек ему кожу и замер, отшвырнув от себя кнут, который распался в воздухе, истаяв.

— Не досчитал, — прищелкнул языком Рынца.

— Надоело, — я уставился на него и под моим неприятным взглядом маг попятился. — А теперь займись своими прямыми обязанностями и разберись с этим сыном фермера. Но если я узнаю, что ты что-то утаил…

Я надвинулся на Рынцу и тот, весь искривившись и зачем-то плюнув мне под ноги, быстро скрылся из виду.

Щеку тронуло мягкое прикосновение солнца, неуверенный в собственных силах луч пробился сквозь тучи.

«Разгуляется, — с удовлетворением подумал я. — Это — словно прощение от мира за то, что я только что натворил. Надо было остановиться раньше, опять я пошел на поводу у магов!»

— Ну что, живой? — я стал ослаблять ремни, когда ответ Алена поверг меня в замешательство:

— Спасибо.

Я придержал парня за локоть и переспросил:

— Спасибо?

— Я нагрубил, — сказал Ален вяло, и в том была не его вина. — Но вы, дори, все равно обошлись со мной по-доброму.

— Да уж, — проворчал я. — Какое тут добро-то?

— Он бы повесил меня на столбе, этот Рынца. Я видел вора, болтающегося на веревке…

— Вор не только украл, но и убил, — возразил я. — Иди-ка ты за мной, защитник. Рынца совсем распоясался, я бы все равно не дал ему тебя повесить, потому что нельзя лишать жизни просто так. Надеюсь, про девку ты не сочинил.

— Нет, — Ален перекинул через локоть свою рубаху и поплелся следом. Было видно, что холод остужает обожженную кнутом кожу. — Но ведь он от меня не отстанет?

— Ты думаешь, у магов нет других дел? — с сарказмом уточнил я и поймал его серьезный и понимающий взгляд. Этот взгляд меня поразил.

— Чтобы отомстить вам, дори Демиан.

— Да, не позавидуешь тебе, Ален, — согласился я. — Не вмешайся я, тебя бы повесили. Вмешался — сначала высекли, потом повесят.

— Это неизбежно?

— Хочешь попробовать сбежать? — вопросом на вопрос ответил я.

— Говорят, всех беглецов находят, и тогда их ждет вовсе ужасная смерть. Говорят, у Форта хороший палач…

— Более чем. Рынца умеет причинять боль…

— Это был он? — парень встрепенулся, но как-то ненатурально. Боль слишком выматывает людей.

— Да, и что хуже всего, мне придется вскоре отбыть по морю к южным островам, так что за тобой приглядеть не удастся.

— Я знаю кое-что в мореходстве, — сообщил парень. — Умею с парусами и снастями…

— Взять тебя с собой? Неплохая идея, — я поджал губы и открыл дверь башни — мы дошли. — Надо подумать. Пару дней и вправду будет спокойно, потом Бегущая отчалит. Думаю, у нее команда — полный комплект, но сведущие люди никогда не будут лишними. Сойдешь за гребца на крайний случай, если оправишься.

— Я оправлюсь, но Бегущая — парусник, на ней нет нужды в гребцах, — он даже спину выпрямил, чтобы доказать, что все хорошо.

«Видимо, хочет жить», — подумал я.