Елена Лобанова - Реализация

Талик топал по дороге и внимал болтовне Силя в фоновом режиме: про леса, поля, горы, реки и самые дорогие города. В голове все время крутился совершенно дурацкий стишок, который сам собой подстроился по обстоятельства: "Хорошо быть кискою, хорошо собакой, еще лучше демоном в смеси с волколаком". Локоть уже не болел, только чесался. Блохи пили кровь в меру, а ловить их было даже интересно. Та часть Талика, которая осталась человеческой удивлялась, отчего это её не возмущает наличие насекомых на теле? Демоническая часть требовала избавиться от жильцов, намекая, что блохи с грозным обликом не вяжутся. Волчьей сути не было до их мнения никакого дела - она хотела поесть, поваляться по травке, благо кругом раскинулись некошеные луга, и почесать ногой за ухом. От противоречивых и противоестественных желаний писатель Золотов чуть не одурел, но вовремя понял, что он просто спекся. Кожаные штаны поверх мохнатых ного-лап создали такой парниковый эффект, что захотелось срочно в Сену. Но Сена к полудню осталась далеко в стороне. На горизонте синей стеной стоял лес, который даже издали выглядел дремучей некуда.

- А давайте на опушке привал устроим, а? - Талик ожидаемо получил кивок от Баськи, десяток - от Силя и безразличное пожимание плечами, от идущего впереди эльфа.

До Бобруйска предполагалось тащиться по дорогам два дня, но кавайный заверил, что впереди есть поселки. Еще до вечера можно будет найти ночлег с крышей и кроватями, в крайнем случае - с сеновалом. Но демону лучше шерсть не показывать, накрыться плащом и прикинуться мирным-мирным. А то население, бывает, демонов не любит. Талику это вдалбливание местных традиций уже надоело, и он рыкнул на гида. Гид скуксился. Занудный эльф, казалось, видел затылком:

- Вот поэтому и не любит.

Наль просто нутром чувствовал, что дела их идут все хуже и хуже. У попадана появились звериные замашки, а вместо рассудка время от времени проступали голые инстинкты. Читатель Зольников принюхивался как пес, иногда дышал, вывалив язык, и не замечал этого, а вместо того, чтобы мычать какой-то навязавшийся ему мотивчик, поскуливал. В связи с этим, опушка леса была не самым лучшим местом для отдыха. Лес все-таки. Мало ли какой след возьмет и рванет охотиться - бегай за ним потом. Инструкций уже и так было нарушено столько, что не перечесть. Эльф нарушал их даже тем, что шел впереди. Пока длинноухое недоразумение, считающее себя "сородичем", щебетало о всяких пустяках, они миновали две развилки. Попадан вполне мог выбрать любую из дорог и следовать до Бобруйска по густонаселенным местам. Хорошо, что попаданше было все равно, куда следовать за ручку с демоном. А то очередную теплую встречу они бы уже поимели. Так что из всех зол лес был, на самом деле, наименьшим, и Наль решил не вмешиваться.

Мир как будто решил усыпить бдительность и поиздеваться над излишне нервным и подозрительным эльфом. Когда до носа не доносился запах псины, идущий от попадана, изумительно пахло прогретым на солнце разнотравьем. Над зеленым морем травы летали бабочки и стрекозы, жужжали шмели, порхали какие-то пичуги, в вышине парил ястреб и время от времени добавлял в общую идиллию свой охотничий клекот. Природа была как всегда прекрасна и разумна во всех проявлениях, раздавая каждому по заслугам. Она полной мерой дарила попадану всё, что прилагалось к прелестям оборотничества. Назвался волком - полезай в шкуру! Ближе к лесу попадан уже рычал, взвизгивал и сам себя лупил. Кобылка светлой, почти буланой, масти никак не могла соперничать с черными крыльями, вспотевшими под шерстью плечами - с упаренным в кожаных штанах демоном. Все внимание слепней было предназначено ему одному. Оводы тоже не остались в стороне. Самое пекло - как раз их время. Хвоста у попадана, как у кобылы не было, и он отмахивался крыльями. Махал бодро и часто, как птенец на краю гнезда. Взмок окончательно, а уж атмосферу вокруг себя создал, хоть нос мокрой тряпкой прикрывай, и то - не спасет.

Приходилось спасаться размышлениями на почти отвлеченные темы. Например, зачем демонам крылья? К своим кожистым отросткам этот попадан, как и прочие, относился трепетно. Наль был совсем не против, чтобы в последнюю реализацию читатель Зольников дорастил себе именно крылья. Все лучше, чем шерсть. Большой мохнатый демон, поднаторевший в ловле блох - не самое приятное зрелище. Как ни размышляй, но примитивная крылатость читателей с Изнанки оставалась тайной. Крылья они себе отращивали такие, какие в их век самолетостроения и ракетолетания никак не вписывались. Будучи жителями технически развитого мира, попаданы, даже образованные, сохраняли об этом приспособлении представление времен мрачного средневековья. С той или иной разницей, больше-меньше, с когтями как у летучих мышей или без, но их крылья росли все время из лопаток, редко когда прирастали к рукам - в любом случае имели слишком маленькую поверхность крепления. Росли они не более, чем на пол-попадана в высоту и не далее, чем до земли. Ограничения-то как раз были понятны: ниже земли отрастить - только ползком передвигаться или, согнувшись, как древний старик, а добавить в высоту - так ветром сдует с таким-то парусом, как ни складывай.

Ни один попадан не мыслил себя ни в согбенной позе, ни с мачтой за спиной. А зря. Был даже такой читатель с Изнанки, который увлекался дельтапланеризмом. Знал же, что такое площадь крыла по отношению к весу, а все туда же: нарастил себе костей с перепонками по стандартному облику и сиганул с обрыва. Классический случай. Попал в учебники. На землю он тоже попал - с многочисленными травмами. Хорошо, что обрыв был невысокий. Этот любитель полетов решил, что демонам законы притяжения не писаны. Тем, которые реализуют полет как силу магии: возможность менять общие законы в ограниченном пространстве, конечно - не писаны. Но тогда зачем им крылья?

Категория летающих попаданов насчитывала около сотни особей. И только двое - дуэт воздушных акробатов "Стрижи" - достигли такого мастерства, что расправляли крылья в полете, растягивая окружающее их личное поле, да и то для вида, а не для дела. А кто не растягивал, тот и не распахивал: или ветром снесет, или вывернет с лопатками вместе, как зонтик. Но даже "Стрижи" дороговато платили за то, чтобы на них снизу полюбовались. Таскать груз крыльев на земле - мало не покажется. А уж уход за этим хозяйством... В общем, зрители понимали, как им тяжко, и за воздушные выступления всегда платили щедро. Работали ребята хорошо, прямо-таки замечательно. Наль в прошлом году и сам с удовольствием съездил в Теньорск, где "Стрижи" были с гастролями. "Последний полет". Потрясающая программа. Особенно ему понравились номера "пикирующий бомбардировщик", "петля Нестерова" и пролет через пылающее кольцо "Подвиг Гастелло". Поговаривали, что в творческих планах демонического дуэта - постановка воздушного боя "Есть только МИГ".