Ольга Николаева - Сила Предсказаний

— Орин, — тихо позвала я.

Ответа нет. Вода уже успокоилась, и если бы не мокрая противная одежда, то можно решить, что у меня просто глюки на нервной почве.

— Ори-ин!

Он что? Издевается?

— Орин!

Такое ощущение, что он меня снова доводит.

— Ну Орин!

А вдруг что-то случилось?

— Орин!!!

— И чего так орать? — на меня из-за дерева шло какое-то серо-черное склизкое чудовище.

— Мама, — пискнула я, сделала шаг назад и упала в воду. Видно это должно было сегодня случиться — все к этому и шло.

Очухавшись, я судорожно перебирая ногами и ругами, поплыла к камню, залезла на него и с ужасом наблюдала, как жуткая масса выдрала ветку из себя, сопровождая это местными аналогами мата, кинулась в воду. И только когда Орин вынырнул, жутко ругаясь, потому что при этом он стукнулся головой о помост, я поняла, что моим нервам уже ничего не поможет. И как я сразу не поняла, что «чудовище» и было Орином, просто грязным. Теперь ругалась я.

— Господи, ты что, поставил себе цель довести меня до психушки? Почему, как я тебя встречаю, так на меня нападают всякие кикиморы…

— Выдерги, — машинально поправил он.

— Какая разница! Лошади пытаются меня сбросить… Такое ощущение, что ты решил меня прибить? Тебя не устроило, что каждый раз все обламывается, и ты решил попытать счастья лично?

— Да если б я хотел тебя «прибить», то сделал бы это с первого раза! — он тоже был злой. Первый раз я видела его именно злым, и это напугало меня куда больше, чем "чудище". — А ты не заметила, что выдергу убил я, лошадь остановил тоже я? По-моему, как раз наоборот, когда я рядом с тобой, у меня и возникают проблемы! Вот сижу сейчас в воде, грязный с головы до ног! — продолжал кричать он… — И самое жуткое, что мне это даже нравится, — это он сказал уже еле слышно, так, что смысл сказанного не сразу дошел до меня. Наверное поэтому следующую фразу я произнесла уже спокойно:

— Так, может, нам больше не видеться? Ну, чтоб у тебя проблем не возникало?

— Наверное, — прошептал Орин.

Я сползла с камня и поплыла к помосту, стараясь делать, как можно больше брызг, а забираясь на настил специально задела его сапогом. Я знала, что ему больно, слышала, как он охнул, но злоба и обида побуждали сделать, как можно больнее, как бы плохо мне самой от этого не было.

Придя в комнату, я кинулась на кровать и разрыдалась. Благо, никого не было. Слезы-то потом кончились, а вот злость на саму себя, и безысходность, и обида на Орина горели и жгли меня изнутри, не давая заснуть еще долго.

Глава 8

Мое ведьминское обучение началось с ОФП, которое, судя по всему, скинули на Андриану. Интересно, мне показалось, или ей и вправду нравилось вскакивать с утра пораньше и бегать по лесу, при этом постоянно оглядываясь на наглую вредную девку, которая бухтела всю дорогу.

Когда я увидела над собой привычное лицо Рины, то решила, что вчерашний день мне приснился. Но когда к ней присоединилась жизнерадостная Андриана, то все сомнения отпали. Радовало только то, что Рина держала в руках не жуткое белое платье, а такие родные штаны и рубашку. Чашка кофе и пара бутербродов обрадовали бы меня куда больше, но пришлось довольствоваться малым.

Пока я одевалась, Андриана просвещала меня насчет моего распорядка дня, где под номером один значилась утренняя пробежка и занятие фехтованием, а потом, о чудо, завтрак. После чего занятия уже непосредственно с Айрин.

— Ах, да, — опомнилась девушка и положила мне на кровать четыре массивных книжки. — Это Айрин передала, сказала, чтоб ты вечерком на озере не просто так загорала. — Она хихикнула.

Пробежка началась от самого крыльца кандидатской части, причем девушка даже не спросила меня, а просто стартанула. Остановилась она только у калитки, ведущей в леваду — наверное, поняла, что за ней никто не бежит.

— Ну что ты стоишь? — спросила Андриана, когда я прогулочным шагом подошла к загону.

— А что делать?

— Бежать? — она явно не понимала моего вопроса.

— Прям отсюда?

— Ну да.

— А зачем?

— Чтобы хорошо бегать.

— Зачем?

— Чтобы убежать от нежити.

— Зачем?

Бедная, ей, наверное, казалось, что она разговаривает с идиоткой. Но я и вправду не понимала, зачем это надо.

— Давай я тебе после объясню. Поверь, тебе это пригодится.

Я посмотрела на свою тренершу и скорее из жалости к ней, чем из заботы о своем физическом здоровье, перешла на бег.

Пока мы бежали, а это длилось долго, я думала о вчерашнем дне. Как ни странно, его завершение волновало меня куда больше, чем начало. Мысль о ссоре с Орином не давала мне покоя, как и мысль о том, что я постоянно об этом думаю. Хлесткая ветка быстро отрезвила меня, избавив от надвигающейся депрессии, а заодно заставила лучше смотреть по сторонам. Посмотрев по этим самым сторонам, я поняла, что еще минута и я перестану видеть перед собой белый флажок рубашки Андрианы — пришлось ускориться. Когда мы вбежали в лес все мысли об Орине вытеснили проблемы «уворачивания» от веток и «догоняния» Андрианы. Девушка бежала легко и широко — мне даже понравилось наблюдать за ней, я же бегать никогда не любила, даже в школе всегда финишировала последней. Впрочем, меня это никогда не волновало до этого момента — мне еле хватало сил бежать со скоростью, позволяющей хотя бы вдалеке видеть Риа, благо тропинка не сворачивала. Когда я была уже на последнем издыхании тропинка вильнула и закончилась…в озере, где уже бултыхалась довольная ведьмочка.

— Прыгай! — крикнула она.

Долго уговаривать меня не пришлось: я не прыгнула, а свалилась в воду, как подпиленный мост. Двигаться было лень, поэтому я раскинула ноги и руки в фигуре «звезда» и покачивалась на волнах, создаваемых неугомонной Андрианой. Я успела задремать в прохладной по утреннему воде, когда услышала голос:

— Все. Всплывай!

Я открыла глаза:

— Надеюсь, обратно мы пойдем, а не побежим?

— Пойдем, пойдем, — успокоила она меня, а потом добавила. — Тебе нужно отдохнуть перед занятием фехтованием.

Вот…! Я уже успела забыть о нем и приготовилась, морально, к завтраку.

— Ты можешь мне объяснить, зачем надо мной так издеваться? Ну чтоб я прониклась значимостью, — ухмыльнулась я, натягивая сапоги.

— Могу, пока идти будем, — пожала плечами "тренерша".

— Валяй.

— В общем-то ничего особенного. Просто маги делятся на три категории: теоретики, травники и воины. Судя по твоей силе и энергетическому шару, ты — воин.

— И? — перебила я. Никогда не могла сдержаться, хотя и знала, что это неприлично.