Анастасия Вихарева - Черная книга колдуна

Кирилл отвернулся, размазывая по лицу тыльной стороной ладони увлажнившиеся глаза.

— Кирюша, не смей так говорить! — прикрикнула на него мать, съежившись, опустив плечи. — Если что-то случится, ты об этом очень сильно пожалеешь!

— Мы с тобой сидим, как два дурака, а они смеются над нами! — фыркнул Кирилл, бросая ложку. — Они же нас за скотину не считают. Мама, ну ты представляешь, они сидят в нашей квартире… Там, где мы сидели с папой, ходят по полу, по которому он катал меня на спине… Или жрут блины у тещи и радуются, что Ирка теперь пристроена.

— Бывает, что люди переезжают, — ровным голосом заметила мать.

— Они разговаривать с нами не хотят! — рассмеялся Кирилл. — Зачем ты квартиру ему разрешила продать? Ну и пусть бы убили его! — обвинил он мать. — Он нам даже про дом наврал, будто ездил его смотреть! Он не смотрел, даже не знал, где он находится! — вспомнил Кирилл. — А говорил: ой, дом в Черемушках, пригород, на землю новую квартиру купим, рассказывал сказки — все классно, замечательно, здорово, а где, покажи?! — Кирилл скрипнул зубами, сжимая вилку до боли в суставах. — Если бы тут не нужен был врач, кто бы нам помог?! — попытался он ее образумить. — Слышала, что Матвей Васильевич сказал? Мы не первые! А представь, если бы нас привезли в полуразрушенный и заколоченный дом, мимо которых проезжали?! Наверное, просто испугались, что ты подашь в суд. Все же, не просто какая-то работяга…

Кирилл отрешенно уставился в тарелку, не замечая ее, с ужасом думая о том, что все могло быть много хуже.

— Тех, кто может подать в суд, обычно убивают, — согласно кивнула мать, словно опять прочитав его мысли. — Да, мы могли оказаться в еще худшем положении. Если честно, я даже не представляла себе, как это все могло быть. Тут представила, когда мы мимо проезжали. И все же… Знаешь, Кирюш, — она ненадолго задумалась. — А я рада, сама бы я никогда не решилась. И пусть он предал нас, но зла не держу. И ты не держи.

— Я не хочу больше о Сашке говорить, он мне не брат! — отрезал Кирилл. — Я вырасту, заработаю много денег, и киллера найму, что бы его убили! Папа ему фирму для нас оставил, а он нас обворовал! Я его ненавижу! Ненавижу! — Кирилл вдруг почувствовал, что ему становится легче. Боль, которую он держал в себе, выходила наружу с его высказанной ненавистью. — Ты как Сашка, он не помнит про нас, а ты все плохое пытаешься забыть. Ну, вспомни, вспомни, он же бил тебя! Я видел, как он таскал тебя за волосы, в лицо плевал, как бросил в прихожей головой о стену! И пусть убьют его! Или ты хочешь, чтобы он еще тут нас изводил?! Да пусть он сдохнет! Сдохнет, как тварь подзаборная! Сволочь он, ненавижу!

Кирилл вскочил, нервно подойдя к окну. Уперевшись рукой в косяк, уставился в непроницаемую темноту за окном. Его трясло, руки его дрожали, слезы бежали сами собой — и он ничего не мог с собой поделать. Его вдруг охватила глухая ярость. Мать оставила еду, погладила сзади по волосам, чтобы успокоить, но Кирилл отмахнулся. Тогда она с силой схватила его руку и прижала к себе, не давая вырваться, прижимая к стене своим телом.

— Кирюша, сейчас же замолчи! Слышишь! — она говорила горячо и в самое ухо, погрозив пальцем перед лицом. — Люди иногда болеют. Может быть, у него травма, о которой мы не знаем? Может, загипнотизировали его! Разобраться надо! А кто ему поможет, кроме нас? Ну, все! Все! Все!.. — мать держала его и гладила по голове, не давая вырваться. — Подумай, почему люди попадают в секты и ведут себя, как наш Сашка? Как будто булавку ему в голову воткнули… Мне бы раньше об этом догадаться, — укорила она сама себя.

Кирилл уже не плакал, но всхлипывал заложенным носом. Он насторожился при слове «булавка». Чувство тревоги кольнуло в самое сердце! Он вдруг снова обрывочно вспомнил свой сон, и незнакомые лица мелькнули перед глазами.

— Почему ты это сказала? — серьезным голосом спросил Кирилл.

— Что сказала? — не поняла мать вопроса.

— Ну, про булавку? — пояснил Кирилл.

— А-а-а! Сказка такая есть про Финиста ясного сокола, — мать вздохнула и потянула его за собой за стол, усаживая. — Там жена втыкает Финисту в голову булавку, и он обо всем забывает. Не обо всем, а о самом дорогом, о девушке, которую любил. А что?

— Да нет, ничего. Странное чувство, что я с этой сказкой где-то рядом, как будто не сказка это, а моя жизнь, — с горечью усмехнулся Кирилл, хлюпнув носом. — Как будто она во мне эта сказка… Во сне я что-то видел, как раз перед тем, как нам сюда уезжать. Странный был сон, подробности не помню, но такой реальный, будто на самом деле происходило, как в жизни.

— Кирюша, ну хоть ты меня не пугай! — воскликнула мать испуганно. — У нас Сашка ненормальный, если еще ты будешь ненормальным, я не вынесу!

В немом молчании, рассердившись друг на друга, продолжили ужинать. Кирилл с матерью согласиться не мог, хоть и отошел от обиды на нее. И когда вдруг почувствовал, как мать мягко дотронулась до его ноги под столом, не сдержался.

— Мам, — он оттолкнул ее. — Не приставай, ты не заставишь меня Сашку любить!

— Что? — вскинулась в недоумении мать. — Я пристаю к тебе?

— А зачем ты мне ногу трогала? — сердито разошелся Кирилл. — ну не делай вид…

— Я?! — мать подняла скатерть и заглянула под стол. — Ой! — глаза ее стали удивленно округленными.

Кирилл тоже заглянул под стол и удивился не меньше матери. Из-под стола на него таращился огромного размера кот, больше похожий на что-то другое, черный, как смоль. С минуту кот и Кирилл сверлили друг на друга взглядом, и пытливо изучала зверя мать. Хвост кота качался из стороны в сторону, ударяя по полу. Кирилл вздрогнул, когда кот вдруг подмигнул и как-то неестественно будто бы ухмыльнулся, сверкнул недобрым красноватым угольком в другом глазу, в котором отразилась лампочка.

— Это не кот, это какой-то ужас, посмотри на него! — мать всплеснула рукой, тоже заметив странное поведение кота. Озадаченно прижала скрещенные руки к груди, очевидно, испытывая те же чувства. — Это не кот… — она покачала головой.

— Мам, для пантеры он и толстоват и маловат. Но, все же… Иди сюда! Кис-кис!

Кирилл протянул руки, но кот попятился и отпрыгнул назад без разворота. Кирилл отодвинул стул и полез под стол…

Но кота нигде не было.

— Мам, куда он девался? Фу! Слышь, это какой-то неправильный кот…

— Не знаю, — мать тоже начала поиски кота. — Кис-кис-кис… Я не видела.

Но кот как сквозь землю провалился, исчезнув у них на глазах.

— Мам, пойдем спать, нам вставать рано! — наконец, прекратил поиски Кирилл. — Я в бане нам приготовил, найдем его завтра, — позвал он, когда стало ясно, что кота не найти.