Ксения Баракина - Тот, кому нужна помощь

   -Прости, я больше не буду запирать от тебя класс, не буду дразнить, не...

   -...ручки, и карандаши, и даже книги, правда, не буду...

   -Извини! Я не должен был подкалывать тебя тог...

   -СТОП! - выкрикнула Ева, взмахнув руками, - Что происходит?

   -Сама видишь! Тут какая-то чертовщина!!!

   -Ангельщина, тогда уж. - Судя по шороху, невидимый Мартин стоял где-то рядом и, весьма довольный, комментировал шепотом их действия.

   -На доске мел сам написал, что если мы перед тобой извинимся, то все прекратится!

   -Ага, а если они снова возьмутся за свое, вся эта ангельщина начнет действовать снова, - голос у Ангела был просто невыразимо довольный.

   Класс снова загалдел, стараясь излить ей свои признания в вечной любви и бесконечные извинения и одновременно отбиться от нападающих тетрадок.

   -Ладно, ладно, - рассмеялась в конце концов Ева, потому что смотреть на это без смеха было просто невозможно, - Не хочу слушать все эти гнустности еще раз. Забудем.

   В эту же секунду все добро, что гналось за несчастными, попадало на землю и осталось лежать там, как и положено.

   Кто-то из толпы пискнул:

   -Так просто?

   Ева отмахнулась:

   -Видели бы вы себя, клоуны...

   После двадцати минут объяснений своих поступков ("...случайно вышло, да, правда!") и мотивированных любовных признаний класс ушел, зовя ее с собой, кажется, даже вполне искрене.

   Ева, подперев щеку рукой, улыбаясь, смотрела им вслед.

   -Ну, вот и все, - прошептал где-то рядом Мартин, чуть проявляясь, - Ты довольна?

   -Они скоро отойдут, - по-прежнему улыбаясь, повернулась она к нему, - Но спасибо тебе.

   Он развел руками.

   -Не думаю, что они снова возьмуться за свое. Они не злые. Просто... Ну, как бы тебе объяснить. Они заигрались. Надо было напомнить им, что ты тоже живой человек...

   -Можно подумать, расстрел мелками им это напомнил, - хмыкнула Ева, - Они просто испугались.

   -Ну, вобще-то, - Мартин демонстративно поковырял землю ногой, - Я с ними поговорил...

   -Что?! - девушка аж подскочила, - Что ты сделал?!

   -Да, я запер класс, потом немного поиграл с ними в "догони меня кирпич", а потом резко все прекратил. Ну, представь себе картину: шум, гам, везде все летает, а потом бац! и зависает в воздухе. Одноклассники твои стоят, шевельнуться бояться. А тут, - он сделал реверанс, - Ваш покорный слуга, оставаясь невидимым, начинает писать мелом на доске, что надо бы поговорить...

   -И что дальше?

   -Ну, попросил их рассестся по своим местам, а сам начал писать на доске. Потом кто-то сказал, правда, неуверенно, что это все фокус, и я... Ну, я с ними именнно заговорил. Они не перебивали. Я им все популярно разъяснил, они поняли, прониклись. А чтоб встреча не закончилась на грустной ноте, я решил, что надо их немного развеселить напоследок.

   -Теми тетрадями и мелками, что гнались за ними досюда, что ли?

   -Ну да.

   Ева помолчала, глядя вверх, в небо.

   -Раз ты с ними говорил, я думаю, правда больше не будут... - наконец медленно сказала она, затем, улыбаясь, повернулась к Мартину. Тот с изумлением увидел, что по ее щекам текут слезы.

   -Ты чт...

   -Как хорошо, - прошептала она и, обняв его, зарылась лицом в теплые перья и окончательно расплакалась. Мартин растерялся, не понимая, что происходит, но потом слабо улыбнулся и обнял ее в ответ. Несколько минут они стояли в молчании, только раздавался ее плач, приглушаемый крыльями.

   Затем постепенно истерика прошла, и Ева, успокоившись, отодралась от него, вытирая слезы.

   -Прости. У тебя перья промокли...

   -Ну ты даешь, - наконец подал голос Мартин, - Я, значит, расстарался тут, а ты ревешь...

   -Идиот, - безмятежно сказала Ева, откидываясь на спинку скамейки, - Если бы тебя третировали так долго, а потом резко взяли бы и прекратили...

   -Ты могла сама им все сказать, они бы выслушали, - непонимающе отмахнулся он, - Правда. Ты просто трусила слишком долго.

   -Может быть, - вздохнула она, - Может быть... Ах да... Ты правда временно...?

   Ответ пришел сам собой - силуэт Мартина, лишь слегка видимый в теплом воздухе, проявился, словно напитавшись красками.

   Конечно, крылья и нимб исчезли тоже.

   Мартин по-прежнему оставался человеком...

   Ева, не зная, как его утешить, неловко похлопала его по плечу. Он, силясь не заплакать снова, грустно кивнул:

   -Похоже, только тогда, когда тебе действительно нужна помощь...

   Он отвернулся, яростно потерев глаза руками, затем спросил:

   -Так, теперь когда ты, наконец, можешь спокойно говорить, озвучь, какие там у тебя проблемы еще остались?

   -Родители... Личная жизнь...А еще, как бы это сказать. Апатия ко всему. Я не могу это объяснить, мне просто до чертей все это надоело. Каждый день одно и то же, и... Хотя вчера прошло на удивление классно, не могу не признать.

   -Повторим, думаю, еще немало поразвлекаемся, - небрежно махнул рукой Мартин. - Сегодня разберемся с родителями... Парня тебе найдем...

   -Как-то ты легко об этом говоришь.

   -Не боись, ты, тупливый идиот. Все будет.

   Они еше немного помолчали, затем Ева обратила внимание, что Ангел выглядит понурым.

   Увидев ее пристальный взгляд, требующий объяснений, Мартин неожиданно зло бросил:

   -В этом мире есть люди, у которых ДЕЙСТВИТЕЛЬНО все плохо. Есть люди, у которых нет рук или ног. Есть смертельно больные. Есть те, кто потерял близких. Как ты можешь, КАК ТЫ МОЖЕШЬ бросаться с крыши от своих ЕРУНДОВЫХ проблем, когда они продолжают ЖИТЬ И НАДЕЯТЬСЯ? Они достойны лучшего, в отличие от тебя, унывающей от мелких жизненных неудач и моросящей по любому поводу...

   -Я знаю это, - мягко, тихо ответила девушка, - Зря ты думаешь, что я ничего не понимаю.

   Он с легким удивлением посмотрел на нее.

   -Для меня эти ерундовы проблемы совсем не ерундовые, понимаешь? Для каждого они свои... Их нельзя сравнивать. Для кого-то постоянное одиночество - отрада, а для кого-то - ужасная беда, как для меня. Кто-то силен духом и продолжает жить, когда умирает кто-то родной и близкий, а для кого-то это беспроворотно ломает. Люди разные. Я... - запнулась она, - Я слабая. И ничего не могу с этим поделать.

   -Себя всегда можно исправить, а вместе с этим исчезнут и твои мелкие проблемы, - возразил Мартин.

   Она грустно посмотрела на него:

   -Мартин?

   -Да?

   -Ангелы могут врать?

   -Нет...

   -Тогда ответь мне, - ее голос остался так же тих, но стал тверже, - Почему ты несколько тысяч лет не можешь возвыситься, перейти на следующий ранг?