Питер Нейл - След исполина

— Наемники, наемники! Будь они прокляты, предатели!

— Ругайте нас, если хотите, — произнес чей-то громкий голос, — но мы не будем больше сражаться на твоей стороне!

Придерживая рукоятки мечей, в зал вошли четверо вожаков из отрядов наемников.

— Мы не в настроении спорить, — произнес один из них. — Заплатите нам золотом, чтобы мы могли покинуть это проклятое место прежде, чем нас прикончат колдовские силы.

Орин поднялся, встретил их мрачные взгляды с не менее мрачным выражением лица, подозвал к себе одного из своих людей и передал ему связку ключей.

— Возьми с собой дюжину солдат и спускайся в подземелье.

— Слушаюсь, мой господин.

— Нет, вы оставайтесь здесь, — выразительно произнес Орин, когда один из наемников собрался идти вместе с солдатами. — Вам и вашим людям будет заплачено, как мы и обещали. Мы договорились о цене, и я вас не обману ни на медную монету. Но предупреждаю вас — всех вас — даже и не думайте о том, чтобы ограбить этот дворец. — Его поза и меч, который он держал наготове, подтверждали эти слова.

Вожаки обнажили зубы в глумливых улыбках.

— Тысяча проклятий, Орин, в этом городе уже нечего брать. Что ты пытаешься защищать? А? Ты дурак, если думаешь, что за это дерьмо стоит сражаться!

Орин не ответил; его лицо налилось краской, мышцы на руке слегка подергивались.

Капитан наемников правильно его понял. Барон был измучен до предела. Битвы против колдовства — построение планов — поиски наемников — руководство армией, бои с натиском колдовских сил, летающих созданий и тварей, вылезших из-под земли — а теперь еще наемники превосходят численностью его войска, и город лежит в руинах…

— Зачем сидеть среди этих развалин, Орин, когда Сафад…

— Вы уже ограбили все, что только можно, Гедлар. Сделали свое дело!

— Да, не так уж много тут всего. Вот что я скажу тебе… Давай делиться поровну. Если ты разделишь все свое золото между своими и нашими…

— Довольно!

Все, кто находился в зале, осознали, что гнев Орина достиг, наконец своих пределов. Прежде, чем отвратительная улыбка слетел с лица Гедлара, Орин перепрыгнул через стол, одновременно извлекая меч из ножен. Другие наемники закричали от неожиданности и попятились.

Гедлар успел лишь наполовину обнажить свой меч, когда на него обрушился клинок Орина. Со свистом меч рассек голову наемника до самых плеч; кровь, мозг и осколки костей темно-красными брызгами разлетелись во все стороны.

Тело Гедлара рухнуло на пол, а его изувеченная голова с противным чмоканьем шмякнулась на плиты. Товарищи Гедлара яростно завопили. Орин пригнулся и зарычал — в ярости он был похож на разъяренного зверя — зубы обнажены в грозном рыке, глаза сверкают алым огнем, а тело напряжено, как у пантеры…

— Ну давайте, вперед, собаки! — прохрипел Орин, рассекая мечом воздух и забрызгивая все вокруг каплями крови, слетающими с клинка. — И вы узнаете, что этого меча следует бояться больше, чем колдовства!

Наемники не решались выступить, опасаясь этого безумца. Их воины, конечно, справились бы с его солдатами, но здесь, в одиночку, что они могли сделать против этого разъяренного демона с мечом в руке?

Стражники, стоявшие снаружи, заслышав шум, вбежали в тронный зал. Выкрикивая проклятия и угрозы, они схватились за мечи, готовые защищать Орина и дворец, если только наемники посмеют напасть. К счастью, в этот момент появился воин, посланный за золотом, и начал пробираться сквозь толпу. Солдаты, шедшие следом, остановились и выложили на полу в коридоре кожаные мешки.

— Забирайте свое проклятое золото! — закричал Орин. — Вы ничего больше не получите, если не считать трупа этой свиньи!

Трое вожаков попятились, желая унести с собой не только золото, но и спасти свою жизнь. Солдаты помогли им отнести мешки во двор; Конан слышал, как всю дорогу они ворчали и спорили, кому сколько причитается…

С кухни вернулись Иллес и слуги. На стол были выставлены блюда, и никто — из уважения к у Орину и его душевному состоянию — не сказал ни слова по поводу отвратительного трупа, лежащего на полу. Барон уселся на свой трон — он был уже кое-как сколочен и, хотя у него не доставало одного подлокотника, все-таки это был трон.

Правитель отказался от еды и питья — сказал, что поест позже — и, пока его соратники и слуги ели, он предавался тягостным думам, все еще сжимая в руке свой огромный меч, на котором блестела кровь убитого наемника.

Конан не был голоден, но ему очень хотелось вымыться. Он был весь в дорожной грязи, вспотел во время боя, испачкался пылью, кровью и слизью тварей. Он спросил у Иллеса, есть ли во дворце купальня; тот показал ему, куда идти, а затем вновь принялся за еду.

В каком бы состоянии не находились другие помещения дворца, но купальни выглядели просто божественно. Конан нашел одну из них; в полу было устроено два бассейна, и из кранов, сделанных в форме слонов, била тепловатая вода. Здесь чувствовался слабый запах благовоний.

Конан исследовал соседние помещения и вскоре и обнаружил комнатку, где хранились полотенца и масла для мытья. Оставив масло и полотенце возле бортика бассейна, северянин с удовольствием скинул с себя испачканные дорожной грязью сапоги, затем кольчугу. Снимая поясной ремень, он еще раз убедился, что Кольцо Энкату по-прежнему лежит в мешочке. Он подумала, не спрятать ли его в сапоге… но сначала нужно выкупаться, так что…

Он забрался в воду и тут же ощутил приятное тепло и комфорт. Он немного поплавал — благо, бассейн был достаточно велик — в блаженстве полежал на спине, затем вернулся к бортику, где стояли масла, вылил немного жидкости на ладонь и принялся мыть тело и волосы. Не хватало только услужливых рабынь, которые сейчас помогли бы ему… сперва вымыться, а за-гем и расслабиться, сбросить напряжение последних дней. Но, похоже, в этом городе женщин почти не осталось. Если не считать крошки Тайс, конечно, но она была невестой Иллеса, а киммериец никогда не отбивал подружек у товарищей по оружию!

…Ну вот, теперь можно и поесть. Конан внезапно ощутил зверский голод.

Но едва он, облачившись в свои доспехи, направился к выходу, дверь купальни внезапно распахнулась.

Болард!

Киммериец поднял брови.

— Пришел освежиться, приятель?

Тот помотал головой в тяжелом шлеме.

— Нет, поговорить с тобой наедине. Я пытался вытащить тело вендийца…

Конан пристально поглядел на Боларда.

— Оно погребено под завалом. Ты не сможешь откопать его, да и в этом нет никакой нужды.

— Я нашел лишь его руку…

— Это все, что от него осталось. Остальное сожрали монстры Усхора.