Александра Верёвкина - Осколки вечности

— Кха-кха, — громко прокашлялась Рейчел, напоминая о своем существовании. — Ребятки, полиция нравов не дремлет, так что заканчивайте с развратом.

Я, искренне того не желая, признала правоту подруги, расцепила руки, обвивающие шею парня, и постаралась унять бешеное сердцебиение, в чем Джей помочь мне явно не спешил.

— Привет, — промурлыкал он, потершись кончиком носа о мою щеку. — Познакомишь нас?

— Конечно, — живо ухватилась я за возможность перевести взгляд на нечто менее волнительное. — Джей, это Рейчел, моя лучшая подруга. Чейз, это Джей, мой…

Я замялась на секунду, не зная, как именно закончить расстановку приоритетов, и только потом заметила, с какой лютой злобой в глазах Торнли разглядывает моего парня.

— Голова не болит, Джей? — с агрессивными нотками в голосе спросила она.

— Нет, — удивленно ответил он, и я полностью поддержала застывшее на его лице недоумение. — Что-то не так?

— Ах, ты еще спрашиваешь! — потихоньку стала выходить из себя Че, поднимаясь на ноги так резко, что сшибла рукой стоящую на столе салфетницу.

— Рейч, успокойся, — попыталась купировать я назревающий скандал, не понимая причин его возникновения. — Что с тобой? Какая муха тебя укусила?

— В самую точку, Рид, — закричала бывшая одноклассница. — Очень верная постановка вопроса: какая, к черту, муха меня укусила! Позволь тебе представить это жалкое насекомое. Вот он! — она с силой ткнула наманикюренным ноготком указательного пальца Майнера в грудь и уставилась на меня в ожидании реакции.

Я глупо переводила взор с разъяренного лица на отстраненно-безразличное и силилась уловить смысл не самой удачной шутки.

— Кто 'он'? — наконец, не выдержала я правил дурацкой игры: 'Разберись во всем сама'.

— Автор несравненного автографа на моей шее, — чуть спокойнее пояснила девушка, — а если по-простому, то тот самый извращенец с режущимися зубками. Дошло?

— Джей, — вопросительно произнесла я, поворачиваясь к нему. Сил на то, чтобы озвучить реплику до конца, у меня не нашлось, но на языке так и вертелось: 'Это правда?'.

Он молчал, и в глубине души я уже знала ответ, который должна была услышать во что бы то ни стало.

— Просто ответь и все, — легко предложила я, ощущая все разрастающуюся внутреннюю пустоту. — Ты ведь мне ничем не обязан. Правда или нет?

Рейчел фыркнула и скрестила руки на груди. Должно быть, обиделась на меня.

— Астрид, — невозмутимо начал парень, избегая моего разочарованного взгляда, — я все могу объяснить. Понимаешь…

Нет! Не надо ничего объяснять, и без того все понятно. Только бы не заплакать на виду у многочисленной публики, с разинутыми ртами следящими за впечатляющим действом!

Я подскочила и со всех ног кинулась к выходу, провожаемая суетливыми выкриками: 'Астрид! Да погоди же, Астрид!'. Он нагнал меня у машины и, с силой ударив по дверце ни в чем не повинного кабриолета, не позволил трусливо спрятаться в салоне.

— Астрид! — почти взмолился Майнер, разворачивая меня лицом к себе. — Я не знал, что она твоя подруга. Я даже имени ее не спросил. Все вышло случайно, но это не оправдание, я понимаю.

— Ты и не должен оправдываться, — выдавила я из себя, задыхаясь от подступивших к горлу рыданий. — Ты ничего мне не должен…

Боже, будь я проклята за то, что позволила себе разреветься у него на глазах!

— Послушай, — он попытался еще что-то сказать, но был прерван гневным воплем Рейчел: 'Нет, это ты послушай!', появившейся у него за спиной.

— Только посмей еще хоть раз к ней подойти, придурок, и от тебя живого места не останется, можешь не сомневаться! Так что держи свои чертовы извращенские фантазии подальше, понял?! Ну-ну, малыш, успокойся, — зашептала она, радушно позволив спрятать заплаканное лицо в себя на груди. — Подумаешь! Одним кретином больше, одним меньше! Поедем домой, я сделаю тебе ромашкового чаю, съедим что-нибудь сладенькое, полистаем старые подшивки комиксов, ага? Заодно покажешь мне эскизы нового романа, идет? — я через силу засмеялась и кивнула головой. — Хорошая девочка! Садись в машину, там в бардачке лежит упаковка носовых платков. И запомни, малыш, ни одна мразь мужского пола не заслуживает твоих слез!

Глава 5. Немного правды

POV Джей

Я скорее почувствовал ее приближение, нежели услышал шаги, и обернулся. Стройные загорелые ножки прикрывала джинсовая юбка в складку, обтягивающий черный свитерок мягко подчеркивал хрупкую, еще не до конца сформировавшуюся фигуру совсем юной девочки с тонкой талией, упругой грудью и худенькими плечиками. Тающее облако волос обрамляло нежное личико с кукольными чертами, не нуждающимися в использовании декоративной косметики. И она улыбалась, притом так искренне и невинно, что я горько пожалел о своем утреннем неблаговидном поступке, но было слишком поздно. За ее спиной маячила та чрезмерно самоуверенная блондинка, с которой я свел довольно близкое знакомство всего несколько часов назад. Что ж, придется играть по правилам.

Астрид наклонилась, чмокнула меня в щеку и села рядом, чем окончательно развязала мне руки. Наивная девочка, она не знает, что восьмидесятипятилетнего вампира вряд ли устраивают такие мелочи. У нее красивые глаза — изумрудные с бирюзовыми вкраплениями и продолговатым, несколько кошачьим, зрачком. Тонкий нос с туповатым кончиком и безумно притягательные губы, настолько, что между ними и ее кровью, я выберу первое.

'И пусть это будет последней прихотью', - отчаянно пожелал я, целуя ее.

Как же я ошибался, когда думал, будто девочка считает себя некрасивой. Она прекрасно знала обо всех своих достоинствах, умела интуитивно угадывать малейшие желания и слишком быстро училась, так быстро, что мне пришлось трижды одергивать свои руки, норовившие проскользнуть под юбку.

И я был благодарен блондинке за ее отрезвляющее: 'Кхе-кхе', в некотором роде приведшее Астрид в чувство.

— Привет, — осоловело протянул я и потерся носом о ее щеку с нежным персиковым румянцем. Живая и теплая, как в старые добрые времена, когда меня ужасал один лишь вид крови. Прозаично, не правда? — Познакомишь нас?

Все верно, пора заканчивать эту бездарную игру. Я оступился единожды, чем подставил под угрозу срыва собственные планы на будущее. Мне не следовало будить в девочке чувства к себе и давать ей надежду на взаимность, но в ту ночь на берегу реки я об этом не подумал. Секундное помрачнение рассудка и вот я уже стою рядом с ней, пробую на вкус бархатные губы, обнимаю сотрясающееся крупной дрожью тело и мысленно переношусь на шестьдесят лет назад, когда в целом мире трудно было отыскать человека счастливее меня самого.