Линси Сэндс - Высокий, тёмный и голодный

— Я была стервой, — ответила Терри. — И когда съем половину мороженого, буду чувствовать себя еще хуже от того, что так ужасно себя вела.

Он непонимающе уставился на нее. Неужели она считает себя стервой? И это после того, как с ней обращалась та мегера? Если так, то Терри уж точно нужно защитить. От нее самой, решил Бастьен. Она просто мастерски поставила женщину на место, к тому же любезнее, чем сделало бы большинство. Другие обиделись бы или просто испугались. Кто-то еще мог бы пожаловаться управляющему, и девушку уволили бы. А Терри дала ей вежливый отворот-поворот. И теперь чувствовала себя так плохо. Невероятно!

Глава 6

Терри выходила из душа, когда зазвонил телефон. Схватив полотенце с вешалки, она обернула его вокруг себя и побежала в спальню к телефону, который стоял на прикроватном столике.

— Алло! — запыхавшись, проговорила она, усаживаясь на край cмятой постели.

— Терри?

— Кейт! — Терри выпрямилась, и улыбка расползлась по губам. Она была очень рада слышать свою кузину. Девушка знала, что Люцерн звонил и разговаривал с Бастьеном в пятницу ночью, чтобы заверить его, что они без приключений добрались до Калифорнии. Но тогда Терри крепко спала и упустила свой шанс поговорить с Кейт. А сейчас утро понедельника: Терри полагала, они позвонили впервые с того времени. — Как конференция?

— Прекрасно, — сообщила ее кузина, виновато добавив: — Мне действительно жаль. Ты проделала такой путь, чтобы провести время со мной и помочь с приготовлениями, а я…

— Не беспокойся об этом, — прервала Терри. — Работа есть работа. Я понимаю. К тому же, Бастьен водил меня по городу, и я хорошо провела время, так что…

— Что? — переспросила Кейт. — Извини, Терри, ты только что сказала, что Бастьен водил тебя по городу?

Озадаченная реакцией кузины, Терри услышала, как мужской голос — скорее всего Люцерна — прогрохотал на заднем плане. Затем Кейт, должно быть, прикрыла телефонную трубку, так как Терри улавливала лишь отрывки приглушенного разговора.

— Прости, — наконец, извинилась Кейт, продолжая беседу, а затем спросила беспечным тоном: — Так как вы с Бастьеном провели время?

— Как? — Терри легла на кровать и начала пристально рассматривать балдахин,[32] висящий над головой. — Ну, в субботу мы сначала поехали позавтракать, потом прогулялись по блошиным рынкам. Мы обошли некоторые из них, потом…

— Блошиные рынки? — недоверчиво прервала Кейт. — Ты имеешь в виду рынки, которые находятся на улице, на открытом воздухе?

— Да. Я так понимаю, ты знаешь о его чувствительности к солнцу, вызванной таблетками, которые он принимает?

На другом конце провода наступила пауза.

— Да.

Вот и весь ответ. Никаких тебе объяснений о том, что это за лекарства и для чего. Терри надеялась, что кузина просветит ее. Разочаровавшись, она заставила себя продолжать:

— Во всяком случае, солнце начало влиять на него после посещения второго рынка. Ну, вообще-то, я думаю, что он почувствовал это с самого начала, но признался и объяснил ситуацию позже. И как только Бастьен все рассказал, мы взяли такси до «Мэйси» и переключились на торговые центры. Было забавно, — быстро добавила она. — Мы в основном бродили по магазинам, болтали и ели. Хорошо проводили время. Потом мы вернулись домой, переоделись и поехали ужинать. Потом Бастьен заверил меня, что уже полностью выздоровел, и пригласил в кино, но я заметила, как он мало ел, и подумала, что он до сих пор чувствует себя неважно, поэтому сказала, что немного устала от ходьбы и, вероятно, от смены часовых поясов. Мы вернулись домой.

Терри замолчала и приподняла голову, как только Кейт начала приглушенно разговаривать с Люцерном на другом конце провода. Звучало так, как будто она в мельчайших подробностях рассказывала о проведенной Терри субботе.

— Извини, — кузина вернулась, но говорила так, как будто запыхалась. — А воскресенье? Чем вы занимались в воскресенье?

— О!.. Э-э… Ну, да, — пробормотала Терри, а потом начала рассказ: — Мы встали немного позже в воскресенье. Бастьен спустился в офис, у него были какие-то дела. Когда он вернулся, мы отправились на бранч.[33] Выйдя из ресторана, мы увидели небольшой парад, поэтому стояли под навесом и наблюдали. Потом мы прогулялись по уличным ярмаркам. Не думаю, что стоило это делать, учитывая его восприимчивость к свету, но был пасмурный день. К тому же Бастьен надел свитер с длинными рукавами, шляпу и очки… — она засмеялась, вспоминая это. Он выглядел довольно глупо во всем этом обмундировании. Бастьен напомнил ей человека-невидимку,[34] который пытался прикрыть каждый участок своей несуществующей кожи, чтобы скрыть свое состояние, или какую-либо знаменитость, которая пряталась от общественности. Но все же, это не его вина. Они тогда прекрасно повеселились. — Потом мы взяли на вынос немного китайской еды и поехали домой, чтобы поужинать с Крисом, — закончила Терри, а потом добавила: — Кстати, Кэти, говоря о Си Кее: он сильно обеспокоен тем, что с ним случилось. Он страшно подавлен и плаксив. Или он всегда такой?

— О! Да кто его знает, этого Криса! — воскликнула ее кузина. — Ты лучше расскажи, чем еще вы с Бастьеном занимались?

— Кэти! — Терри засмеялась.

— Ах… Ты же сама знаешь. Мужчины всегда плаксивы, когда калечатся или болеют. С ним все будет хорошо. Так что еще вы делали в воскресенье?

— Да ничего особенного. Мы съели всю китайскую еду, посмотрели несколько фильмов, взятых в прокате. В общем, здорово расслабились и отдохнули. Бастьен — замечательный хозяин!

— Да… Он может быть очаровательным, — в голосе Кейт чувствовалась усмешка. — А где он сейчас?

— В офисе.

— Вряд ли он там, — быстро сказала Кейт. — Сначала я позвонила туда, но никто не ответил. Даже Мередит не было на месте. Но, с другой стороны, она появится только через час.

— Он, наверное, на пути сюда, — решила Терри. — Бастьен спускался, чтобы оставить Мередит кое-какие указания. Мы собираемся в музей.

— Что? — воскликнула Кейт. — В рабочий день?

— Когда я проснулась, Бастьен сказал, что сегодня у него были запланированы деловые встречи, но их отменили или перенесли, поэтому он подумал пойти в музей. И пригласил меня сопровождать его, — объяснила она, закручивая телефонный шнур вокруг пальца. Последовал еще один приглушенный разговор на другом конце провода, но в этот раз рука или что-то еще, чем Кейт прикрывала трубку, видимо, соскользнула, поскольку Терри услышала, как Люцерн проворчал «… да он, наверное, сам их и отменил». Потом микрофон тщательно прикрыли, и Терри не смогла больше ничего разобрать.