Наталья Якобсон - Империя дракона

-- Стой, да ты совсем не ребенок! - воскликнул я, но проворный гном уже подхватил с земли свой мешочек и удирал от меня с такой невероятной скоростью, что человек не смог бы его догнать. Даже спасибо не сказал. Разве можно ждать благодарности от гнома? Подумать только, я может быть только, что спас настоящего цверга. А сам еще не верил сказочникам. Я нашел в снегу свои вещи, стараясь не думать о том, что в недоступной для людей части рудников вполне могут обитать такие вот маленькие, шустрые работники. Что ж, если верить рассказчикам, так было заведено с самого начала, луга, поля и водоемы принадлежат феям, рудники - цвергам, поднебесья -драконам, а людям все, что они сумеют отвоевать. Интересно, что нес этот гном в своем мешке. Правда, размышлять над этим у меня не было времени, надо было подстрелить куропатку или фазана на ужин. Хорошо, что как член королевской семьи я еще имел право охотиться в лесах, принадлежавших короне.

В лесу я тут же заметил одну птицу и хотя она пролетала слишком далеко от меня сумел сбить ее одним выстрелом. За моей спиной кто-то восхищенно ахнул, будто никогда раньше не наблюдал за метким стрелком. Я обернулся. Никого, только ветки ели чуть подрагивают, как если бы кто-то ударил по ним и снежинки сыплются на тропинку.

Чтобы добраться до избушки, мне надо было обогнуть густые заросли елей и пройти мимо зловещих руин. Я предпочел идти по колено в снегу, но держаться подальше от моста. Неожиданно кто-то вцепился мне в плечо. Я обернулся. Опять Сильвия. Только теперь она была напугана. Исчезло холодное равнодушие. В ее глазах поселился страх.

-- Вы должны были предупредить меня о том, что эти крестьяне так темпераментны. Чуть, что и хватаются за вилы и факелы, - с упреком вымолвила она. - Вы ведь поняли, я боюсь огня.

-- Вы ходили в деревню? - поинтересовался я, стараясь не замечать ее укоров и того, что ее рука с далеко не женской силой вцепилась в мое плечо.

-- Мне нужно было зайти в деревню, посмотреть как сейчас живут землепашцы. На меня все там уставились с таким подозрением, даже дети провожали меня враждебными взглядами, а потом послышались крики: " в огонь ее", - в голосе Сильвии опять зазвенел страх, будто призыв набата.

-- Во-первых, не удивительно, что в вашем наряде и с такой светящейся кожей вы вызвали подозрение, - начал я. - А потом может быть вы допустили какую-то ошибку и они приняли вас за ...- я не успел договорить, вдали действительно раздался звон колокола. К звукам присоединились громкие крики. Если в такой час звонят на церковной колокольне, значит, в деревне произошло что-то из ряда вон выходящее и священнослужители созывают народ.

-- Что вы наделали, Сильвия?

-- Я всего лишь подлетела ночью к окну избушки, чтобы посмотреть, как спят дети и позвать их к нам, в наш город, - Сильвия говорила быстро и сбивчиво, ее язык заплетался. - А сегодня я оступилась при виде огня и вынуждена была чуть взлететь над землей, чтобы не упасть.

-- Кажется, в деревне восстание, - я заметил факелы, мелькающие в чаще леса, холодный блеск серпов. Сюда шла целая толпа. В другой раз я подумал бы, что люди собрались на какой-то праздник, но для праздника народ был слишком агрессивно настроен, слышались злобные крики.

-- Я должна уйти, попросить приюта в городе, - запричитала Сильвия.

-- До города слишком далеко. Они не дадут вам уйти.

-- Я говорю не о столице, а о том городе, что стоит за рекой.

-- Но ведь там одни руины, - начал я и осекся. Я совсем забыл о мираже, который увидел ступив на мост. И самое главное, был ли это мираж?

-- Не давайте им приблизиться к руинам, иначе многие погибнут, - Сильвия стремительно сорвалась с места и помчалась к мосту. Едва она прошла полпути, как ее фигура растворилась в прозрачном воздухе.

Между тем толпа приближалась. Крестьяне были вооружены, кто чем. Поскольку, настоящего оружия простолюдины иметь не могли, в толпе мелькали лишь вилы, серпы, тяжелые лопаты, даже грабли и множество пылающих факелов.

-- Туда, истребим духов города, - самый смелый из толпы указал концом кирки на пустынные развалины. Остальные поддержали его дружными криками.

-- Куда направляются столь трудолюбивые особы в будний день? - я вышел из-за деревьев и преградил толпе доступ к мосту. - Неужели в руинах поселились разбойники, которые воруют в деревне скот?

Мое появление многих сильно удивило, и лишь некоторые узнали во мне королевского сына. После бурных криков и угроз, вдруг наступила гнетущая тишина.

-- На наш скот обрушиваются всякие болезни от одного лишь приближения этих ...существ, ваше высочество, - наконец обрел дар речи один из наиболее отважных. - А недавно появилась она, стоило ей приблизиться к окну какого-то ребенка, как тот умирал от лихорадки или даже исчезал.

-- Но ведь вы живете в стране, где существует закон, где королевские рыцари защищают, как горожан, так и деревенских жителей, - возразил я. - Если у вас что-то украли, если в деревню пришел отравитель, то надо было немедленно сообщить об этом начальнику гвардии, и я бы первым примчался к вам на помощь. Неужели вы считаете, что похитителя или злого духа можно одолеть этим?

Я указал на поблескивающие на фоне снежного леса орудия труда в их руках.

-- Если проблема столь серьезна, как вы утверждаете, то сюда надо прислать рыцарей с настоящими, крестообразными мечами и в латах. А вы, как я посмотрю, ничем не защищены от внезапного нападения духов.

Конечно, с таким-то боевым настроем они могли смести со своей дороги и правого и виноватого, но я преувеличивал ради их же блага. Ведь Сильвия никогда не рассыпала угрозы зря. Я был уверен, что по ту стороны реки у нее гораздо больше сил, чем здесь.

Видимо, я привел достаточно веские доводы. Было видно, что в толпе начали раздумывать над моими словами. Они, действительно, засомневались в своих силах. Что могут сделать вилы или серпы, против колдовства?

-- А если они вернутся? - выкрикнул кто-то из толпы.

-- Вы думаете, королевские рыцари позволят им вернуться, - я скрестил руки на груди и бесстрашным взглядом окинул враждебно настроенных людей. Интересно, что имеет в виду этот боевой духом народ под словом " они". Кто такие эти существа, которым нельзя дать названия? А если те, кто живут за мостом и носят какое-либо имя, то крестьяне боятся произносить его вслух.

-- К тому же король, если доложить ему о столь чрезвычайных обстоятельствах может послать сюда одного из собственных звездочетов, которые тоже далеко не бессильны, - ровным голосом продолжил я, и слушатели еще больше притихли. Уже не слышалось злобных выкриков в сторону моста, лишь гробовое молчание.

-- Но кто сообщит об этом королю? - робко спросил кто-то.