Чарльз де Линт - Зелёная мантия

Валенти, она бросила на него испуганный взгляд и снова уставилась в пол.

— Ты в порядке? — спросил Валенти. Девочка пожала плечами:

— Вроде…

— Хочешь, поговорим?

Она кивнула, снова бросив на него быстрый взгляд.

Валенти улыбнулся:

— Ладно. Отдышись пока, а я сделаю какао — годится?

— Спасибо. Вы… вам помочь?

«Вот это девчонка!» — подумал Валенти.

— Обязательно, — сказал он вслух. — У меня какао никогда толком не расходится, а я терпеть не могу, когда плавают комочки. Понимаешь, липнут к губам, когда глотаешь.

Она едва улыбнулась.

— Пошли, — сказал он.

Валенти выждал, пока девочка, отложив пакет с книгой, прошла на кухню, и тогда переложил пистолет из кармана уличной куртки в карман домашней спортивной кофты, в неё же переоделся.

— Какао в шкафу — на второй полке сверху, — сказал он, входя в кухню. — Дотянешься?

— Наверно.

— Вот и хорошо. А я достану молоко.

В комнате было как-то особенно прохладно, по мнению Валенти, их знобило от пережитого, так что Тони развёл огонь, и они устроились перед камином. Али пересказала ему все события дня, начиная с отъезда матери и не упустив встречи с дикаркой, назвавшейся Малли Мегган.

— Рожки? — переспросил Валенти, когда Али описала Малли. — Что, настоящие рога? — Ему сразу вспомнилась девчонка, свалившаяся на него с дерева пару ночей назад. Рожек он не заметил, но ведь она не снимала шляпы. Старой широкополой шляпы, точь-в-точь как рассказывала Али.

Али кивнула:

— Совсем маленькие — как у антилопы.

— И живёт она в чаще?

— Так она сказала. Прямо в лесу — не в хижине, не в домике… ничего такого. И ещё сказала: музыку, которую мы слышали, играет какой-то Томми.

Во время разговора к Али вернулось присутствие духа. Только рассказывая о хлопке автомобильной дверцы, девочка снова занервничала и голос у неё заметно сел. Ни разу не подняв взгляда на Валенти, она рассказала, как её поймали за подглядыванием, о том, как один из мужчин объявил себя её отцом, и о погоне.

— Ну, остальное вы знаете.

Она наконец взглянула на него, и Валенти кивнул. Олень, бросившийся на машину Шоу, выстрел Валенти, бегство Шоу и его подстреленного приятеля…

— Как вы думаете, он правда мой отец? — спросила Али.

— Тебе не хочется в это верить, да?

Али качнула головой.

— Я тебе кое-что скажу, Али, — сказал он. — Важно не то, кем были твои родители, — важно, кем ты сама станешь, понимаешь? Если ты чего-то по-настоящему хочешь — если ты по-настоящему хочешь стать кем-то, — никто не может тебе помешать. Когда живёшь с людьми, можешь набраться всяких дурных привычек — ну, вроде манеры говорить, ругаться, — но даже если твой старик полное дерьмо, это вовсе не значит, что ты такая же.

— Да, но почему же мама… понимаете, почему она вышла замуж за такого?

Валенти пожал плечами:

— Не знаю. Ручаюсь, когда они познакомились, он не был таким. Люди меняются — и не всегда к лучшему. Когда такое случается с близкими, иногда единственное, что остаётся, — это расстаться. Похоже, так она и сделала — я ведь помню, что ты рассказывала, и видел твою маму: она замечательная женщина.

— Вы его знаете, да? — спросила Али. — Того типа, который сказал, что он мой отец?

— С чего ты взяла?

— Вы так говорите…

— Да, — признался Валенти. — Я его знаю. Он подонок. Мелкий пронырливый подонок. И опасен.

— Если он мне отец, почему он только сейчас за мной приехал?

— Ну, я тут поразмыслил, — сказал Валенти, — и сдаётся мне, он прослышал, что твоя мама выиграла в лотерею. Думаю, он решил стрясти с вас свой кусок, вот и явился.

Али кивнула.

— А чем там кончилось? — спросила она. — Я убежала, но слышала выстрелы.

Валенти с минуту разглядывал её лицо. Отлично выглядит. Может, не та беззаботная девчушка, что болтала с ним и шутила, но держится что надо. Такую храбрую девчушку надолго не запугаешь. И она не заслужила, чтоб ей морочили голову. Тем более, может статься, что они разговаривают в последний раз.

— Они выпустили пару пуль, и в меня, и в оленя, — признал он. — Я подбил одного, но всерьёз ничего сделать не успел — они смылись.

Глаза Али округлились:

— Вы что… вы бы их убили?

— Пистолет не игрушка, Али, и то, что случилось сегодня, не игра. Если уж достаёшь ствол, будь готов спустить курок. А если спускаешь курок, лучше постарайся убить того, в кого целишься, не то он доберётся до тебя.

— «Кодекс Марио Папале», — безрадостно прокомментировал про себя Валенти.

— Понятно, но…

— Помнишь, я говорил тебе, что был солдатом?

Али кивнула.

— Ну так вот, та армия, в которой я служил, не слишком довольна, что я ушёл в отставку. Они заключили на меня контракт, но я успел вовремя исчезнуть. А теперь этот Эрни Шоу…

— Ох, господи!

— Что такое?

— Так звали моего отца, — сказала Али. — Только не Эрни. Эрл.

— Эрл, — повторил Валенти. — Да, верно. Именно Эрл.

— Значит, он правда мой отец?

Валенти кивнул:

— Но я не о том. Он меня узнал, и теперь людям, на которых я работал, известно, где меня искать, понимаешь? А значит, на меня снова открыта охота.

— Тони, что это за армия, в которой вы служили?

Он уже почти все сказал ей, да и молчать больше не имело смысла, и все же клятва omerta — закон молчания — удерживала его от полной откровенности.

— Слушай, не важно, — отговорился Тони. — Это было семейное предприятие — и хватит об этом. Главное, они явятся по мою душу. Потому-то я и стрелял в Шоу. Теперь, раз он ушёл, мне тоже придётся уйти.

— Но ведь…

— Мне нельзя остаться, Али. Если я останусь, я покойник.

Девочка смотрела ему в лицо.

— Знаете, на что это похоже? — спросила она.

— На что?

— На гангстерский фильм. Не хватало только, чтобы в дверях вдруг появился Джимми Кэгни[20].

— Я не шучу, Али.

— Знаю. Я и не смеюсь. А вызвать полицию нельзя, Тони?

Он покачал головой.

— Вы были преступником, да? — Он не ответил, и Али передёрнула плечами. — Ладно, не в этом дело. Главное, кем вы стали теперь, верно? Значит, вам нельзя убегать, Тони.

— С ума сошла? Остаться здесь…

— А если бежать, то куда?

— Что-нибудь придумаю.

Она покачала головой:

— Тони, я хоть и не взрослая, а понимаю, что нельзя всю жизнь прожить в бегах. Помните, что вы мне сказали? «Если чего-то по-настоящему хочешь, никто не может тебе помешать».

— Да, но я же один против кучи стволов.

— Значит, найдите того, кто вам поможет.

Валенти не верил своим ушам. Он-то пытался утешить девочку, а она все перевернула с ног на голову и даёт ему советы. И неплохие советы, при всей её неопытности.