Татьяна Устименко - Звезда моей души

Ознакомительный фрагмент

Ох, как же мне хотелось верить, что наш несчастный мир еще имеет возможность выжить и измениться к лучшему, став прежним – прекрасным и уютным. О, если бы в этом мире больше не убивали детей, уважали стариков и не боялись любить! Клянусь, я была готова отдать всю себя без остатка, лишь бы хоть чем-то помочь многострадальному Лаганахару и населяющим его людям. Клянусь, если придется, то я не попрошу у бога Шарро ничего лично для себя, но самоотверженно пройду через любые испытания, только бы Блентайр сумел избегнуть губительного дыхания Пустоши и не оказался погребенным под барханами бездушного песка. Клянусь, я с радостью умру за Ардена… Тут я внезапно вздрогнула, поняв, что Джайлз терпеливо спрашивает у меня о чем-то важном, и, похоже, проделывает это уже отнюдь не в первый раз.

– Экий мечтательный эльф мне попался. – Маг и не думал сердиться. – А ну-ка, скажи, в какой стороне отсюда находится Блентайр?

Я решила, что чародей проверяет, старательно ли я училась в приютской школе, а поэтому немедленно напустила на себя жутко осведомленный вид и уверенно ткнула пальцем на юго-восток:

– Вон там!

– Молодец. А теперь давай выясним, насколько сильны твои врожденные магические способности. Попробуй мысленно прочертить прямую линию отсюда до города, выбирая наикратчайший путь, – и неважно, что ты не можешь видеть Блентайр.

Повинуясь его приказу, я зажмурилась для пущего эффекта и честно попробовала…

– Получилось? – заинтересованно осведомился Джайлз. – Отлично, а теперь назови первый ближайший к нам ориентир на прочерченном тобой пути. Только выбери что-нибудь не очень мелкое.

– Брод через Алларику, – предложила я, совершенно не понимая, к чему ведут все эти географические упражнения.

– Удачный выбор, я тоже о нем подумал. – Чародей крепко ухватил меня за руку и притянул вплотную к себе.

Заглянув в его лицо, я невольно попятилась, потому что в глубине светлых глаз мага возникли две огненные точки, тут же начавшие стремительно разрастаться, превращаясь в концентрически закручивающиеся красные спирали. Джайлз поднял руки и скрестил их над моим затылком, а с его губ сорвалось негромкое заунывное пение. Я ощутила исходящий от его пальцев жар, изливающийся на мою голову и окутывающий ее подобно капюшону. Еще никогда я не казалась себе такой сильной, способной, наверное, одним мимолетным взглядом свернуть горы и осушить реки.

– Замечательно! – устало выдохнул чародей, потряхивая ладонями, словно он только что прикасался к раскаленной кухонной плите. – Ты обладаешь огромным колдовским потенциалом, еще спящим и не развитым. Но, клянусь именем Шарро, когда-нибудь ты научишься им пользоваться и станешь готовой совершить многое.

Я недоверчиво хлопала ресницами, приняв его слова за всего лишь добродушное подтрунивание над бесталанной мною. Кто сможет – я? Да ну, как же, так прямо и поверила, держи карман шире! Ведь я – никто, просто безродный подкидыш, несчастная сирота, лишенная родительской любви, никому не нужная, вечно обсмеиваемая и всеми презираемая. Я – урод, трусливо не смеющий распахнуть спрятанные под рубахой крылья. Нет, однозначно, такие бездари, как я, магами не становятся!

– Опять ты углубилась в свои мысли, – ворчливо подметил молодой чародей. – Раз уж ты такая мечтательница, то сделай милость – вообрази, будто мы уже находимся там… И желательно – на другом берегу Алларики.

– Вообразить? – шокированно переспросила я. – Вот так просто вообразить, и все?

Джайлз ехидно хихикнул и крепко обнял меня за талию:

– Да, вообрази!

Честно говоря, поначалу это необычное задание не показалось мне очень сложным, раз уж речь шла всего лишь о банальном полете фантазии. Я плотно зажмурила глаза, дотошно и в мельчайших деталях представляя себе пресловутый брод, с обоих берегов реки отмеченный большими белыми валунами, и саму Алларику – шумно бурлящую подле них, но совсем еще неглубокую в это время года. А потом я просто вообразила себя и Джайлза, плавно летящих по воздуху и мягко опускающихся рядом с валуном на противоположном берегу, точно у переправы…

Внезапно меня качнуло, я мгновенно распахнула глаза и отчаянно завизжала. Оказалось, что мы действительно плывем в восходящем воздушном потоке, приподнявшись довольно высоко над землей и паря подобно двум легковесным тополиным пушинкам.

– Мы летим? – всполошенно закричала я, не смея поверить собственным глазам. – Но я же не умею летать!..

– Не умеешь, но тем не менее летишь! – довольно усмехнулся чародей, продолжая держаться за меня.

– Если я не умею летать, значит, мы сейчас упа… – с безупречной логикой начала рассуждать я.

– Не смей!.. – предостерегающе вскрикнул Джайлз, но было уже поздно.

Мир неожиданно закувыркался вокруг меня, многократно переворачиваясь с ног на голову и обратно, я истошно заорала от испуга и судорожно вцепилась в безбожно сквернословящего мага.

– Йона, думай о полете! – настойчиво требовал он, пытаясь перекричать свистящий возле нас воздух, но куда там – я запаниковала и мертвым грузом повисла у него на шее, жалобно скуля, словно побитый щенок. Земля приближалась. Я тоненько пискнула напоследок, и мы звучно обрушились прямо в реку…

– Тьма на мою голову! – сердито выругался Джайлз, бредя к берегу и отплевываясь от попавшего в рот песка.

Место нашего неудачного приземления оказалось неглубоким, поэтому вода лишь незначительно смягчила боль падения, не защитив от возникновения многочисленных синяков и ушибов. Плюс к этому мы промокли до нитки и изрядно продрогли в жутко ледяной воде.

Я смущенно отфыркивалась, виновато шмыгая носом и незаметно потирая сильно отбитый бок, коим смачно приложилась о торчащий из воды голыш. Я ведь предупреждала, что не умею летать!

– А ты ни в чем не знаешь удержу, – лукаво ухмыльнулся Джайлз, без всякого почтения к своему официальному одеянию стаскивая расшитую звездами мантию и простецки ее выжимая. Моему смущенному взору предстала простая полотняная рубашка, ладно облегающая его стройный торс, и смешные штаны до колен. – Вот когда ты научишься правильно использовать таланты, данные тебе от рождения, то такому магу цены не будет!

– Если научусь! – сварливо поправила я. – Но, вероятнее всего, из меня попросту не выйдет никакого толку. Такая дура, как я, и правда бесценна, ибо не имеет никакой цены.

Джайлз восхищенно хохотнул, звучно щелкнул пальцами, сплетая заклинание и высушивая свою тщательно отжатую мантию.

– Не суди о себе пристрастно, ведь если верить своему отражению в луже – то каждый из нас жалок, мелок и грязен!