Рамиль Юсупов - Тайный Город – твой город (сборник)

– Вот, смотри, – Степлер поднял бумажку перед собой так, что к Артему оказалась обращена сторона с надписью «Бу га». – Видишь, тут буквы стерлись. Как думаешь, что было написано?

Внимательно поглядев, Артем ответил:

– Ну, мне кажется, тут было: «Бугага». Выражение, обозначающее издевательский хохот. Так подонки в Интернете пишут.

– Подонки?

– Да, это такие хорошие ребята, вроде вас. Могу предположить, что в этой записке автор с усмешкой отзывается о невысоком качестве товара, который предлагается на Планерной, восемь. По-моему, надпись: «На Планерной, восемь, барахло бугага» – означает именно это.

У Красных Шапок отвалились челюсти.

– Как ты увидел?! – прохрипел наконец Степлер.

– А у тебя очки зеркальные. В них обратная сторона записки отражается. Кстати, еще один дружеский совет. Вы, я смотрю, в картишки собрались перекинуться. Так ты очки-то сними, а то партнеры твои карты будут видеть.

И тут Могила понял, что его катастрофический проигрыш в очко был не совсем случайным… Степлер все время стоял за его спиной… Подлые Гниличи мухлевали!

За отсутствием ятагана в ход пошли кулаки.

Проводив приятеля до выхода из магазина, Бульбег Кумар задержался в торговом зале. За прилавком, уткнувшись в монитор, сидела его дочь Ирма.

– Чем мы так увлечены? – поинтересовался Бульбег.

– Да тут фантастика просто! – ответила дочь. – В Интернете пишут, что в он-лайн конкурсе установлен рекорд скоростной печати на клавиатуре. Шестьсот тридцать знаков в минуту! Представить себе не могу.

– Давай-ка я тебе кое-что поинтереснее в Интернете покажу. Очень поучительно: как делается грамотный рекламный бизнес. Есть такая аудиозапись, клиент звонит в «Супер-Телеком»…

– Тоже мне, поинтереснее! – фыркнула Ирма. – Это я еще неделю назад слышала. Это, папа, баян!

– Да нет, я тебе не про музыку, там телефонный разговор…

– Знаю, знаю. Я про него и говорю: это уже неделю как баян.

– Что, новое словечко из человского жаргона? – поморщился отец. – Вот семейка! Меняют свой язык каждый день! То у них «кофе» становится среднего рода, то теперь какой-то «баян»…

– Ну, это словечко не новое. «Баян» – это уже баян!

– Так… Знаешь что, давай – услуга за услугу. Ты мне нормальным языком объясняешь, что такое «баян», а я тебе рассказываю, как делается рекламный бизнес.

– Не согласна. Цена неадекватная. Давай так: я тебе расскажу про «баян», а ты избавишь меня от необходимости выслушивать лекцию про рекламу.

– Хм… Дороговато выходит. Предлагаю тогда такой вариант: вместо этой лекции я разъясню тебе, как стыдно девушке из семьи шась проявлять так мало интереса к вопросам бизнеса!

– А… Насколько обстоятельным будет это разъяснение?

– Ну, я планирую снабдить тебя достаточно полной информацией по данному вопросу. Ругаться буду минут десять.

– Хорошо, сдаюсь. Пусть лучше будет рассказ о рекламе. Только короткий.

– По рукам. Итак, что такое «гармонь»?

– Не гармонь, а баян.

– А это не одно и то же?

– Нет. «Баяном» называют нечто давно устаревшее.

– Почему?

– Наверно, потому, что баян – старый, несовременный музыкальный инструмент.

– А какой современный?

– Ну… синтезатор, например.

– То есть он новый?

– Относительно.

– А гармонь?

– А гармонь – нет. Гармонь – это баян.

– Вот! – Бульбег торжествующе воздел палец, – Я и говорю: это одно и то же!

– Ладно, папа, давай теперь про рекламу. Только коротко, как обещал.

– Коротко, коротко. Так, что поместится даже в твою маленькую головку… Эта вот запись телефонного разговора, выложенная в Интернет, – специальная акция, организованная рекламным агентством «Опоссум». А деньги за нее агентство получило сразу с двух разных компаний! С одной – как за рекламу, а с другой – как за антирекламу конкурента! При этом…

– Погоди-ка… «Опоссум»? – Ирма поглядела на монитор, – Хм, надо же. Этот чел, который рекорд скоропечатания установил, он тоже сотрудник рекламного агентства «Опоссум». Некий Валерий Чукин. Охранник. Что тоже странно, для рекордсмена по печати на клавиатуре.

– Как раз в этом нет ничего странного, – проворчал Бульбег, – сидит там в офисе целыми днями, дурака валяет и, от нечего делать, печатать тренируется. Знаю я этих дармоедов. Только зарплату зазря получают! Потому я их тут и не держу. Охранные артефакты и обходятся дешевле, и действуют надежнее… Да, но совпадение интересное. Интересное совпадение…

Расшифровку таинственной записки о кладе на Планерной, восемь, пришлось продолжать на улице, поскольку за нарушение пункта «не дебоширить» Заточку, Степлера и Могилу из «Ящеррицы» выставили. Задумчивые лица кладоискателей украсились шишками и ссадинами, полученными в ходе короткой, но эмоциональной дискуссии о кодексе чести при игре в очко. Однако причастность к тайне сокровища примирила дикарей. По крайней мере, на время.

– Мы теперь с вами, как говорят челы, все трое в одной лодке, не считая собаки, – сказал Могила.

– А кто собака? – поинтересовался Степлер.

– Собака – наемник. Он записку прочитал, но, к счастью, ни хрена не понял.

– А мы-то поймем?

– Должны.

– Я вот думаю, – промямлил Заточка, потирая ушибленную скулу, – может, тут не про клад говорится? Может, «Бу га» – это «бумага»? Может, кто-то просто написал, что на Планерной, восемь, бумага – барахло?

– А почему тогда «Бумага» с большой буквы? – резонно возразил Могила. – Нет, это явно чья-то подпись.

– Братан, ты гений! – воскликнул вдруг Степлер и ударил Заточку по плечу. – Ты тренер, в натуре! Все правильно, там написано: «Бумага»! Только Бумага – это имя Красной Шапки! Был такой боец, из Гниличей. Фальшивыми деньгами промышлял. Челы их печатали, а он как-то сбывал. Причем как раз где-то в Тушине он работал, так что все сходится! Потом его человские же бандиты и грохнули. Он их вроде бы кинуть пытался. Заныкать хотел большую сумму. Я помню, как он в «Средстве от перхоти» деньгами сорил. Хвалился, что выкупит кабак у Расция… А вскоре его и завалили. Но бабло он, видать, успел припрятать! О нем в записке и говорится! Все, не хрен тут больше балаболить, пошли на Планерную, восемь!

– А как нам узнать, где именно там клад лежит?

– На месте сориентируемся!

– Какое оружие берем? – оживился Могила.

– Не надо пока оружия! – рассудительно заявил Заточка. – На первый раз, чисто, поглядим там, че почем, хоккей с мячом…

Вернувшись в свой кабинет, Бульбег Кумар продолжил чтение списка, выданного «маркетологом». Итак: тараканья отрава, красивая дорогая кукла, заварочный чайник в виде Вестминстерского аббатства, сокровище, по информации от приставника Митрофана… Так… Стоп. Что это такое? Сокровище? По информации от приставника Митрофана? Как это понять? Так, что у нас связано с Митрофаном? Приходил он к нам, помнится, приходил… Что-то приносил… Вроде бы какую-то мелочь из области компьютерной техники. Поднимем-ка книги учета…