Ирмата Арьяр - Огненная кровь

Я не видела такой необходимости. Кто может мне сейчас угрожать, кроме самих вейриэнов? Шауны и инсеи притихли, и после введенных мер с магической «охрой» перестали ползти в королевство. Но в отместку наложили вето на все торговые операции. Торговая гильдия взвыла. Народ затянул пояса и ждал, когда созреет волшебный урожай.

Ради того, чтобы засеять согретые королевской жертвой поля, я в первые же дни смерти Роберта, еще не надев корону, поссорилась с Регентским советом, герцогами и кардиналом — крупнейшими землевладельцами королевства. Особенно кардинал. Припрятанное и сохраненное зерно никто не хотел сеять посреди зимы и не продавал моим скупщикам ни за какие блага. Золото для закупок мне дали в долг Белые горы. Таможенный сбор с инсеев тоже приносил уже ощутимые суммы, хотя Первосвященник в лице кардинала Трамаса еще упрямился. Но кому нужно золото, когда нечего есть?

Пришлось для наглядности поджечь у каждого сановного жлоба по амбару. В огненном хаосе никто не разобрался, что якобы сгоревшее зерно переместилось в мои закрома. Да, грабеж. Я могла бы и военной силой отобрать, но зачем мне гражданская война? А так списала происшествия на гнев покойного Роберта. И так усердно тушила огонь, что никто меня и не заподозрил, кроме Таррэ.

После пожаров напуганный кардинал решил, что все равно добру пропадать, спекулировать не удастся. И приказал сеять, что осталось. За ним и остальные решились. Еще недели две, и народу можно будет пожинать плоды моих тайных диверсий и забыть о голоде.

А еще через декаду, если удастся моя затея, мои руки не будет связывать ничего, кроме клятвы королю Роберту и договора с Белогорьем, и Регентский совет будет распущен.

За оставшуюся до празднеств декаду я еще несколько раз лазила в «карманы времени» и обчистила вечность на дополнительный месяц тайной жизни. Это ничтожно мало, но основное удалось: управлять фантомом на расстоянии, чувствовать его, даже не видя.

Физически он стал более совершенным. Я катастрофически не высыпалась даже в «карманах», но добилась, чтобы и вблизи его кожа, волосы, блеск глаз казались естественными. Уму непостижимо, на что я шла ради этой задачи — грабила кладбища!

Анатомические атласы — всего лишь картинки. А мне нужна реальная структура кожи, костей, мышц, расположение нервных волокон и кровеносных сосудов. И желательно не затронутых тленом. Мои воспоминания о жертвах на погребальном костре аринтов уже поблекли, да и мыслимо сразу запомнить состав человеческого тела?

С материалом для опытов мне помогал Эльдер — он замораживал свежего мертвеца, я утаскивала его в убежище и сжигала, запоминая каждую уничтоженную пламенем часть и воссоздавая по памяти… те же трупы, но уже полностью подчиненные моей воле. Была только одна загвоздка: в них не текла кровь, если их поранить. Тогда я не задумывалась, какую магию неосознанно примешивала к волшебству.

Снежный дракон, ворча и брезгливо морщась, забирал их и снова прикапывал. Глаза у него были круглыми от ужаса, но нотаций он не читал. Надо, значит, надо. Наверное, он тогда всерьез полагал, что я готовлюсь к штурму Темной страны, чтобы вызволить миледи Хелину из плена.

Для этих опытов была выбрана башня в скале на необитаемом острове, но все равно по столице, еще помнившей ужас перед владыкой Азархартом, поползли самые невероятные слухи. Таррэ с ног сбился, разыскивая наглого некроманта, плевать хотевшего на огненную защиту земли Гардарунта.

Точно так же, по крохотной частице, я сожгла полученные от Архивариуса документы, запоминая структуру бумаги, состав чернил, почерк и вид печатей. Было у меня подозрение, что вейриэны не обошлись конвертом и добрались до содержимого. И еще мне подумалось, что неведомый главный мошенник королевства мог поставить и какие-нибудь свои «маячки», дабы выследить заказчика. Я не спрашивала у Светлячка, как он сумел выполнить мою просьбу, но была уверена, что аринты не выдадут. К тому же барон не знал, что именно мне понадобилось подделать.

Спасибо Таррэ, предупредил о том, как он собирался следить за получателем конверта и выводить его на чистую воду. Я взяла свежайшие чернила и заперла их в двойную шкатулку. Ее наружные стенки существовали в моем времени, а внутренние — в ускоренном многократно мире, где время мчалось с немыслимой скоростью. Это был рискованный эксперимент, огненные маги ускоряли время вместе с собой, своей душой и сердцем. Но попытаться я должна была. Просить Архивариуса выдать мне чернила второй раз не получится: кольцо у трактирщика он так и не забрал.

За три дня до окончания траура мой Лэйр, как я назвала свою мужскую копию, был готов. Я отправила его в королевские покои вместо себя, а сама подсматривала через огонь за произведенным эффектом.

До чего же это оказалось непросто — наблюдать за фантомом изнутри и снаружи!

То ли из-за непривычной раздвоенности моего внимания, то ли еще по какой причине, но движения фантома казались мне чересчур резкими, жесты дергаными, а поздороваться он сумел только невразумительным мычанием и едва не грохнулся, запнувшись за край ковра, потому что я отвлеклась на подглядывание за реакцией ласха.

Эльдер красноречиво поджал челюсть и подобрал хвост, едва не расплавленный ногой Лэйра.

— Что с вами, мой опять невыспавшийся король? Да на вас лица нет!

— То есть как это нет? — выдавив из фантомного горла членораздельные звуки, я испуганно ощупала лицо фантома фантомной же рукой: может, глаза меня обманывают.

— И голос хриплый. Простудились?

— Немудрено в таком-то холоде! — намекнула я, точнее, Лэйр, на наглую оккупацию моих покоев северными магами.

— Но вы же здесь и не ночуете, не пропадать же зря королевским хоромам! — парировал ласх. Принюхался было к руке, махнувшей в попытке удержать равновесие (фантома слегка повело в сторону), но тут же отпрянул. — Э, да у вас жар! Огонь так и пышет!

— Уже почти сорок дней жар, а ты только что заметил?

Эльдер обогнул меня, рассматривая со всех сторон.

— Да вы и не дышите, ваше полуобморочное величество!

Ох. За словесной пикировкой я и забыла поддерживать иллюзию дыхания у фантома. Тут же его ребра усиленно заходили.

— А сейчас задыхаетесь, как при смерти, — заметил снежный дьявол. — Нет, не верю. Совсем не верю, что это — мой прекрасный, восхитительный, драгоценный король. Подделка!

И как дунул ледяным ураганом. Без предупреждения! А что будет, если встретятся огонь и лед? Правильно. От фантома не осталось даже жалкой лужицы — испарился.

Ничего, я запасливая. Следующий!