Охота на Странника: Последняя месть (СИ) - Ульяна Муратова

дать ей возможность набраться сил после боя и собирался сам отдохнуть пару вечерних часов перед тем, как на небосводе появится Геста, такая же прелестная и заспанная по вечерам, как его собственная луна.

Хотя выглянет ли богиня сегодня?

Над рекой постепенно поднимался туман, а небо затягивало сизой дымкой.

К моменту, когда Кайра проснулась, Десар наудил рыбы и дважды опустошил ловушку с подтухшей приманкой, достав несколько десятков крупных, злобно вращающих глазами и топорщащих клешни раков.

— Никогда таких не пробовала… — тихо проговорила напарница, садясь на ковре, и вдохнула исходящий от углей аромат. — Пахнет очень вкусно. Спасибо.

— Я подумал, что после боя ты проснёшься со зверским аппетитом. Правда, сам я уже поел, не стал ждать тебя. Хотя знаешь… Пожалуй, составлю тебе компанию. Я же не животное какое-то, чтобы есть, только когда голоден.

Десар передал Кайре проткнутую тремя заточенными палочками рыбу и пододвинул к ней деревянную тарелку с обсыпанными пеплом раками. Они ещё шипели изнутри, а панцири были огненными. Запах стоял такой, что кружилась голова. Или это от переутомления? Десар в теории мог и два дня кряду провести без сна, но это был предел его возможностей, к которому он старался никогда не подходить.

Почти месяц вынужденного похода измотал их настолько, что оба нуждались в отдыхе и нормальной еде. Когда они выберутся из остодраконевшего леса, Десар купит десять разных тортов и с удовольствием поможет Кайре с ними расправиться. Пусть обычно он не особо охоч до сладостей, но теперь собирался сделать исключение.

— Я готова нести караул, а тебе давно пора ложиться. И тебе стоило разбудить меня пораньше, — скованно проговорила Кайра, словно они с Десаром снова стали чужаками.

Это резануло по и без того натянутым нервам, но он слишком устал, чтобы заводить эмоциональный разговор.

— Хорошо.

Кайра встала с ковра, и он занял согретое место, ярко пахнущее туманоцветом. Его запах начал прочно ассоциироваться с напарницей — из всех душистых трав она предпочитала именно его и старательно натирала им тело, хотя Десару нравился и её естественный запах.

— Хочешь, я тебя усыплю?

— Нет. От наведённого сна сложно очнуться в нужный момент, а голова потом весь день какая-то мутная, — отозвался он, устраиваясь поудобнее.

Вскоре он уснул сам, и Кайра осталась один на один со своими мыслями, не менее тяжёлыми, чем мысли Десара.

37.2

Туман медленно сгущался, наполняя воздух загадочной тишиной. Жаркий день уступил место прохладному вечеру, и нагретая солнцем земля начала парить, окутывая реку и её берега невесомой шалью. Белёсая дымка мягко обволакивала холм, на вершине которого раскинулся старый дуб. Туман стелился по земле, пробираясь под одежду, и сначала стало зябко, а с наступлением темноты — по-настоящему холодно. Кайра легла спиной к спине Десара, чтобы его согреть, и долго смотрела в пустоту, прислушиваясь к его дыханию и окружающему миру.

Луну занавешивал полупрозрачный полог из белой дымки, а потом и вовсе скрыл от глаз. По лесу кралась стылая темень, и костёр уже не в состоянии был её разогнать.

Ночные растения подсвечивали туман изнутри, воскрешая в душе какой-то глубинный, мистический страх перед природой. Где-то далеко протяжно завыли блейзы. И без того продрогшая Кайра покрылась мурашками.

Заклинание летучего паралича свербело на кончиках пальцев, готовое быть брошенным в любого напавшего хищника. Однако нападения всё не случалось и не случалось, и ожидание выматывало похлеще самого боя, тем более что особым терпением самая неуживчивая из Болларов никогда не обладала. Десар повернулся во сне, сгрёб её в охапку вместе с ворочающейся в груди тревогой и засопел прямо в ухо.

Накатила сонливость, но Кайра ни за что не поддалась бы ей во время караула, поэтому просто невидящим взглядом смотрела на клубящийся у подножия холмика туман и думала о семье.

Когда Десар проснулся, было уже около полуночи.

Кайра приподнялась на локте и сказала:

— Ты был прав. Ночью надо идти, а днём спать, иначе получается какой-то кошмар. То ужасно жарко, то ужасно холодно, ещё и туман этот… Видимость, как у дракона в заднице!

Десар посмотрел на её сердитое лицо и улыбнулся. Он тоже продрог во сне, но то, насколько тесно Кайра прижалась к нему в поисках тепла, обнадёживало. А надежда способна согреть куда лучше костра.

Поднявшись на ноги, напарники молча собрали лагерь, завернув пожитки в ковёр. Оказалось, что днём Десар сплёл толстую косу из травы, и теперь повесил на неё скрутку из их скарба, заменив таким образом сгоревший подол. Сплетённый полог взял в руки, но его отобрала Кайра, завернулась в него и стала похожа на нахохлившуюся недовольную птицу.

— Нобларина Хижина, — с улыбкой прокомментировал Десар, получив в ответ гневное фырканье.

От ходьбы тело разогрелось, и спустя час капитан уже не чувствовал себя таким закоченевшим. Они шли вдоль реки и этот ориентир не позволял сбиться с пути даже в тумане. К утру заморосил противный дождь, увенчав и без того крайне неприятный переход.

Не сговариваясь, к теме отношений Кайра с Десаром не возвращались, оба понимали, что в таком настроении только поссорятся, и оба не хотели такого исхода, поэтому молча шли, утирая с лица мелкие капли дождя и надеясь на ясный день.

Надежда не оправдалась. Дождь зарядил ещё сильнее, а редкий хвойный лес едва ли мог предложить хоть какую-то защиту — игольчатая подстилка промокла насквозь, и во всей округе не было ни одного сухого места.

Десар видел, что Кайра ярится и готова взорваться, но при этом отчаянно сдерживается. Он попробовал разжечь костёр под густой кроной старой сосны, где капало чуть меньше, чем в других местах, но ливень тут же залил огонь — словно нарочно прицелился. Напарники приладили к стволу смастерённый Десаром травяной полог, вычистили намокшую еловую подстилку до практически сухой земли. Кайра спряталась от дождя под навесом, сидя на двух половинках кирасы и местами влажном ковре. Десар обустроил очаг из крупных камней, магией зажёг костёр и сел рядом.

— Ну и плевать… — сказала вдруг Кайра, глядя на занимающийся огонь, дыма от которого было куда больше, чем тепла.

— Что?

— Я устала злиться, вот что. Если мы замёрзнем, я нас вылечу. От дождя не сдохнем. Зато через пару дней грибы пойдут… — она посмотрела на Десара и неожиданно улыбнулась: — Обожрёмся...

Он улыбнулся в ответ. Внезапно ливень перестал иметь такое уж большое значение.

— А если на нас блейзы нападут, то обожрёмся блейзов? — насмешливо спросил он.

— И сделаем