Очкарик 3 (СИ) - Афанасьев Семён

Она поначалу пыталась в чём-то убедить старшую сестру после остановки на стоянку, но вместо ответов на свои вопросы получила в руки младенца:

— На! Твоя очередь! — выдала ей Акмарал, не вдаваясь в споры.

И была такова.

— А вот пойду и схожу к ним! — на ровном месте взбесилась на саму себя Асем, после чего начала подниматься.

— Не смей туда ходить. — Вздохнула метиска. — Ты там не нужна. Впрочем, как и кто-либо из нас, — добавила она через секунду, тоже прислушиваясь и принюхиваясь.

Хе всё то время, что длились ужин и отход ко сну, с нескрываемым любопытством не сводила глаз с освобождённой пленницы, но ничего не говорила. Видимо, какие-то догадки посетили её ещё на том этапе, больно уж противным казался теперь её многозначительный взгляд.

Акмарал, ничуть не стесняясь и предварительно испросив разрешения у Асем, перетряхнула кое-какие вещи и вооружилась малой палаткой плюс парой одеял. После чего утянула всё это с собой, обустраивая в стороне ночлег для себя и своего спасителя.

— Это ненормально. — На каком-то этапе хрипов и стонов из малого шатра Жулдыз боднула лбом в плечо хозяйку табуна, глядя в землю. — Что они делают? Скажи что-нибудь, как дочь хана. Разве так можно?

Аккуратно положив спящего ребёнка рядом с собой, она поискала вокруг себя глазами, нехотя поднимаясь на ноги.

— Эй, ты тоже стоять! — Хе весело хохотнула и потянула орчанку за рубаху, опрокидывая её обратно на землю, на спину. — Если тебе так интересно, то эмоции твоей сестры сейчас — сплошная радость и счастье!

— Зачем ты мне это говоришь?

— Ну вдруг это имеет для тебя какое-то значение?

— Сама слышу её счастье и радость! — совсем недружелюбно огрызнулась Жулдыз. — Бл***. И что, долго они так ещё будут?!

— Не знаю, — проворчала ей Асем, после чего отвернулась в сторону и вдруг навзрыд заплакала.

— Э-э, что с тобой?! — метиска решительно развернула к себе хозяйку табуна. — Бл***! — непроизвольно повторила она за первой кочевницей. — Не поняла. Чего ты-то сейчас ревёшь?! Что вообще случилось?!

— Это у меня сейчас старшую сестру е*ут, — добавила недовольным голосом Жулдыз, не делая больше попыток подняться с кошмы. — Это мне впору плакать. А ты чего разревелась?! Тебя, что ли, сейчас инородцы наяривают?!

— Акмарал непротив этого всего, — выдавила из себя дочь хана в перерывах между всхлипами, которые пыталась побороть, но не могла. — Хе права. Им щ-щас обоим хорошо. Но на её месте должна была быть я-а-а-а-а!..

— Твою ж маму. — Хе удивлённо взглянула на подругу, после чего затравленно переглянулась с Жулдыз. — Ты чего, эй?! Хренасе новости!

— Я вернусь утром! — Асем, размазывая по лицу слёзы, плюнула на песок и решительно направилась к ближайшему коню.

Не набрасывая даже узды, она взлетела на спину животного без седла и, опершись руками о шею (либо держась за гриву — здесь метиске было плохо видно в темноте), рысью отправилась куда-то вдоль реки, вверх по течению.

— У каждого мага могут быть свои возможности, — улыбаясь, продолжил Вадим, пристально глядя на орквуда. — Простым разумным недоступные. Эй, служивые, если вы сейчас не освободите проход, то здорово пожалеете.

— А ну-ка, поверни лицо, — орквуд протянул ладонь к Акмарал. — К свету, видно плохо.

Глава 11

— Эй, животное! — Вадим прямо так и сказал «мал»[10], хоть и на орқша.

Впрочем, уж орквуд-то его точно понял — было видно по роже.

Дальше рука хумана мелькнула в воздухе так быстро, что три движения практически слились в одно.

— НЕ НАДО ТРОГАТЬ СВОИМИ РУКАМИ МЕНЯ ЛИБО МОЁ ИМУЩЕСТВО, — чеканно процедил человек, презрительно глядя на скривившегося от боли инородца.

Удар пришелся тому в бицепс. Орквуд охнул и дёрнулся, словно наткнулся на стену. Протянутая рука повисла, как плеть.

Его соплеменники, перебросившись парой фраз, тут же устремились к говорящим, блокируя заодно въезд в город.

— Кто здесь старший? — пятнистый тем временем относительно вежливо обратился к десятнику людей, демонстративно игнорируя орквудов-сартов. — Вы или они?

— Не оговорено, — нахмурился человек, опуская взгляд. — Специально не оговорено. Считается, что мы поддерживаем друг друга и…

— … решаете общую задачу? Тогда у меня просьба. Пожалуйста, оградите меня и мою собственность от поглаживаний, объятий и прикосновений других разумных? До тех пор, пока я этого лично не разрешу?

— Если нет? — раздалось насмешливо со стороны орквудов.

— Тогда я сделаю это сам, — мгновенно вскинулся пятнистый, затем повернулся обратно к человеку. — Плюс буду считать лично тебя недружественным мне представителем, хоть и одного со мной народа. Со всеми вытекающими лично для тебя последствиями.

— Эй, человек! — прорычал тем временем десятник орквудов, приблизившись к проверяемым вплотную. — Ты…

Глаза орчанок, в отличие от других разумных, очень хорошо заметили, что случилось затем.

Вадим поднял правое колено почти до уровня груди, затем резко разогнул ногу и с силой впечатал пятку в бедро старшего из инородцев, вкладываясь в удар над коленом сарта всем телом.

Хотя берцовая кость громилы и не сломалась, здоровенный орквуд принялся заваливаться на спину.

Человек, не прерывая движения, тут же перенёс вес с левой ноги на правую, будто танцевал.

Потом в воздухе мелькнул его левый ботинок, а сам хуман в прыжке развернулся другим боком.

При этом его второй носок со всего маху врезал падающему назад орквуду снизу под челюсть.

Здоровяк лязгнул зубами и таки рухнул на спину, как подкошенный.

— НЕ НУЖНО ТРОГАТЬ СВОИМИ РУКАМИ МЕНЯ ЛИБО МОЁ ИМУЩЕСТВО! — повторно прошипел пятнистый, впившись взглядом в далёких и оседлых родственников кочевников, если иметь в виду близость их рас.

Оставшиеся на ногах сарты без лишних слов потащили из ножен клинки, угрожающе надвигаясь сразу с трёх сторон.

— Сейчас свои ковырялки вместе с руками проглотите, — многозначительно уронил ученик мага, делая два шага назад и засовывая руку в деревянный чехол. — Всех до единого хлопну, если иначе до вас не доходит!

— СТОЯТЬ! — десятник людей, надо отдать ему должное, не остался в стороне и решительно ввинтился между конфликтующими сторонами. — СОБЛЮДАТЬ ТИШИНУ! СОБЛЮДАТЬ ПРАВИЛА! ВСЕХ КАСАЕТСЯ! — смотрел он при этом не столько на соплеменника, сколько на инородцев.

— Благодарю, — тут же среагировал Вадим, извлекая тем не менее самострел из деревянного чехла.

А в его левой руке, как по мановению волшебной палочки, появилось имущество убитого гнома.

— Эй!.. Какого чёрта?.. Вы с нами или против? — орквуды не собирались уступать, напирая на людей-коллег по страже.

Хуманы же встали шеренгой за своим начальником и сейчас судорожно лапали рукояти клинков, не зная, как реагировать на происходящее.

— Ты. Вопросы моей женщине — только через меня, — холодно продолжил пятнистый самому первому сарту, переключая на себя внимание и частично унимая суматоху. — Тебе понятно, за что я тебя ударил? Или объяснить вслух? Может, повторить для наглядности?

Стражник, так неудачно попытавшийся разглядеть Акмарал получше, баюкал тем временем отсушеную чужим кулаком руку:

— Ты же говоришь, она лишь рабыня? Почему все вопросы ей — через тебя? Ведёшь себя с ней, как со своей женщиной, человек. И смотришь на неё по-особенному — всем со стороны видно! Считаешь нас за идиотов?

После фраз на всеобщем он добавил ещё пару непонятных слов, своим.

— Ты это сейчас серьёзно? — искренне удивился хуман. — Ну и предъява… Мне перед тобой что, отчитываться? Не сильно ли много чести будет? — пятнистый за какую-то секунду озверел на ходу. — Слышишь, ты, кусок говна, а ничего, что ты сейчас с дворянином разговариваешь?! А НУ ИДИ ПОБЛИЖЕ! — не дожидаясь реакции на свои слова, человек двинулся навстречу орквуду сам. — ТАК Я ТЕБЕ СЕЙЧАС РАСТОЛКУЮ!