Екатерина Белецкая - История с продолжением

– Я не имею права…

– Я тоже! Вам придётся, Айкис, держать меня всю жизнь в таком состоянии, как сейчас. Не забудьте сказать об этом Ренни с Даудом. Иначе…

– Иначе ты постараешься всё сделать так, чтобы я не успела. И чтобы они не успели, – добавила Айкис. – Дурак… ты не знаешь и половины из того, что знаю я…

– Что тут можно ещё знать?… – Пятый с тихим отчаянием посмотрел на Айкис, та ответила ему полным боли взглядом. – Я… я и сам не хочу… даже, если кто-то может что-то ещё сделать с этой чёртовой цепью… мне всё равно… я хочу… уйти… отпустите меня, пожалуйста…

Айкис встала и подошла к двери. На пороге комнаты она остановилась.

– Подожди немножко, – мягко попросила она. – Это быстро…

Лин и Жанна сидели в своём блоке, в столовой. Сидели просто так – есть не хотелось. Приход Айкис был для них полной неожиданностью – и Лину и Жанне последние дни почти не доводилось её видеть.

– Пошли, – сказал Айкис.

– Куда? – не поняла Жанна.

– Зачем? – не понял Лин.

– Пошли, рыжий, – повторила Айкис. – Жанн, посиди пока тут, я тебя вызову позже. Или не тут… просто не ходи за нами, ладно?

Жанна пожала плечами. Лин вышел следом за Айкис… а та, на секунду остановившись, кинула ему координаты и приказала:

– За мной, – и шагнула в стену. Лин последовал за ней, про себя мрачно удивившись – интересно, что ещё может родиться в этом уме?… И с какой такой радости её величество вдруг вздумало ходить через стены? Она же этого терпеть не может. Просто не переносит…

– В общем, так, – несмело начала Айкис. Они стояли в полутёмном коридоре, Лин не понял, на каком этаже. – Тебе – туда… если что – я тут… поблизости. Позовёшь.

Айкис повернулась к нему спиной и пошла по коридору прочь. А Лин сделал первый робкий шаг к указанной Айкис двери, потом обернулся и посмотрел ей вслед недоумённым взглядом.

Когда в жизни происходит что-то очень плохое, человек словно впадает в спячку. Вроде ходит, ест, говорит… а сам… как кусок боли, возведённой в степень. Говорят, несчастья возвышают и закаляют дух и разум. Вполне возможно. Только, может, есть и другие пути для этого?…

Когда в жизни происходит что-то очень хорошее, человеческие реакции почти такие же. Примитивные мы существа. Хоть и стремимся казаться иными.

Абсурд, но для нас есть разница между бедой и радостью. Может, именно это и делает нас людьми?…

Узкий, совершено тёмный коридорчик. “Зона молчания, – ошарашено подумал Лин. – На жилом уровне?…” Он прошёл вперёд, ведя рукой по стене, чтобы ненароком ни на что не наткнуться. Ещё шаг… и ещё… Лином постепенно овладевала странная робость. Перед дверью он остановился, но она сама уже ушла в стену – команда была отдана кем-то ещё. Лин вошёл.

– Нигде нет покоя смертным, – прошептал Пятый. – Нигде… правда, Лин?…

Ноги не держали. Лин медленно опустился на пол, всё ещё не веря. Время… время лжи прошло, и он это понял. Лин порывисто вздохнул, потряс головой и, поднявшись на ноги, нашёл-таки в себе силы подойти ближе.

Пятый лежал неподвижно, закрыв глаза. Лин вдруг подумал, что всё, что он видит, ему лишь мерещится. Он упал на колени рядом с кроватью, схватил друга за руку… и пальцы Пятого сжали его ладонь. Крепко, так, что хрустнули суставы… до боли.

– Лин, – рыжий вдруг понял, что Пятый сейчас испытывает такой же, если не больший, шок, – ты…

Лин хотел сказать, закричать: “Да! Да, это я!”, но не сумел. Слов не было. Господи, откуда этот звон, сумасшедший нереальный звон… или это просто рвётся что-то внутри? Они очень долго не двигались и молчали… почти вечность. И вечность кончилась.

– Не уходи…

– Хорошо.

Лин встал с кровати и прошёлся по комнате – от стены к стене.

– Скажи, как всё было… с тобой, – попросил Пятый. Уже давно наступил вечер, но они про это забыли. Забыли про всё. Слишком многое пока оставалось в тумане. – Ты давно здесь?

– Да, – помедлив, ответил Лин. – Уже порядочно. Что было?… Мне тяжело говорить, но… ладно. Вкратце так: после всего… меня забрали от Юры и потом… скажем так, стали пытаться воздействовать нестандартными средствами…

– Как? – спросил Пятый.

– Героин, – коротко ответил рыжий. – Я не хочу об этом говорить. Можно?

– Господи, о чём ты… и что произошло потом?

– Когда я… съехал окончательно… после того, как мне сказали, что ты… что ты мёртв… меня взял домой какой-то человек… я его почти не помню, даже имени не знаю… сколько я у него пробыл?… трудно сказать. Потом за мной пришла Айкис. Вот, собственно, и всё.

– Рыжий… прости, что я спрашиваю, но… что с Жанной?

– Если бы не она, мы бы с тобой сейчас не говорили, – признался Лин после недолгого молчания. – Она ждала… девятнадцать лет.

– Как? – спросил Пятый.

– Она не говорит, – прошептал Лин. – Она вообще не говорит о себе… Пятый, а ты? Как получилось, что ты оказался здесь? Тоже Айк?

– Нет, – беззвучно ответил Пятый. – Я должен… кое-что тебе объяснить… прости, Лин, ты об этом не знал, но… словом… я не говорил…

– Что? – Лин с замешательством посмотрел на Пятого. – О чём ты?…

– Лин, понимаешь… когда они… словом, когда они погибли, Арти велел мне взять материал… на воссоздание… и я взял… три образца… тогда… в тот же день… пятнадцать лет назад…

– Боже… – прошептал Лин. Он опустился на стул и закрыл лицо руками. – О Господи… ты… и ты молчал?!

– Он… Лин, Арти сказал сделать, и я…

– Что ещё сказал Арти? Что я ещё не знал такого, о чём мог бы догадаться, но не сумел по причине скудности ума? Ты… как ты мог?! Ты лгал мне эти пятнадцать лет, а я… я, дурак, тебе верил… И что было дальше? Давай, лги, раз начал…

– Лин… – Пятого затрясло. – Лин, не надо… прости… Лин, прости меня… – горло сдавил спазм. – Лин… – мир плавно покачнулся, поплыл. Вот она, главная расплата… сейчас, прямо сейчас… и никакая Айкис не сумеет этому помешать…

– Ты что? – в голосе Лина звучал ужас. Он бросился к постели, упал рядом с другом, схватил его за плечи. – Не смей, слышишь!… Пятый, не смей! Прости… это я во всём виноват… не надо! Опомнись!… Всё, всё, всё… я больше слова не скажу, только… не смей больше так делать! Никогда!

– Делать… что? – уже отпускало. Понемногу, по капельке…

– Врать, даже спасая меня при этом. И бросать меня. Понял?

– Ты простишь мне?…

– О, Господи… я ни в чём тебя не виню… только успокойся, пожалуйста. Мне не понятно, как ты сумел выдержать…

– Ты, Лин. Ты… и ещё Арти. Он изредка немного помогал нам… и тебе, и мне. Но прежде всего – ты…

– Слушай, – Лин тоже немного успокоился, – объясни, почему она тебя до сих пор не подлечила хоть немного? Она же может…