Екатерина Белецкая - История с продолжением

– Да, рыжий, – иногда говорил врач, приходя домой после работы. – Лежишь всё? Ну, лежи… Вот ты помрёшь, и всё хорошо будет. Квартирку поменяю, поближе к центру, машину тоже пора другую… А пока и потерпеть не грех.

Лин не обращал на эти речи никакого внимания. Он, как всегда, лежал в своём углу на матрасе, постеленном прямо на пол, и молчал. Неделю за неделей. Худой, измождённый, с посеревшим и помертвевшим лицом и потухшим взглядом, Лин являл собой поистине жалкое зрелище.

– Скоро, – сказал как-то врач. – Я таких видел… наркоманов. Надолго не задержится. И слава Богу…

Вечер выдался на редкость снежным и холодным. Врач уже успел вернуться домой, поужинать и сделать Лину его вечернюю дозу. Теперь он валялся перед телевизором, потягивая пиво, и смотрел программу “Время”. В последние дни новости стали на редкость любопытными. Лин прибывал в блаженном беспамятстве, грезил с открытыми глазами. Всё было тихо и мирно. Врач и не предполагал, что произойдёт в следующий момент.

Стена комнаты, вернее, её свободный участок между книжными полками и ковром, вдруг потерял статичность, он заколыхался, как простыня под ветром. Тонкий, резкий звук, словно лопнула гитарная струна, заставил врача обернуться. Он повернул голову на шум и оторопел – из стены прямо на него выходили люди. Женщина, на вид лет тридцати, высокая, стройная, темноволосая, подошла к нему и со всей силы ударила ладонью по лицу.

– Тёрис рабе! – процедила она. – Ублюдок…

Двое мужчин, которые вошли следом за ней, уже были возле Лина.

– Айкис! – позвал один из них. – Вызывай остальных, скорее!

– Хорошо, Данир. Я вот только с этим, – она ткнула пальцем во врача, всё ещё сидевшего в кресле, – хотела разобраться.

– Не стоит, времени нет. Оссе!

– Ин кас, – покачал головой второй мужчина. – Надо везти. Я не могу понять, что с ним. Может, этот знает?

– Что с ним делали? – спросила у врача женщина, которую все называли Айкис. – Объясняй поживее, мы торопимся.

– Он получает героин… наркотик такой, – забормотал врач, – шесть доз в сутки… и ещё… он же сумасшедший… сошёл с ума… три месяца тому назад… Не выдержал ломки…

– Образец, живо, – приказала Айкис. – Образец той гадости, с помощью которой вы его держите в таком состоянии…

– Никто его не держит! – врач испугался, но вида старался не показывать. – Он сам…

– Образец, урод!

– Айкис, мы ждём внизу, – сказал Данир, поднимая Лина на руки. – Поторопись.

– Идите, – Айкис махнула рукой. – Я сейчас, – она проводила Данира и Оссе взглядом, подошла к врачу и спросила: – Где второй?

– Я не знаю, – сказал врач. Женщина, хоть была ниже его ростом и явно слабее, не вызывала желания вступать с ней в драку – уж слишком была необычна. – Я сам не видел, но мне сказали, что он умер…

– Когда?

– Пару месяцев назад. Из-за чего – не знаю, хоть режьте. Мне сказали позаботиться об этом, ну я и…

– Живи дальше, – сказал Айкис, подходя к стене. – Думай больше. И молчи. Счастливее будешь.

– Но… – врач шагнул к Айкис и спросил: – Кто вы?

– Кто я? – повторила та. – Не спрашивай. Сама не знаю. Понятно?

– Не очень, – признался врач. – Кто он вам? – он кивнул на стену.

– Можно сказать – сын, – тихо ответила Айкис и спустя мгновение вышла вслед за остальными. Потрясённый врач так и остался стоять посреди пустой комнаты. Он почти ничего не понял, но ему и не суждено было понять – в ту же ночь к нему пришли те самые люди, что по его приказу два месяца назад забрали из Юриной квартиры Лина. На это раз они забрали жизнь врача, быстро, не церемонясь. Так было нужно, а кому это понадобилось – их не волновало. Они не думали, они делали. Думали за них другие.

Надо просто стоять и смотреть. Так сказала Айкис. И Жанна стояла. Она не плакала, у неё давным-давно не осталось слёз. Только боль потери, постоянная, невосполнимая. Девятнадцать лет. Из них – год в полной прострации, остальные восемнадцать – в поиске. Когда она сказала о своём решении родителям, отец повернулся к ней спиной и вышел – чтобы дочь не видела его слёз. А мама… мама поняла. И сумела уже позже убедить отца в том, что этот выбор для их дочки – один из самых важных в жизни. И Жанна в тот же день присоединилась к третьей группе детекторного поиска, работавшей в Доме. Последний раз она выходила на улицу почти три земных месяца назад – слишком уж свежим стал след, который они то теряли, то находили годы подряд. Отвлекаться было никак нельзя. К тому же она была единственной ненаказанной на всю группу. И что теперь?… Просто стоять и смотреть. Уже который день. На то, что осталось от её Лина. На этот мечущийся ужас, к которому никто ни разу даже не рискнул войти не во время сна. “Это не Лин, – в который уж раз думала она. – Он не мог таким стать. Не верю”.

Лин сидел на полу, седые волосы скрывали измождённое лицо. Из камеры только что удалили несколько приборов, которые, в какой уж раз, показали свою полную неэффективность.

– Ничего не получается, – сказала Айкис, подходя к Жанне и становясь у неё за спиной. – Ты сама видишь – он блокирует любое воздействие. К нему невозможно пробиться… кто только не пробовал. Я и не знала, что он владеет психотехникой на таком уровне…

– Никто не знал, – прошептала Жанна. – Я тоже. Я всё-таки пойду к нему, Айкис. Рано или поздно пойду… только мне кажется, что время идти уже наступило.

– Девочка моя, не стоит… – Айкис покачала головой. – Он агрессивен, мало ли что…

– Вот вы и последите. Вы меня всё равно не поймёте, Айкис. Мы с вами слишком разные. Вы никогда не умели того, что умею я.

– И что же это такое?

– Вы никогда не умели любить… Вот что, – Жанна повернулась лицом к Айкис, – распорядитесь на счёт его комнаты, установите там пару дополнительных систем… какие пожелаете, на ваш выбор… и сегодня же переведите его туда. Хватит над ним измываться. Он этого не заслужил.

– Кто будет наблюдать за ним и контролировать? Тут он хотя бы от самого себя защищён…

– Я. Всё, Айкис. И не пытайтесь мне помешать, вы же знаете, что…

– Бог с тобой. Делай, что хочешь, – Айкис обречёно махнула рукой. – Я помогу по мере сил. Если сумею…

– Спасибо, Айкис. Да, пока я не забыла… когда он последний раз спал?

– Три дня назад. А ты говоришь…

– Ничего, всё будет в порядке. Я справлюсь.

– Удачи, девочка. Она тебе очень понадобится…

Дни тянулись за днями, ночи сменяли новые ночи… и ничего не менялось. Лина по мере сил лечили, Айкис и остальным пришлось порядком повозиться, чтобы снять зависимость от наркотика, но дальше этого дело не продвинулось. От Лина постепенно все отступились, с ним осталась лишь Жанна, да ещё Айкис примерно через день заходила проверить, как дела. Лин был не в себе. Окружающих он узнавал, но реагировал на них весьма различно – одних встречал сумбурными бессвязными речами, другие, входя к нему в комнату, натыкались на стену непроницаемого молчания. Только Жанна находила силы не опускать рук и продолжать на что-то надеяться, во что-то верить. Сама толком не понимая, во что.