Сергей Злой - Путь начинающего темного мага

   -- Я так полагаю, ты Смерть....

   -- Верно, -- улыбнулась девушка.

   -- Не такой я тебя себе представлял.

   -- Я являюсь для каждого в своем облике. Для кого-то маленькой девушкой, для кого-то старухой с косой, для кого-то в виде погибшего сослуживца.

   -- Понятно, -- кивнул я, -- Это значит, что я мертв?

   -- Еще нет. Твое тело еще живо, и я не знаю выкарабкаешься ты или нет.

   -- Живо? После того как меня превратили в подушку для булавок? Поразительно.

   -- У тебя крепкий организм. Крепче, чем у большинства твоих сверстников.

   -- Это радует, -- я еще раз осмотрел перрон, -- А что это за плач?

   -- Эта та душа, которую ты поглотил.

   -- Я поглотил?...

   Вспомнил. Действительно. Душа Волдеморта. Искалеченная и разорванная им самим.

   Я подошел к скамейке, из-под которой доносился плач, и поднял с земли сверток с ребенком. Самым обычным человеческим ребенком, который никак не желал успокаиваться.

   -- Ты ничего не можешь ему помочь, Александр, -- голос был не Смерти!

   Я резко развернулся. В десяти метрах от меня стоял.... Альбус Дамблдор.

   -- Ты последний, кого я бы хотел увидеть в своем предсмертном бреду, старик, -- сказал я ему, отворачиваясь и садясь на скамейку.

   -- Не понимаю твоей агрессии, Алекс. Какой в ней толк сейчас, когда ты мертв?

   -- Это ты мертв, старый пердун, я убил тебя. А я еще жив. И буду жить.

   -- Ты, как и Том, боишься смерти? -- грустно спросил Дамблдор.

   -- Думай, что говоришь, старик, -- сказал я, откладывая ребенка, вставая со скамейки и подходя к Смерти, -- Если бы боялся, сделал бы такое?

   Я обнял Смерть за плечи и поцеловал ее. Она не сопротивлялась и даже ответила! Чем меня удивила, я думал врежет или сразу же отправит в Ад. Целовались мы долго -- я слишком увлекся. Дамблдор все это время сидел и молчал.

   -- Ну, старик? -- спросил я, прерывая поцелуй, -- Боюсь я смерти?

   Директор молча наблюдал за ребенком.

   -- А почему ты не врезала мне? -- спросил я у Смерти, и не думая ее выпускать из объятий, -- Это не богохульство или что-нибудь в этом роде?

   -- Думаешь, меня часто целуют? -- ответила вопросом на вопрос она, -- Всего пару раз такое было за все время моего существования. Гораздо чаще люди меня обвиняют, угрожают, умоляют....

   Я не сдержался и снова ее поцеловал. Я не пытался примазаться или как-то ее умилить, это просто было приятно.

   -- Так зачем т пришел, старик? -- спросил я у Дамблдора, -- если пытаться наставить меня на "путь истинный", то можешь проваливать сразу. И про "силу любви" мне не надо втирать.

   -- Алекс, ты зря иронизируешь....

   -- Избавь меня от своего брюзжания!

   -- Я всего лишь хочу помочь тебе, Алекс.

   -- Помоги себе, старик.

   -- Я знаю, почему в тебе столько ненависти. Но ты можешь спасти свою душу! Не закончить так же, как Том!

   -- Ты обо мне ничего не знаешь. И мне не надо спасать свою душу -- она в полной безопасности. И как Том я не закончу -- я не он.

   Я подошел к скамейке и вновь взял на руки ребенка.

   -- Оставь его, Алекс, -- устало сказал Дамблдор, -- Ты ничем не можешь ему помочь....

   -- Я и не собираюсь помогать. Умолкни, старик.

   Надо вспомнить, что я дела, чтобы поглотить душу.... Я помнил предостережение деда не пытаться этого делать, якобы я могу сойти, если "съем" душу. Это так, но ЭТУ душу я могу поглотить без опасности для себя. Она настолько истерзана, что не представляет опасности для моей личности.

   Ребенок стал таять на моих руках и я чувствовал, как мой разум заполняется новыми образами и эмоциями.... Все это заняло не больше десяти секунд. Чувствовал я себя просто превосходно. Во избежание проблем, я временно отгородил новые знания от старых, решив "усваивать" их постепенно -- так риска сойти с ума меньше. Теперь я мог сказать, что знаю все то, что знал Волдеморт. В том числе и о его жизни, так сказать "из первых рук". С самого рождения, до самой последней секунды. Мне только предстоит оценить все полученные знания, но даже на вскидку я могу точно сказать, что это настоящая золотая жила.

   Подумать только -- мысли и знания величайшего темного мага современности! Есть от чего прийти в восторг.

   Дамблдор выглядел опечаленным, Смерть наоборот -- какой-то радостной.

   -- Надеюсь, тебе не предстоит пожалеть о своем решении, Алекс, -- грустно сказал директор.

   -- Надейся, надейся. Это все, что тебе осталось, старик. А теперь, проваливай.

   Медленно фигура Дамблдора растаяла в воздухе. Мы остались одни.

   -- Как там мое тело? -- спросил я у Смерти.

   -- Еще живо. Ему оказывают помощь. Поверь, если умрешь по-настоящему -- узнаешь об этом даже раньше меня, -- она очаровательно улыбнулась.

   -- Придется ждать... Чем тут можно скоротать время?

   -- Зависит от тебя.

   Я подошел ближе и осторожно обнял Смерти, притягивая к себе.

   -- Надеюсь, ты не посчитаешь мои действия каким-нибудь святотатством, -- я улыбнулся, -- Если захочешь, чтобы я прекратил, дай какой-нибудь намек. Например, оторви мне голову или сломай руку.

   -- Я учту....

   А дальше было все то, чему я научился с Кирой и Трэйси.

   Возвращение в мир живых было отвратительным. Все тело болело, как и положено тому, что было проткнуто насквозь во множественных местах. Но я жив и это главное!

   Лежал я в какой-то кладовке: сплошная антисанитария и не гигиеничность. Как я еще от заражения крови не умер? Сейчас это было б просто глупо. Не знаю, кто меня лечил, но он явно не особо заботился о сохранении моей жизни -- битны, которыми я был перевязан, были чуть чище, чем половая тряпка. Хотя, конечно, не мне жаловаться. Спасибо, что не добили.

   Пошевелиться я не мог из-за боли во всем теле. Делать было нечего, и я принялся изучать обстановку.

   Лежал я на жесткой деревянной кровати, привинченной к стене. Больше ничего не было. Ну, кроме тяжеленной двери, которая закрывала единственный выход. Даже окна не было. Надо полагать, так больному лучше дышится.

   Ответ на вопрос "Где я?" я получил через полчаса. В мою камеру (а это была она!) зашел хмурого вида аврор.