Михаил Бабкин - Слимпериада. Трилогия

– Куда мы идём? – Семён нагнал Подайлу. – Далеко ещё?

– Не, недалече, – маг Подайла указал рукой вдаль. – Вон труба драконья торчит, а моя хатка под ней… Я уже год живу в Гиблом Месте, знаю его вдоль и поперёк, – Подайла замедлил шаг, обернулся к Семёну. – Отшельник я, понял? Когда книжица ко мне попала, сразу от людей и ушёл, – Семёну очень хотелось спросить про ту книжицу: откуда она и как досталась мусорному отшельнику, но он решил не торопить события.

– А почему «Драконья труба»? – Семён посмотрел в указанном направлении: за дальней грудой кирпичей торчала, опасно наклонясь, чёрная колонна. – Местное название, да?

– Почему ж название, – Подайла говорил не оборачиваясь. – Драконья труба она и есть драконья… Когда случилась война – много-много лет тому назад, ещё при моём прапрадеде, – прирученные драконы из таких труб чугунными ядрами в укрепления плевали, насквозь стены прошибало… Видать, обронил сгоряча один из драконов трубу с высоты, или прибили его, откуда ж я знаю! Здесь драконьих костей видимо-невидимо: если под обломками покопаться, много чего интересного найти можно, опасного и непонятного… Один тип хотел чего-то в земле искать, – Подайла постучал себя по книжке на животе, – вот, доискался, – хохотнул непонятно чему и умолк.

Хатка Подайлы, кривобокая, грязная, собранная из невесть какого хлама, выглядела настолько убого, что Семёну не то что входить в неё – рядом стоять и то не хотелось! Впрочем, заходить в домик не пришлось: Подайла отворил дверь, коротко ругнулся, пнул ногой что-то, лежавшее на пороге, и захлопнул дверь с такой силой, что самодельная хатка заходила ходуном, за малым чуть не развалилась.

– Посиделки в доме отменяются, – хмуро сказал Подайла, – нажрались, скоты, в моё отсутствие окончательно, вповалку лежат! Не пройти, не продохнуть…

– Кто лежит? – с невинным видом поинтересовался Семён. – Тоже отшельники?

– Вроде того, – недовольно пробурчал маг Подайла. – Эх, а ещё друзья называются… Я как сигнал получил, всё бросил и к ловушке побежал, а эти мерзавцы, видать, заначку мою нашли, целая канистра вина под кроватью лежала, хорошего вина, на табаке настоянного… Мерзавцы! – Подайла с ненавистью погрозил кулаком своему домику. – Ужо стану демоном, со всеми вами поквитаюсь! Каждому былые обидки припомню! Лично! Кого в порошок сотру, кого в дерьмо собачье обращу… Никого не пожалею.

– Демоном? – не веря своим ушам переспросил Семён. – Я не ослышался?

– Не ослышался, – Подайла расправил плечи, смерил изумлённого Семёна тяжёлым взглядом и сказал как отрубил, через губу, спесиво:

– И не просто демоном, а князем демонов! Что там князем – царём! А ты, вор, в этом мне поможешь.

– Охренеть можно, – восторженно ахнул Мар. – Во мужик даёт! Молодец, ух и молодец, грамотное пожелание… Хотя всё равно дурак.

Семён почесал в затылке:

– Может, сразу диктатором? Чего мелочиться-то…

– Логично, – великодушно согласился кандидат в верховные правители демонов, – одобряю. Можно и в диктаторы, я не против. Гулять так гулять!

Глава 11

Страшный Летучий Икатель Массового Поражения

– Итак, демон Симеон, слушай сюда, – Подайла сел на кусок кирпичной кладки, по-хозяйски закинул ногу на ногу; Семён присаживаться не стал, грязно очень, а остался стоять: руки по швам, глаза на выкате – крайне дисциплинированный демон на приёме у высокого начальства. У почти диктатора.

– Там, за Гиблым Местом, – Подайла указал пальцем в сторону дымящихся вдалеке мусорных куч, – есть небольшой городок, Палдор называется, и живёт там удельный князь Бифан. Его, кстати, я убивать не стану, слугой сделаю, самым жалким и ничтожным! Будет, мерзавец, у меня на побегушках – подай то, подай сё… ужо посмотрим, кто из нас «подайла»! Так вот: у князя где-то в тайнике хранится демонский медальон, не чета твоему – раза в три больше и толще, а, значит, и силы в нём колдовской куда как поболее чем в твоём. Вот моё требование: я хочу, чтобы ты украл тот медальон и принёс его мне! Когда я стану всемилостивым диктатором, то за эту работу приближу тебя к себе, обласкаю, дам орден с медалями и ещё чего-нибудь подарю, там видно будет. Задание понятно? Какие будут вопросы?

Семён перестал изображать ревностного служаку, надоело: вздохнул полной грудью, потёр глаза – непростое это дело, целую минуту во всю таращиться, – и сказал:

– Есть вопросы, есть, а как же… Во-первых: как попал к князю демонский медальон, во-вторых, откуда у вас книга с чертежами пентаграммы, в-третьих – не боитесь ли вы, что я сам воспользуюсь украденным медальоном и стану главным над всей нечистой силой? Я бы лично не стал доверять столь ценный предмет первому встречному… э-э… демону.

– Слишком много знать хочешь, – недовольно проворчал Подайла. – А воспользоваться ты им шиш воспользуешься – медальон выключен, заговорён то есть… Кабы он работал, Бифан давным-давно меня уже нашёл и прибил, он спит и об том сны видит! А как включить магическую бляху знаю один лишь я! – Подайла постучал для убедительности себя в грудь. – В книжке, между прочим, включательное заклинание не записано, учти, – кандидат в диктаторы скрутил кукиш и показал его Семёну. – И не мылься, всё железно схвачено… В голове оно у меня, понял?

– Да не нужен мне ваш супермедальон, – с досадой ответил Семён, – мне своего хватает, порой с избытком! Вот ещё, в цари-диктаторы… Я и вором себя неплохо чувствую.

– Правильно, – оживился Подайла, – хорошая профессия, интересная, сам иногда балуюсь для развлечения. Только красть здесь не у кого, – с презрением добавил маг Гиблого Места, – голытьба, нищета! Сами норовят у меня что попало спереть, уроды… Ну я им ужо! В порошок, в соба… – видя, что гражданина Подайлу понесло по второму кругу, Семён невежливо прервал его:

– И всё же я хотел бы услышать ответы на все свои вопросы. Для дела надо! Что ж я в тёмную работать буду, так и засыпаться недолго, и плакало тогда ваше диктаторство… Оно вам надо? – Подайла немного поколебался, решился и сказал с кислым видом:

– Ну, если для дела… Но смотри – кому из демонов мою историю расскажешь, ни ордена, ни медалек не получишь! И вообще убью, понял? Жестоко-прежестоко, с фантазией. – Семён пошатнулся, схватился за сердце, хотел было потрястись немного от страха, но решил, что это уже перебор и не стал трястись. Подайлу произведённый эффект вполне устроил:

– Тогда слушай и не перебивай: пришёл в прошлом году к княжескому дворцу один заезжий учёный, маго-историк, как он сам себя обозвал. Вид самый что ни на есть учёный: старый, очки, шляпа, лицо глупое, всё как положено… У нас, Симеон, чтобы ты знал, учёных-умников не любят, одни беды от их изобретений! И колдовство тоже умники придумали, чтобы простых людей мучить, и войну они же затеяли, не поделили чего-то между собой, бес его знает чего… ну, не они сами затеяли, но с их подачи, исторический факт! Мне в приходской школе объяснили, что главные враги человечества – учёные и демоны, первые в особенности.