Саймон Хоук - Сломанный меч

— Я думаю, вы ей понравились, — с усмешкой сказал Таджик.

— Я думаю, ей понравились его деньги, — ответила Риана.

— Я сказал вы, не он, — сказал Таджик слегка насмешливо.

Риана от неудобства даже закашлялась. — Я думала, что мы пришли сюда за информацией.

— А я думал, что мы пришли потому, что тебе захотелось увидеть дом удовольствий, — сказал Сорак.

— Ну хорошо, я увидела его, — успокоившись ответила Риана.

— О, ты еще не видела самую лучшую часть, — сказал Таджик. — Ты еще не видела его главную звезду.

— И мне что-то не хочется ее дожидаться, — с гримасой ответила Риана.

Музыка перестала играть, танцовщицы ушли со всех сцен, потом огненно-красный дварф появился перед музыкантами, все захлопали и одобрительно закричали. Подняв голос, так что его слова были слышны даже сквозь шум зала, дварф заорал, — Вы готовы для большего?

Последовал одобрительный хор, — Готовы!

— Хорошо, вы его получите! — закричал дварф. — Помните, Девчонки Пустыни танцуют ради вашего удовольствия, и ради ваших чаевых, так что будьте щедрыми! У всех них есть больные старые мамаши, о которых они заботятся!

Раздался смех и крики, потом дварф поднял вверх руки, призывая к молчанию, которое, конечно, не наступило. — Не забывайте, — закричал он, перекрикивая шум, — вы можете попросить вашу любимую девушку на особый, личный танец, и она будет счастлива услужить вам. Они все очень услужливы.

Смех и крики стали еще громче, и дварф дал знак музыкантам. Они начали новую песню, которая была очень похожа на предыдущую, и новая смена танцовщиц появилась на сценах.

Таджик увидел кого-то, кого он знал и махнул ему рукой. Здоровенный наемник тут-же подошел к бару и дружески дал ему по спине с такой силой, что у капитана парома клацнули зубы.

— Таджик, старый негодяй! Пчему ты не дома и не считаешь свои денежки?

— Потому что я здесь, чтобы купить тебе выпивку, — ответил Таджик.

Наемник обнял его за плечи. — Вот такие разговоры я люблю слышать! Бармен! Эль!

Бармен поставил кружку с элем на стойку бара перед наемником, и Таджик заплатил.

— Я слышал, что у тебя были какие-то проблемы сегодня вечером, — выпив сказал наемник.

— Да, я повстречался с гигантами, — сказал Таджик. — Это было очень близко. Они почти утопили меня, в какой-то момент я решил, что нам каюк.

— Так мне и сказали, — заметил наемник. — Все только и говорят об этом, преувеличивая, как обычно. Я даже слышал какую-то смешную чушь о том, что один из твоих пассажиров прыгнул за борт и убил гиганта своим мечом.

— Это не смешно и это не чушь, — ответил Таджик. Он указала на Сорака. — Вот этот самый пассажир. Он спас жизнь нам всем.

Наемник повернулся и уставился на Сорака. — Неужели? Ты убил гиганта, один на один?

— Мне повезло, — сказал Сорак.

— Ну, тогда разреши пожать тебе руку, незнакомец, — сказал наемник.

— Сорак, это Дром, — сказал Таджик, представляя их друг другу, — а это леди Риана.

Когда слегка опьяневший наемник перевел взгляд на Риану, его глаза расширились. — Кровь Гита! — сказал он. — Хотел бы я увидеть, как ты танцуешь на сцене!

— Веди себя прилично, ты, здоровенный болван! — резко сказал Таджик. — Ты что, совсем окосел от пьянства и не видишь, что это монахиня из сестринства виличчи?

У наемника отвисла нижняя челюсть, он покраснел, смешался, наклонил голову и забормотал, извиняясь. — П-простите меня, миледи. Я-я был дурак. На самом деле я ослеп не от пьянства, а от вашей красоты.

— Хорошо сказано, — сказал Сорак, поднимая бокал с водой ко рту.

— Таджик прав, я действительно болван, — сказал наемник. — Я оскорбил вас обоих. Как я могу заслужить прощение?

— Ну, возможно ты можешь нам кое-что рассказать, — сказал Таджик.

— Да, — добавил Сорак, — может быть ты слышал о наемнике по имени Киеран?

— Киеран из Драя?

— Я не знаю, откуда он родом, — сказал Сорак, — но это беловолосый, приятно выглядящий человек, голубоглазый, чисто выбритый, примерно моего роста, очень мускулистый и одетый в дорогие, очень редкие шкуры.

— Да, именно так он и выглядит, — сказал Дром, кивая. — А еще он носит железное оружие, меч и два длинных стилета, рукоятки которых обвиты серебряной проволокой?

— Это он, — сказал Сорак. — Что ты знаешь о нем?

— Хороший клинок, — многозначительно сказал Дром. — Один из лучших. Закаленный воин. Служил в армии Драя — примкнул к ним еще пацаном, так они говорят — и дослужился до командира полка. Мог бы стать и генералом.

Сорак нахмурился. — И что случилось?

— Что-то у меня здесь все пересохло, — сказал наемник, потирая горло. Сорак уловил намек и купил ему еще эля. Когда появился эль, Дром опять отвлекся на мгновение, когда танцовщица остановилась перед ним и вытянула ногу так, что ее пальцы коснулись его груди. Дром поцеловал ее ногу и вынул монету, которую она ловко схватила пальцами. Потом она наклонилась, ласково потрепала его по щеке и ушла. — Где я был?

— Почему Киерану не удалось стать генералом? — подсказал Сорак.

— Ах, да. Он убил Драйского аристократа.

— Вы имете в виду, что он подло убил его из-за угла? — спросила Риана.

— Нет, это была дуэль, — сказал Дром.

— Дай мне угадать, — сказал Таджик. — Они поссорились из-за женщины.

— Можно сказать и так, — ответил Дром. — Но это не то, что вы думаете. Девушка была дочерью аристократа.

— А, — сказал Таджик. — То есть внимание Киерана была нежелательным?

— Более, чем нежелательным, — ответил Дром. — Они любили друг друга и собирались пожениться. Но отец девушки не одобрил их брак. Он отказался отдать дочку за солдата, и к тому же простолюдина. Как говорят, они поспорили и он ее ударил. Когда об этом узнал Киеран, он публично назвал аристократа трусом — и еще много кем — и ударил его. Ну, одно это могло бы положить конец его карьере, но аристократ не выдержал и вызвал его на поединок, на месте. Киеран убил его, был арестован и осужден на смерть. Когда об этом узнала девушка, она проглотила яд и умерла.

— Как ужасно! — сказала Риана.

— И каким образом Киеран остался в живых?

— За него вступились друзья, — ответил Дром. — А его полк взбунтовался. Смертный приговор был заменен пожизненной высылкой из Драя, а все его имущество было конфисковано. Когда Киеран уходил из Драя, без монеты в кармане, почти треть его полка ушла вместе с ним. У остальных были семьи и еще какие-то заморочки, иначе и они бы ушли.

— Они организовали свою собственную роту наемников, и нанимались в любое королевство, которому были нужны люди для войны. Постепенно от них не осталось почти никого, кто-то был убит, а кто-то ушел сам. Наконец все, кто остались, разошлись и пошли своими путями.