Шамраев Юрьевич - Серый бог

На лице принцессы не дрогнул ни один мускул. Таким же тихим голосом, что почти что шепот она спросила: — Попросту говоря вы хотите присутствовать при том, как я одеваюсь или раздеваюсь. — Лучше раздеваетесь, ваше высочество. А несколько набросков я готов выполнить прямо сейчас, если вы распорядитесь принести стило и несколько листков бумаги, а так же хотя бы встанете с трона и немного пройдетесь, так как будто вам захотелось размять свои ноги. — А вы наглец, барон. Бумагу и стило сэру Арту. Все появилось мгновенно, а принцесса, как бы ненароком со скучным видом встала с трона и сделала несколько шагов вперед и назад, словно действительно разминала ноги.

Не скажу, что бы это было достаточно, но я стал быстро рисовать те фасоны платьев, что очень понравились Элизе. Вкусы у них должны быть примерно одинаковые. Леди Диана, пользуясь своим положением, заглядывала мне через плечо. Остальные дамы тянули шеи стараясь разглядеть, что у меня получается. За несколько минут я изобразил пять эскизов разных фасонов и протянул свои наброски принцессе. Она буквально вырвала их из моих рук и стала внимательно рассматривать. Шепот восхищения прошел по тем, кто увидел мои рисунки.

— Барон, вы немедленно идете с нами, я хочу, что бы эти платья мне начали шить прямо сейчас. — Боюсь это не возможно ваше высочество. На прием мы получили личное приглашение его королевского величества и было бы верхом неуважения, если б мы с леди Дианой ушли, так и не представ перед вашим отцом. Принцесса в нетерпении топнула ногой:- Хорошо, как только мой отец поговорит с вами, я вас заберу с приема. — Только с леди Дианой, ваше высочество, она мой поводырь и учитель при королевском дворе Готии. — Хорошо, проследуете вместе с маркизетой. Далеко не отходите. Диана с благодарностью посмотрела в мою сторону.

Мы спустились со ступенек и смешались с толпой, что буквально притиснулась к королевскому трону, в ожидании появления монарха. Многие стремились попасть ему на глаза, обратить на себя внимание. Многие, но не мы. И баронесса и молодая леди прекрасно понимали, где бы мы не стояли, его величество вольно или невольно обратит на меня внимание, а значит и на них. Раздался хорошо поставленный голос: — Его королевское величество сэр Фредерик, король Готии, верховный лорд Эльбрусии и сюзерен верхних и нижних пределов Гандистана. Я понял, что это был самый малый титул короля Готии, так сказать для малых, почти семейных приемов.

Все присели в поклоне, я тоже попытался изобразить что то похожее, но мне вряд ли это так ловко удалось, как придворным. Его величество поднялось к трону, внимательно всех осмотрел. — Сэр Арт, — раздался его громкий голос, — не надо тут корчится передо мной. Идите сюда. Я знаю, что ни ваш отец, сэр Влад, ни вы, — не привыкли кланяться даже королям. Я поспешил к трону сквозь расступившуюся толпу придворных. — Надеюсь, — продолжил король, — вы ногой тут стучать не будете и в грудь себя бить тоже, как ваш батюшка, да и ваз у меня тут нет. Его королевское величество улыбалось и помимо моей воли мой рот тоже стал растягиваться до ушей. — Ваше величество, сэр Фред, сэр Фредерик. — Вижу вспомнили меня, барон. А помните, как вы прятались за моей спиной, когда леди Мила пыталась вас накормить овсяной кашей, а вы требовали, — мяса мне мяса, я уже взлослый мусчина.

— Ваше величество… — Да ладно вам сэр Арт, все мы были когда то детьми. Ну и наделали вы тут у меня шороху. Черный дрозд ваша работа? — Да, ваше величество, как то случайно получилось… — А Брисак, чья шпага сейчас у вас на боку, и его дружки — тоже случайно? — Ваше величество, честное слово, не хотел, как то случайно получилось. — Ну конечно, случайно. Про наемных убий уже и не спрашиваю, там вы действительно защищались. Вон барон Ирвин жалуется, что вы раненых не оставляете. Не хорошо, сэр Арт, вы уж хоть через одного оставляйте в живых. А дураков каких мало, в моем королевстве много. Завтра приглашаю вас на завтрак, там и поговорим, а сейчас идите, погуляйте, осмотритесь, может быть кого и подберете себе по душе, достойную, — и он посмотрел на леди Диану, явно не одобряя моего выбора, которая покраснела и присела в поклоне.

— Ваше королевское величество, принцесса Глория… — На дочь мою глаз положил? — перебил он меня, — не отдам, самому нужна. Принцесса быстро встала с трона подошла к королю и что то жарко стала ему шептать на ухо. — Для дела, говоришь? Тогда забирай, но чтоб к завтраку он был у меня за столом. Под твою ответственность. — Да, ваше величество, — принцесса счастливо заулыбалась.

— А вы леди Диана останьтесь тут, мне надо будет сказать вам пару ласковых слов, а то опять в деревню сошлю.

Я шел за принцессой и её дамами и соображал. Получается, что в опале маркиза виноват не он сам, а его дочурка? Что же она такое натворила, что его величество изволило выслать всю семейку? Надо будет у кого нибудь узнать.

Через анфиладу комнат, различные коридоры, то поднимаясь, то опускаясь по лестницам мы наконец то пришли. Как я понял, это была "половина" принцессы. Несколько девиц её возраста с любопытством посматривали на меня, стреляя глазками из низкого поклона, которым они приветствовали леди Глорию.

Небольшая комната, больше похожая ни игровую залу. В центре стояло небольшое кресло с высокой спинкой, рядом полукругом стояли стулья. Принцесса грациозно уселась в кресло и сделала мне знак садиться на любой из стульев, её дамы и подружки остались стоять. Я отрицательно покачал головой. — Простите ваше высочество, но эти стулья не для меня, я могу их раздавить, мне бы что нибудь попрочнее и помассивнее.

— Принесите что нибудь для сэра Арта и пригласите моих портних. Сэр Арт, а откуда вы знаете его королевское величество, моего отца? — Ваше высочество, я конечно отвечу на ваш вопрос, но будет лучше, если вы расспросите его королевское величество сами. Ваш батюшка гостил в нашем замке, правда мне тогда было 4–5 лет, но я его хорошо помню, он постоянно защищал меня от кормления ненавистной мне овсяной кашей. И даже иногда помогал мне с ней расправиться. Я улыбнулся вспоминая счастливые мгновения детства.

— Вы любите свою сестру? — неожиданно спросила принцесса. — Конечно ваше высочество, как же не любить эту проказницу, хотя язычок у неё ещё тот. Правда в последнее время она повзрослела, у неё появилось несколько десятков поклонников, которые слагаю в её честь стихи, рисуют её портреты, лепят и вырубают скульптуры. Но для меня она остается все той же Элизой, которую я укладывал спать в детстве и рассказывал сказки. — А сколько ей лет? — Скоро будет пятнадцать, и она наконец то получит право танцевать павану.