Василий Чесноков - Правила игры

– Черт, как же жарко, – прошептал он и расстегнул тугой воротник рубашки.

– Тебе не холодно? – Холли поежилась на ветру, и солнце блеснуло в стеклах ее темных очков. – Ветер удивительно зябкий для такого яркого дня.

Вик повернулся в ее сторону и будто окунул лицо в ведро с ледяной водой. Сразу пошла гусиная кожа, и он вздрогнул. Это мог быть озноб как последствие шока. Он знал случаи, когда подстреленные даже при 30 градусах в тени говорили, что им холодно, и просили накрыть их одеялом или двумя. Часто после этого их накрывали простыней и увозили в морг.

– Пора нам отсюда уходить, – напомнила Холли. Мухи уже начали слетаться на трупы, и их жужжание действовало на нервы. – Но я думаю, что стоит вызвать полицию.

– Да? И что мы им скажем?! Понимаете, я управлял чужой машиной без водительских прав и доверенности, а это – Холли, и она едет со мной в Мэн. Так по твоему?!

– Не выходи из себя, – предупредила она. – Пусть звонок будет анонимный, а когда они приедут, нас уже здесь не будет, верно?

– Ага, – делано согласился Вик, – а потом они решат прочесать окрестные двести квадратных миль, и вот они, мы. Оставим все, как есть.

– Ладно, пойдем вдоль шоссе на север, и миль через десять поймаем машину до ближайшего города.

– Ты думай, что морозишь! – взорвался Вик. – Тот, кто проедет следующим по этому шоссе, вызовет полицию. Следующего водилу ждать не меньше десяти часов! Даже если они отпустят нашедшего гору трупов через пять часов, меня не подсадит к себе в машину и олигофрен. Я весь в этой долбаной пыли, ВЕСЬ! Поняла?

– Только успокойся. Хорошо, никакой полиции… Но куда нам идти? По шоссе не годится: каждая попутная машина привезет нам пару копов. Идти в степь?

– Да, – отрезал Вик. – «Бьюик» там, и я иду туда. Ты не замаралась, так что можешь пойти, куда угодно и делать, что угодно. Бери попутку на перекрестке и езжай в свой Мэн…

А Холли не обиделась. Она даже не обозвала его паршивцем и не послала куда подальше. Он вызывал в ней своеобразный интерес необычностью действий. Все, с чем сталкивался Виктор, было незнакомым и непонятным, поэтому она не собиралась отставать. Оставалось только убедить его…

– Твой ботинок, – сказала вдруг Холли.

Вик посмотрел вниз и увидел струйки дыма из-под подошвы. Похоже, что он наступил на горящую деталь. Подняв ногу, он обнаружил, что полоска металла, на которую он наступил, пришкварилась основательно, и ему пришлось с усилием ее отдирать. Положив находку во внутренний карман куртки, Вик сказал немного спокойнее:

– Я могу повторить, если ты не поняла. Фургона больше нет, и в Мэн мы не едем, ясно?

– Еще как, – ответила Холли и подняла на лоб очки, – но как же старина Эдди?

Да, был еще и Эдди, но он наверняка еще тусуется с кучей трупов в городском морге Странфилда, но как сказать об этом человеку, которому ты полчаса назад сообщил, что взял фургон у своего дружбана?

– А что Эдди? Поверь, ему все равно.

Ну да. Так все равно может быть только динозаврам и наркоманам из Вегаса. А Эдди – и подавно.

– А разве он не будет беспокоиться из-за разбитого фургона? – поинтересовалась Холли, прикуривая откуда-то взявшуюся сигарету. – Я бы беспокоилась.

– А он не будет. Скажет на фирме, что машину угнали, и через пару дней у него появится новый фургон. Странно, что тебя это так беспокоит.

– А мне не странно. Сестре положено волноваться за имущество брата.

– Сестре?! – Вик сглотнул и медленно выдохнул. – Вот это новости.

– На телефон, позвони ему и скажи, что ты разбил фургон.

Она извлекла из сумочки сотовый и протянула его Вику. Он уставился на него, но не взял.

– У него нет мобильного телефона.

– Я в курсе. Позвони домой…

– Я же сказал, что его нет дома!

Холли продолжала держать на ладони телефон. Она смотрела ему прямо в глаза, и Вик отвечал ей тем же.

– Почему бы тебе не сказать об этом его жене?

– Я сообщу ему при встрече, лично. Хотя, впрочем… Если ты сестра, позвони сама и скажи, а то мне как-то неудобно врать. Ведь фургон раздраконили обезумевшие дальнобойщики…

Губы Холли дрогнули, и она убрала телефон в карман пальто. Потом снова опустила очки, выдохнула дым и ловко отстрелила сигарету. В воздухе некоторое время оставался тонкий шлейф, но потом его рассеял налетевший ветерок.

– Ладно, – сказала она, – пошли искать твою тачку.

– Ты же торопилась в Мэн.

– Да, но твой, как ты сказал, братец наверняка не откажется довезти меня до ближайшего города?

Вик пожал плечами. То, что случится за пять-шесть ближайших часов, никто не сможет предугадать, а обещать что-то он не мог.

– Так ты идешь? – наконец спросил Вик. Как же легко свихнуться одному в степи без машины и еды! Правда, тут и там валялись разбросанные ударом грузовика булки, но Вик ни за что бы не стал есть с земли. Количество мух увеличивалось с каждой минутой.

Тэд продолжал сидеть за столом и задумчиво мять лист бумаги. Тот уже давно превратился в мягкий шарик, но Тэду было мало – он так думал. Жена звонила еще раза три, умоляя придти домой. Но сегодня очень жаркий день, говорил он в трубку, слушая шорохи помех и такой далекий голос жены. Жаркий день в дождь и грозу. Он знал, что Вайоле страшно, что ее пугают всполохи белых молний за плотно занавешенными окнами, но до дома было еще далеко.

Он оторвался от своего занятия и выбросил бумажный шарик в корзину. Он скатился по горе хлама и исчез где-то под столом. Между столов прошел лейтенант Фэйт, и Тэд пошел за ним, надеясь задать пару вопросов.

– Сержант, у вас ко мне дело? – прохлюпал Фэйт, опустившись в большое кресло в своем кабинете. Сегодня его голос был еще хуже обычного.

– Вопросы и ничего более. Мой друган с бензоколонки клялся и божился, что вы, лейтенант, знаете всех людей в Странфилде. Это так? Просто ответьте: да или нет…

– Да, – горло Фэйта ко всему прочему издало несколько хрипящих звуков. – Для чего вам это?

– Ладно, тогда вы должны знать одного типа. У него настолько яркий вид, что не запомнить его просто невозможно.

– Имя?..

– Не знаю. Правда! Он старик. Возможно за шестьдесят, он редко моется и может одновременно смотреть телевизор и следить за кастрюлей на плите. А?

Фэйт не сразу ответил. На этот раз в его голове что-то долго щелкало и переливалось, рождая новую мысль. Лучше сначала подумать, а потом сказать.

– Такого человека в городе нет, – Интересно, как ему удается так говорить? Наверное, гланды – посылка из детства. Она приходит детям только очень любящих родителей, которые не смогли отдать своего отпрыска под нож. Или ложку. – Вам лучше не спрашивать. Вижу, вы устали. Отправляйтесь домой, к жене, а в понедельник возьмете отпуск на месяц.