Пола Вольски - Великий Эллипс

— Стоять, — приказ, отданный по-грейслендски, спокойно и властно, возымел мгновенное действие.

К удивлению Лизелл, оба ее врага покорно застыли. Через плечо она посмотрела назад и увидела главнокомандующего Сторнзофа вместе с его спутником.

— Отпустите ее, — приказал Сторнзоф.

Крепыш тут же повиновался, и Лизелл немедленно отступила он него в сторону. Она была в шоке, сердце ее колотилось.

— Вы оба позорите форму, которую носите, — ровным голосом продолжал Сторнзоф.

— Главнокомандующий, но мы только… — попытался вставить слово «бледная крыса».

— Я разрешил вам говорить?

— Нет, главнокомандующий.

— Тогда молчите. Дисциплина отсутствует, идете на поводу у своих животных инстинктов. У вас нет права называть себя солдатами Империи. — Он не повышал голоса, но его подчиненные заметно сникли. — Назовите свои имена.

Оба провинившихся нехотя подчинились.

— Доложите о происшедшем вашему сержанту и попросите о соответствующем наказании. Свободны.

Две фигуры в сером отдали честь и удалились. Главнокомандующий Сторнзоф, обернувшись, обратился к Лизелл:

— С вами все в порядке, мисс Дивер?

Он знает мое имя. Волна радости тронула сердце.

— Да, только… — до смерти напугана, подумала она, и закончила фразу, — может быть, немного взволнована.

— Неудивительно. Вы подверглись возмутительным оскорблениям, — он говорил на прекрасном вонарском, хотя излишне правильном и с легким грейслендским акцентом, но это лишь придавало очарование. — Вам помощь врача нужна?

— Вовсе нет, спасибо. Я вам действительно очень признательна, главнокомандующий Сторнзоф. Я совсем не знаю, что сказать. Если бы вас здесь не оказалось, я даже думать не хочу, что могло бы случиться.

— Это возмутительно. Я приношу извинения за действия моих соотечественников. — Его спутник пронзил его ледяным взглядом, которого Сторнзоф, казалось, не заметил. — Многие из этих солдат долго находились в полевых условиях и забыли, что они цивилизованные люди.

Именно это они и должны помнить в первую очередь. Но вслух она сказала совсем другое:

— Мне необычайно повезло, что вы напомнили им об этом. Хотя я думаю, что ваше последнее распоряжение нужно рассматривать как простую формальность.

— Формальность?

— Ну, конечно же, эти двое не побегут к своему сержанту с просьбой наказать их, ведь так? Вас здесь не будет, чтобы проследить, как они выполнили ваш приказ, и не приходится сомневаться, что они счастливо забудут о нем.

— Мисс Дивер, — Каслер Сторнзоф чуть заметно улыбнулся, — приказ, полученный непосредственно от вышестоящего офицера, не забывается счастливо грейслендским солдатом. Такое нарушение субординации в военное время считается большим нарушением дисциплины…

— И наказание может быть смертельным, — спутник Сторнзофа впервые подал голос. Голос был низкий, гортанный, с более сильным грейслендским акцентом, чем у главнокомандующего. — Конечно же, их не расстреляют.

А надо бы , подумала Лизелл; страх прошел, но внутреннюю дрожь унять пока не удавалось. Кто эта ходячая глыба изо льда?

— Мисс Дивер, позвольте представить вам — грандлендлорд Торвид Сторнзоф, мой родственник и компаньон в этом путешествии.

— Грандлендлорд, — Лизелл сделала реверанс. По титулу она определила, что родственник главнокомандующего принадлежит к высшему дворянскому сословию. Высокий статус плюс возраст выдвинули его на роль главы большого Дома. Сейчас перед ней стоял один из самых значительных грейслендцев, может быть, даже родственник и близкий друг императора. И все, что ему принадлежало и его окружало, соответствовало его рангу — и импозантный экипаж, и костюм безупречного покроя, и его тронутые сединой волосы, и густые черные брови, и его надменное, бесстрастное лицо, и его изящный монокль, который мог бы смягчить любое другое лицо, но лицу грандлендлорда он, казалось, придавал еще большую ледяную непроницаемость.

На реверанс Лизелл Торвид ответил лишь едва заметным кивком головы.

— Сэр, вы принимаете участие в Великом Эллипсе? — попыталась завязать разговор Лизелл.

Его густые черные брови приподнялись, как будто он был поражен тем, что Лизелл осмелилась задать ему вопрос. Минуту, казалось, он колебался — стоит ли отвечать.

— Нет, я просто путешествую в свое удовольствие, — отвернувшись от нее, он обратился к своему родственнику. — Пойдем, мы достаточно уже потратили времени.

По сравнению с холодной надменностью этого типа высокомерие бывших Благородных вонарцев — просто жалкие нераспустившиеся весенние почки, отметила про себя Лизелл. Его пренебрежительный тон оскорблял, а манера разговаривать была жесткой. Лизелл сразу же невзлюбила его.

— Мисс Дивер, вы позволите нам проводить вас до вагона? — спросил ее Каслер. Сторнзоф.

— Это доставит мне удовольствие, главнокомандующий, — она не могла отказать ему, поэтому согласилась немного потерпеть его неприятного родственника. Тем более она не могла лишить себя удовольствия наблюдать, как в нетерпеливом отвращении застыла квадратная челюсть грандлендлорда Торвида.

Они проводили ее до вагона, она вошла внутрь и, усевшись в кресло, прижалась носом к стеклу, наблюдая, как родственники Сторнзофы пошли по платформе в конец поезда и вскоре потерялись из виду. Лизелл отвернулась от окна и задумчиво насупила брови. Очевидно, что главнокомандующий не был похож на обычного грейслендского офицера. Он действительно казался неуместным на этой заштатной привокзальной платформе, как будто его занесло сюда из каких-то прошлых веков, и в этом современном мире он чувствует себя не вполне уютно.

Что за чушь ей лезет в голову?! Просто этот выдающийся грейслендский главнокомандующий тщательно следит за своим имиджем благородного героя, и он превосходно сыграл свою роль, не надо ей так давать волю своему воображению. Хотя оп явно обладает одним замечательным качеством, и это не просто желание выглядеть привлекательно. Ведь никуда нельзя деть его обходительность, учтивое внимание, старомодную правильность речи. А выражение его потрясающих голубых глаз, самых голубых из тех, что ей приходилось встречать! Такое неопределенное выражение. И ямочка на подбородке.

Поезд дернулся, ожил и застучал колесами прочь от ужасного и опасного Глоша. Она достала из сумки недавно купленный роман и углубилась в «Винный погреб красного зверя», в тайниках и нишах которого она надеялась забыть красивого офицера враждебной страны.

Может быть, она снова встретит его в вагоне-ресторане сегодня вечером?!