Лина Ледова - Заморочки универсальной ликвидации

— Милые влюбленные, — улыбаясь, прошептал кто-то мне на ухо, и я чуть не выскочила из собственной шкуры!

— Заткнись, Джокер! — прошипела я, поворачивая к нему. А Джокер просто сиял, скрываясь под своей маской. Как и я, он должен был быть в центре событий. Теперь мы оба скрывались под раскидистой пальмой в кадке за каким-то декоративным кустом.

— Да не нервничай ты так! Кроме нас и их здесь больше никого нет!

— Да, я пока тоже ничего не чувствую… Кроме холода приведений… — зато руку стало печь изнутри.

— Ну разве это не прекрасно?! — широко улыбаясь, довольно заявил Джокер. — Если бы не проклятье и приведения, он бы так и не признался ей! Как думаешь, как быстро она скажет, что влюблена в него?

Я просчитала будущую реальность. 90 процентов, что она не скажет. Интересно, почему?

— Она не скажет, — и я, отвернувшись от Джокера, вновь стала следить за парочкой.

— С чего ты взяла, ведь она явно влюблена в него!? — удивился джокер.

Совместными их усилиями Миша выбрался из фонтана, но он решительно не собирался так просто сдаваться. Привидения ли были в этом виноваты или он сам был такой упрямый, но он все равно гнул свою линию.

— Почему ты избегаешь меня, Кристина? Раньше мы так славно болтали, а теперь мне кажется, что ты меня едва замечаешь! Я что-то тебе сделал? Как-то обидел?

Кристина отвернулась от него. Ее лицо было печально и искажено страданием. Она старалась не заплакать.

— Неужели муки совести? Эта дурочка что — ненормальная — и не хочет быть счастливой? — удивился Джокер.

Я поняла это по ее взгляду. Она все знала.

— Нет, не обидел. Но ты парень моей сестры, а я очень люблю… ее… Поэтому не смей мне это говорить! — Кристина развернулась и чуть не врезалась в Мишу. Он схватил ее за талию, чтобы она не свалилась в фонтан. Их лица оказались совсем рядом, а глаза смотрели друг в друга…

— Причем здесь твоя сестра… — едва слышно сказал Миша. — Ведь мы говорим о тебе… Кристина…

Их губы были так близко! Близко-близко…

— Ну, еще чуть-чуть! Целуй ее, дурак! — прошептал Джокер, словно болельщик с трибуны. — Целуй скорее!

Но момент был упущен. Кристина оттолкнула Мишу, и тот упал обратно в фонтан. Он скрылся под водой. Время шло, а он не выныривал. Кристина начала переживать. Неужели снова придется заняться реанимацией?

— Вылезай, не пугай меня! — склонилась девушка над самой водой, высматривая парнишку на дне. — Хватит дурачиться! Ну, Миша, пожалуйста…

И в этот момент он вынырнул, обнял ее и крепко поцеловал.

— Молодец! — выпалил Джокер и толкнул меня — смотри мол! Я отшагнула от него, оберегая руку. — Что?

— Твоя озверевшая елка укусила меня, — пояснила я. — А аптечка в сумке, а сумка… — я со вздохом показала свой малюсенький кошелечек. — В нее трудно лезть одной рукой…

Джокер не выдержал и засмеялся. Я сама с трудом удержалась от смешка. Надо признать, выглядела я и впрямь на редкость… глупо…

— Мило и забавно, — заявил Джокер. — Прости, я не мог этого пропустить! Видела бы ты себя!

В ответ я замахнулась сумкой, чтобы стукнуть по его голове так, чтобы маска треснула на куски и отвалилась. Может, размер сумки и изменился, но функция и вес остались прежними. Рефлекс черт!

К моей жуткой досаде, Джокер легко увернулся и продолжил смеяться.

— Это же был комплимент!

И его услышала наша сладкая парочка. Проклятье! Меня тошнило от этого дела!

— Кто здесь? — воскликнула Кристина в ужасе и, оттолкнув, снова утопила Мишу.

— Подыграй мне, — улыбаясь, заявил Джокер и, крепко обняв, просто поцеловал.

Голова у меня закружилась, хотя я стойко сопротивлялась. Не поцелую. Ощущению…

Меня не целовали вечность… или больше. Трудно найти парня, когда на тебе такое проклятье!

Проклятое платье! Проклятый Джокер! Проклятое дело!

Я даже разглядела, что глаза у него зеленые-зеленые, как бутылочное стекло. А в них сверкают и переливаются золотистые искорки.

Нельзя расслабляться! Нужно работать! Опять работать! Как мне осточертело это! Хочу выходной!

— Это… было… прекрасно, — как издалека донеслось до меня. Я украдкой взглянула в сторону парочки из-за плеча Джокера. Кристина отступала шаг за шагом от фонтана и Миши. — Но больше так не делай! Никогда!

— Но я люблю тебя! — прошептал мальчишка.

— Ты не любишь меня, нет! — Кристина развернулась и кинулась спасаться бегством. Не поможет…

Я вырвалась, когда Миша поспешил за ней, подскальзываясь на мокрому полу. Мою руку до плеча вдруг пронзила острая боль. Но мне было не до нее. Бесстрастная маска Джокера выжидательно смотрела на меня.

— Ты ведь не решишь меня за это ликвидировать? — спросил Джокер, улыбаясь. — Хотя оно того стоило…

Как мне хотелось стереть улыбку с его лица! Все-таки я всего лишь человек! Но больно может быть по-разному.

Я улыбнулась Джокеру в ответ:

— О чем ты говоришь? Это было жутко непрофессионально!

— Не нравиться мне эта твоя улыбка… Это — как сказала Кристина — значит никогда?

— Давай прикинем оба. На мне проклятье. Я не могу любить демона, а человек не может полюбить меня…

— Обалдеть! Ничего себе! И кого ты так достала?! — искренне восхитился Джокер. Но я не дала сбить себя с толку.

— Отсюда вывод. Либо ты демон и тебе ничего не светит, либо ты человек и ничего не светит мне, а ты просто пытаешься меня обмануть, — я выжидательно склонила голову на бок.

— А ты всегда говоришь всю правду? — усмехнулся Джокер. Может, он и лжец, но лжец обаятельный!

— Ну тебе это слово вообще не должно быть знакомо… Ха! Тройной обман!

— Это оскорбление или комплимент? Скажи, для чего ты это делаешь? Чтобы проверить: не сбежит ли твой кавалер на первом же свидании? — мягкий голос словно ласкал меня, зато слова больно жалили.

— Какое еще свидание? — возмутилась я. — Это просто работа!

— Но признай, — наклонился ко мне Джокер, очаровывая, — тебе ведь понравилось!

— Просто привидения хотят вырваться из круга страстей, — холодно заявила я.

— И кто из нас тут обманщик? — усмехнулся Джокер.

Под кожей что-то ожило и зашевелилось, словно там поселился клубок змей. Я стиснула зубы, чтобы не заорать и не перейти в ликвидацию:

— Рука? Сильно болит? Слушай, а ведь Накси ядовита… — вдруг «кстати» вспомнил Джокер. — Ой-ой-ой!

Я бухнулась на пол и сжала руку другой рукой, но ткань перчатки вдруг стала слазить клочьями, а из-под нее, раздвигая пальцы игольчатыми ветвями-щупальцами, полезли ростки с красными бутонами цветов. Эта зараза не тронула лишь место вокруг браслета и саму кисть. И она чудовищно быстро росла, питаясь мною. Черт побери!