О. Шеремет - Большая Игра

— Спасибо. Уходи. Теперь я могу остаться одна.

Скульду оставалось только откланяться и сбежать в Лабиринт, чтобы спокойно полечить нервы стаканом виски. Как получилось, что Фишка взяла над ним верх, хоть и на время? Как он мог такое похвалить? Тем не менее, глядя в окошко на любимый пейзаж, Скальд в удовлетворением признал, что это может означать только одно: Великое Делание шло куда быстрее, чем он предполагал, и Аска проскочила за время своего пребывания в лабиринт целых две стадии: сепарацию и конъюнкцию (соединение). Она разобрала себя на кусочки и собрала снова, изменив расположение осколков мозаики. И Скульду не терпелось как можно скорее приступить к следующей операции… в кои-то веки процесс Большой Игры так захватил его, что он почти совсем забыл о результате!

Аска огляделась вокруг, словно в раздумье подошла к окну, но не подняла жалюзи. Через полчаса должно было встать солнце, и вариант «выспаться» был отринуть как нереальный. Хотя, почему бы для разнообразия не сменить режим жизни? До рассвета она будет заниматься делами, а светлую часть дня проведёт во сне. Эта идея пришлась девушке по вкусу, но прежде она решила выйти на улицу. Там кто-то был, там кто-то ждал, и новая Аска знала, что опасаться нечего, но посмотреть всё-таки стоит.

На ступенях, ведущих на второй этаж, съежилась бесформенная темная масса, которая при появлении Аски со скрипом вытянулась во весь рост и стояла там, пошатываясь. Девушка молча, любопытством разглядывала Адама, а потом вспомнила о правилах приличия.

— Заходи, — она повела его за собой в дом. — Хочешь чаю? Или ляжешь спать?

— А ты? — хрипло спросил англичанин.

— А я кофе.

Адам затряс головой в знак согласия, но за секунду до этого Аска уже повернулась к нему спиной, почувствовав ответ, прежде чем он был произнесён.

— Я тебя почти всю ночь жду.

— Зачем? Ты бросил Хельгу и Мару?

— Да… нет. Я нашёл другого гида, так что они все довольны.

— Ага, — сказала Аска, подавая ему кофе.

Адам поблагодарил её, но пить не спешил. Они так и сидели в темноте, словно забыв о такой приятной черте цивилизации, как наличие электричества.

— Я хотел провести этот день с тобой, но не смог. Мне запретили… ты знаешь, кто такой Клот?

— Да, я помню его.

Адам пытался уловить взгляд девушки, но теперь это казалось ещё труднее чем обычно: он больше не блуждал рассеянно по комнате, но пристально вглядывался во что-то, ему невидимое.

— Он такой же, как и тот… другой. Который с тобой.

Несмотря на несовершенство речевых усилий Адама, Аска его поняла.

— Значит, ты тоже играешь? — он с большим трудом сфокусировала внимание на юноше. — Он рассказал тебе про Философский Камень?

— Что за бред? — студент нервно рассмеялся. — Клот мне намекнул, что ты понравилась его коллеге, и мне лучше отвалить. Это правда?

Аска подумала, а потом пожала плечами. Адам вскочил и положил ладони ей на плечи.

— Что с тобой? Что они с тобой делают?! Отвечай!

Она неожиданно рассмеялась и сбросила руки с плеч.

— Ничего плохого, можешь поверить. Только я раньше думала, что всё это как-то отвлеченно, и скучающий ангел или бог — не знаю, кто он такой — решил поиграть со мной, а заодно помочь с развитием. Но, раз ты тоже в игре…

— Почему ты всё время называешь это игрой?

— Если хочешь, назову спектаклем. Адам, у тебя нет ощущения, что нас водят за нос?

Было — и ещё какое. Они просидели до наступления утренней жары, обсуждая сложившуюся ситуацию, и Адам уже не чувствовал себя Алисой в безумной Стране Чудес, а потом пошли спать.

— Только ты ко мне не притронешься, — на всякий случай предупредила Аска. Дело было не в том, что ей не нравился Адам (совсем наоборот) или в решении быть верной Скульду (вот ещё….), просто она чувствовала себя бесконечно далекой от всего земного и насильственное возвращение назад могло быть болезненным.

Адам этого не понимал, зато отлично усвоил, что капризы девушек надо уважать, хотя бы изредка. И он уснул, обняв девушку со спины и уткнувшись носом в её шею.

Елена чувствовала себя намного лучше, и не понимала, почему врачи до сих пор не хотят её выписывать, да и вообще — хмурятся и мямлят, когда она спрашивает о её состоянии здоровья. Детей забрала к себе её мама, и который раз Елена порадовалась, что живёт недалеко от своих родителей!

Он с нетерпением ждала приезда мужа — они всего лишь несколько раз говорили по телефону, и он был сам не свой от тревоги, отвечал невпопад, волновался. И вот, наконец-то он пришёл, с большущим букетом белых роз, и встал, как вкопанный, у порога.

— Или ко мне, — Елена чуть не выпрыгнула из койки при виде любимого. — Игорь, ну что же ты?!

Муж вышел из ступора, подошёл к Елене и осторожно присел на край кровати. Она взяла его за руку, и, ласкаясь, прижалась щекой к внутренней стороне ладони.

— Я скучала. Ты уже забрал детей?

— Д-да… Нет, то есть. Сейчас поеду, Леночка. Когда тебя выпишут?

— А вот сегодня же! В крайнем случае, напишу отказ от оказания медицинской помощи.

— Может, не надо? — засомневался Игорь, сведя на переносице брови. — Ты бы уж пролечилась до конца, а я пока с детьми и сам справлюсь.

— Знаю я твоё «справлюсь», — добродушно отмахнулась Елена. — Всё, выписываюсь сегодня же!

Документы заполняла та самая молоденькая медсестричка, которая казалось странно знакомой Елене Сергеевне. Напоследок она предупредила о возможных осложнениях, но женщина только беззаботно отмахнулась: она всё-таки, и сама врач, сумеет разобраться!

Буква НУН

«Вошла буква нун и сказала Творцу: „Хорошо мною устроить мир, потому как мною написано Нора тэилот — великие хваления, а также сказано: „Восхвалением праведников“.

Ответил ей Творец: „Вернись на свое место, потому как для тебя вернулась буква самэх на свое место. И опирайся на нее. Потому что буква нун находится в слове Нэфила — падение, исправить которое должна буква самэх, ради чего должна вернуться на свое место, чтобы укрепить низших“. Немедленно отошла от Него буква нун“».

Когда Повеса и Плут встретились в курилке после завтрака, лицо первого представляло собой забавный для наблюдения психолога пейзаж: неудовольствие, желание высказать благодарность или похвастаться, гордость за удачно проведенную авантюру… Клот некоторое время с удовольствием смотрел на эти перемены, потом решился помочь Игроку.

— Так, значит, твоя Фишка прошла лабиринт?

— Да. Хотел бы я посмотреть, как она пройдёт наш.

— Фишка?! — Клот расхохотался. — Наш Лабиринт?