Наталья Бульба - Вторжение

Ознакомительный фрагмент

  Платье, которое мне принесли ради такого случая, уже относилось к разряду ритуальных -победа над Вилдором претендента на мою руку считалась одновременно и помолвкой. Так что я не переставала быть невестой, уже будучи женой, но могла поменять жениха.

  И эта мысль могла бы вызвать у меня усмешку, если бы не была горькой.

  Серебряная ткань, с узорами, похожими на те, что я видела на теле Ялтара, льнула к моему телу, мягко обволакивая его, но не стесняя движений. И... не даря уверенности. И пусть я не сомневалась, кто выйдет победителем из этой схватки, вероятность иного исхода все-таки существовала. Тем более что мне довелось видеть движения Яланира и ощущать исходящую от него опасность.

  Мое сопровождение, когда мы шли к амфитеатру, в котором проводились схватки за Право Сильного, не отличалось от обычного: Сэнар, шестерка охраны с моим знакомцем, взгляд которого уже давно перестал при виде меня быть бесстрастным и отец Ярангира. На мой безмолвный вопрос: 'Что мне грозит?', - он лишь едва ощутимо качнул головой. И хотя я расшифровала этот жест, как - ничего, покоя в моей душе не прибавилось.

  Последний переход вывел нас прямо на площадку, единственным украшением которой было предназначенное, похоже для меня, кресло, выглядевшее, весьма символично: обивка глубокого черного цвета, серебро ткани и золото моих волос, когда я опущусь в него.

  Я бросила быстрый взгляд вокруг, ловя себя на воспоминании о ночи Большого приема в мою честь. И хотя внешне тот зал с устремленными ввысь колоннами и этот, уходящий вниз сужающимися кольцами, внутри которых и располагалось арена, не были похожи друг на друга, но царившая здесь атмосфера очень напоминала ту.

  Тягучее возбуждение, жажда крови и обладания. И запах смерти, щекочущий ноздри.

  При моем появлении все присутствующие Талтары, приветствуя, встали. И пусть ни в одном взгляде, обращенном ко мне, я не заметила похоти, ощущение от того, как они меня оценивали, было неприятным. И мне оставалось лишь радовать тому, что длилось это совсем недолго: в центр круга, вызвав прокатившийся гулким эхом внутри открытого небу здания рокот, вышли двое.

  - Поклонитесь Ялтару. - Шепнул мне стоящий рядом со мной Маргилу.

  И в этот момент Вилдор, ответив наклоном головы своим подданным обернулся в мою сторону.

  Мы склонились одновременно. Я - в низком реверансе, не сводя с него взгляда, в котором была бескрайняя пустота, он - более глубоко, чем Талтарам. Мне трудно сказать, что выражали его глаза (он был довольно далеко от меня), но его мягкое внимание, в котором чувствовалось так не вяжущееся с его образом смятение, было болезненным и тревожным.

  Но это длилось всего лишь короткое мгновение. И когда он повернулся, отвечая на приветствие сына, это был тот Ялтар, которого я знала.

  - Талтар Яланир, - голос Маргилу, раздавшийся в воцарившейся, как только я вернулась в кресло, тишине, был бесстрастен. А вот взгляд, который он бросил на него - презрительным. Похоже, мой родич не испытывал к сыну своего Правителя теплых чувств, - Вы продолжаете настаивать на вызове Ялтару Вилдору?

  - Да.

  Его ответ был короток и четок. И этот голос мало напоминал тот, что я слышала во время единственного совместного ужина.

  - Вы готовы сразиться за Право назвать своей невестой принцессу Леру Д'Тар?

  - Да. - Его взгляд скользнул ко мне. И в нем была та же твердость, что и у его отца.

  И лишь одного я не могла понять: почему именно мне довелось встать между ними? Или, благодаря мне проявилась та, скрытая от чужих глаз пропасть, что уже отдалила их друга? И настолько ли неизвестным было это противостояние, раз Маргилу не счел необходимым скрыть от меня отношение к Ялтару?

  Одни вопросы. И нет уверенности в том, что ответы на них помогут мне хоть в чем-то из происходящего вокруг разобраться.

  - Вы готовы отдаться на волю судьбы и случая?

  Еще одно 'да', и уже ничто не сможет изменить происходящего. И оно звучит. Все также твердо и спокойно.

  - Да.

  Два воина подошли к Ялтару и его сыну, неся на вытянутых руках укрытые черной тканью мечи. Вилдор сделал короткий жест, предлагая Яланиру выбрать первому. И когда тот, без каких либо колебаний, шагнул к стоящему ближе к нему даймону, протянул руку к другому. Два лезвия почти одновременно взметнулись к небу и яркое солнце заиграло на них, разбрасывая искрящиеся лучи. И даже с моего места было видно, насколько хороши были эти двуручники.

  Пока я не сводила глаз с оружия, в центре арены появились еще двое, и опять ткань скрывала то, что они держали в руках. И снова быстрый выбор и пара кинжалов исчезла за голенищами высоких сапог.

  - Четыре боя. - Голос Маргилу раздался неожиданно, заставив меня вздрогнуть. Но когда я вскинула на него удивленный взгляд, не сразу уловив смысл сказанного, он ответил мне то, что заставило мое сердце бешено биться: мой вопрос он истолковал неправильно. - Сразу после Совета четверо бросили ему вызов. Пришлось бросать жребий, хотя сам Ялтар изъявил желание драться со всеми одновременно.

  - И лишь один из них может рассчитывать на милость. И то лишь потому, что ему придется отправиться на Лилею. - Я не заметила, когда Сэнар появился за моей спиной: после того, как мы вышли из перехода, он так и остался стоять у портального контура.

  Вокруг нас зазвенел купол защитного заклинания, наводя меня на мысль о том, что сказанное дальше не будет предназначено для охраны. Поэтому когда Маргилу, со странным выражением глаз, наклонился ближе ко мне, я уже была готова услышать то, что он произнес.

  - И только в том случае, если он оттуда не вернется.

  Намек был слишком прозрачен, чтобы им не воспользоваться. И слишком тревожен.

  - Вилдор настолько недоволен своим сыном? - Спросила я, тщательно подбирая слова.

  - Недоволен?! - Судя по разлетевшимся вокруг глаз стрелкам, Сэнар был настроен весьма язвительно. - Яланиру было дано все: лучшая школа, наставники, возможность военной карьеры. Ему этого показалось мало и он потребовал жизнь своего брата, таланты которого не давали ему насладиться своим положением. Ялтар хоть и не показывал, что значит для него Закираль, но позволив ему дать Дариане двух своих наследников фактически признался в том, кто займет его место.

  Я хотела задать следующий вопрос, заинтересовавшись вторым сыном Вилдора, но Маргилу мимолетно коснулся моего плеча, и когда я откликнулась, кивнул в сторону арены, о которой я почти забыла.

  Они стояли напротив друг друга, опустив лезвия мечей к земле и в их позах не было ничего враждебного. Словно двое замерли непринужденно, ведя между собой неслышный нам разговор. Порывы ветра, проникающие внутрь через арки, трепетали ткань их набиру. Глубокая тишина вокруг, в которой трудно было ощутить даже дыхание зрителей, не сводивших глаз с тех, для кого не существовало больше никого, кроме них самих.