Лорри - Всё не просто

Прежде всего, орк тщательно натерся специальной мазью, она отбивала нюх у собак на несколько часов. В тоже время это средство собственного запаха не имело, и натренировать псов избегать его, было невозможно.

Оррин осторожно обошел лагерь по дуге, встал с подветренной стороны, но так, что бы дым от костра не перебивал все запахи. Почти влез целиком в заросли орешника, лег у корней (стараясь не потревожить рану на боку) и приготовился ждать. Лагерь видно плоховато, кусты заслоняют, да и стемнело совсем, но орк больше полагался на нюх и слух. А с этой точки зрения — позиция была удачная. И приготовился терпеливо ждать.

Шло время. Лагерь постепенно затих. Слышны были шорохи, издаваемые ночными животными, где-то ухала сова, попискивали мыши, звенели комары. Приближался рассвет. И вдруг…

— И-и-и-и!!!

"Бедную собаку все-таки добили" подумал орк.

Всё, сил моих больше нет. Сейчас просто упаду и пусть делают с моим телом, что хотят. Потому что я, это самое тело больше удерживать на дереве не в состоянии. Вы не подумайте, что я струсил или сдался. Нет, просто от долгого сидения на дереве в неудобной позе руки и ноги затекли так, что пользоваться ими я уже не мог. Левую ногу судорогой свело, болело так, что я с трудом сдерживался от стонов. В моем состоянии не было ничего удивительного, если учесть, что половину вечера и почти всю ночь я просидел на этом поганом дереве, в этом проклятом лесу. А все из-за орка, взбалмошной девицы и кучки храмовников (чтоб им всем икалось).

Я не питал иллюзий по поводу моей дальнейшей судьбы попади я в руки воинов Эль. Давно ходили слухи, что все, кому Эль давала магическую силу, рано или поздно становились эльфийскими слугами. Возможно, не всегда добровольно, но условия ставились жесткие: или владеешь магией и служишь эльфам, или (вы думали — живешь без магии, а вот и нет) умираешь. Это старались не предавать огласке, ведь репутация храмов была безупречна, но заинтересованные люди всегда принимали во внимание лояльность храмовников к детям своих богов.

Так что, в случае моего пленения этой пятеркой, мне прямая дорога в ближайший храм Эль. А потом и к эльфам отправят. Что-то в гости к дивным мне совсем не хочется, но что же можно предпринять в моей ситуации? Если в ближайшее время ничего не изменится, я камнем упаду на землю. Меня даже не придется ловить, уже сейчас я двигаться не в состоянии.

Всё, хватит жалеть себя. По человеческим меркам я взрослый мужик, а разнюнился хуже этой дуры внизу.

Мало мне было впечатлений от появления около меня дворян и храмовников, так эту сумасшедшую девицу привязали к моему дереву. И теперь я сижу на развилке, пытаясь не упасть, а двумя саженями ниже караулит ствол дерева баронесса. И как, спрашивается, мне отсюда слезть? Все спят, даже собаки, а эта не нормальная все дергается, пыхтит и тихонько матерится. Не ожидал от благородной девицы такого глубокого знания предмета.

Надеяться на Оррина смысла нет, если бы мог уже появился бы. Начал потихоньку разминать мышцы, пора решиться на что-либо. Стиснув зубы, переждал боль в вернувших чувствительность конечностях, со всеми предосторожностями переместился на противоположную от баронессы сторону ствола и постепенно начал спускаться вниз.

Темно вокруг было так, что казалось, будто до окружающего мрака можно достать рукой. Пока все тихо, если спуск пройдет удачно, то до рассвета я смогу уйти достаточно далеко.

Вот и земля. Какая-то неустойчивая кочка, как бы ногу не подвернуть.

— И-и-и-и!!!

О, боги! Я наступил на плечо этой идиотке! От неожиданности я отпустил ствол дерева и упал на землю, ни о каком скрытном побеге речь уже не шла. Главное, чтобы не прибили сгоряча. Баронесса продолжала дико верещать. Храмовник рывком поднял меня с земли и заломил руки за спину, другой боец пытался успокоить пострадавшую.

Так, попался, а всё из-за этой горластой дуры, которая до сих пор не закрыла свой рот. Все мои сидения на дереве оказались напрасными, и такая злоба охватила меня, что я, неожиданно даже для себя, рявкнул по-орочьи.

— Молчи, женщина!

— Так, так. Кто у нас здесь? Неужели орки!

С изрядной долей сарказма проговорил Шас, подходя к пленнику.

— Или птичка по-крупнее попалась? Представьтесь, молодой человек.

— Я тебе, храмовник, ничем не обязан. Зачем мне с тобой разговаривать? Мне и так хорошо.

Разговор шел на орочьем, не все присутствующие понимали его. Близнецы подошли вплотную, с жадным любопытством рассматривая добычу храмовников. Глава отряда, убедившись, что на поляне посторонних больше нет, подал знак и двое бойцов скрылись в лесу — поискать дружков пойманного. Молодые орки в чужих землях по одному не ходят.

Шас тем временем пристально изучал пленного. Опять разожгли костер, и в свете его пламени перед храмовником сидел вполне обычный орк. Очень молодой, слегка помятый при задержании, но орк, не принц, никакая личина не могла спрятать от мага человеческую кровь. А этот мальчишка ощущался как чистый орк. Шас начал сомневаться, надо проверить орчонка на принадлежность к клану.

Так, посмотрим, кто он такой. Храмовник достаточно хорошо знал опознавательный знаки кланов, чтобы провести проверку прямо сейчас. Определившись с личностью пленного, потом можно будет решать, что с ним делать. Если принц, придёться отвести в храм, если орк, то заложник им не помешает. Шас не сомневался, что где-то поблизости прячется еще несколько зеленых — у мальчишки на груди не было татуировки первой инициации, а подростка никогда не выпустят из клана одного. Так что можно будет попытаться обменять пленника на сведения о местонахождении Эльчеора.

Пока решали все организационные вопросы (провести осмотр местности, успокоить баронессу, чтобы она наконец замолчала) стало светать.

Судя по знакам на его одежде, орчонок принадлежал к клану Небесной Змеи. Очень древний и сильный клан, с таким ссориться не хотелось бы. К тому же, вон тот двойной узелок на кожаном шнурке указывал на близкое родство с военным вождем. А кто военный вождь в этом клане? Оррин Злопамятный. Мальчишку надо проверять.

— Распорите ему рубаху на правом рукаве, выше, мне надо увидеть его плечо. — Шас знал верный способ разрешить все свои сомнения.

Подошел к пленнику вплотную и начертал кончиком указательного пальца руну "Зрю тайное". На коже плеча стала проступать татуировка, вскоре Шас увидел изображение змеи, кусающей свой хвост, свернувшейся в знак бесконечности. Татуировка обрела яркость и четкость, но потом стала бледнеть и пропала.