Мария Орлова - Ангелы/черти

— Так не бывает, — Тереза была растеряна. — Ты не замужем, я видела твои данные, значит, с ангелом ты жить не можешь.

— Я способная, — хитро улыбнулась Рада. — Никто не может, а я смогла. Пожалуй, нам пора по домам.

— Тебе не удастся сменить тему, — Тереза дернула Раду за подол, заставляя сесть на место. — Рассказывай.

— Да нечего тут рассказывать, ничего интересного. Правда.

— Скажи, что ты все выдумала, и я успокоюсь.

— Я все выдумала, — послушно сказала Рада, встала и пошла к выходу.

— Ты соврала? — догнала ее Тереза.

— Соврала, — согласилась Рада.

— В чем соврала? — Тереза злилась на саму себя за то, что позволила этой соплюхе так себя запутать. — И не смотри на меня такими честными глазами, вот чертовка.

— А говорила что ангел, — надула губки Рада, но потом не выдержала и рассмеялась.

— Тьфу, на тебя, — махнула рукой Тереза.

— О, а вот и наша звезда, — на пороге кафе стоял господин Израил. Рада и Тереза переглянулись, кого старый черт назвал звездой? — Как день прошел, девочки мои? — Израил обнял обеих за плечи.

— Хорошо, — ответила Тереза. — Все что хотели, сделали.

— Вот и славно, — кивнул черт. — Ну что скажешь, радость моя? — обратился Израил к Раде. — Нравится тебе у нас или, может, хочешь обратно к своим хранителям вернуться?

— Мне нравится. Вернуться не хочу, — осторожно ответила Рада. — Хотя с ангелами тоже бывало забавно. Но мне их жалко, со мной им тяжело было, так что я лучше у вас работать буду.

— Ну, чистый ангел, — хмыкнула Тереза. — Твой сожитель на тебя плохо влияет, — шепнула она девушке на ухо, но господин Израил услышал.

— Кто ее сожитель? — спросил он, когда Рада простившись, ушла.

— Откуда мне знать? — пожала плечами Тереза.

— Тереза!

— Что?

— Я не люблю повторять вопросы дважды.

— Да откуда мне знать, — нахмурилась чертовка. — Она заявила, что с ангелом живет, но этого же не может быть, так ведь?

— Так, — согласился черт и пошел вслед за Радой, но подумал, что надо секретарю дать распоряжение узнать с кем живет их новая сотрудница.

Глава 7

Сергей Иванов был обычным, ни чем не выделяющимся, немного скучным человеком. Ему было слегка за тридцать, он был симпатичен, успешен в работе, но одинок. Пять лет назад все было иначе, у Сергея было много друзей и приятелей, он считался балагуром и заводилой, он почти женился, но за неделю до свадьбы, его невеста заявила, что не может допустить такой глупости и выйти за него замуж. В тот злосчастный день Сергей узнал о себе много нового. Оказалось что он скучен, что у него дурацкое чувство юмора и что он мало зарабатывает. Что он не солиден, и с ним стыдно появляться в обществе, что он не умеет одеваться и в постели он не гигант. Было сказано еще очень много чего, сейчас он бы и повторить всего не смог, то тогда это выбило его из колеи очень сильно. Неделю Сергей не выходил из дома, пытаясь вникнуть и как-то понять и пережить произошедшее, потом больше месяца он пытался связаться с Мариной и поговорить, но у него ничего не получилось. Друзья старались помочь ему как могли, они таскали его с собой на футбол и в театр, знакомили с девушками порядочными и не очень, но все было бесполезно. Сначала Сергей понял, что не может больше шутить, он стал все время анализировать смешно ли то, что он хочет сказать, нужно ли, не заденет ли кого, в итоге со временем он перестал шутить вообще. Потом он перестал общаться с женщинами, потом сменил любимую работу на более прибыльную и почти перестал выходить «в свет». «Извини, брат работы непочатый край» — все чаще слышали его друзья, и вот к исходу пятого года после того злосчастного лета Сергей остался совсем один.

Понедельник был таким же ничем не примечательным, как и все предыдущие понедельники в году, разве что воскресенье Сергей провел дома, а не на работе. Он шел быстрым шагом от метро к офису, по привычной уже дороге, читая документы к утренней летучке. У дороги он опустил бумаги, посмотрел по сторонам и, убедившись, что машин нет, ступил на дорогу. Вдруг резко и невероятно громко завизжали тормоза, в миллиметре от него затормозила низкая красная машина из которой выскочила молодая женщина и кинулась на Сергея с кулаками, крича что-то о его маме, о том откуда он вышел и куда ему следует идти. Мужчина так растерялся, что просто стоял столбом и смотрел, женщина вдруг перестала кричать и, побледнев, вдруг стала падать ему в руки.

— О, Господи, — Сергей поймал несчастную, растеряв свои бумаги. — Дамочка, что с вами. Эй. Черт. Черт, да что ж вы так? — он неловко дотащил женщину до открытой дверцы автомобиля и как мешок погрузил ее на сиденье. — Эй, да очнитесь же вы, — Сергей слегка похлопал женщину по щекам, та медленно открыла глаза, резко села и разрыдалась. — Еще лучше, — вздохнул Сергей и направился к киоску за водой.

— Вы ненавидите меня? — спросила женщина, когда почти совсем успокоилась.

— Нет, с чего вы взяли? — удивился Сергей, в сотый раз обреченно смотря на часы. — Если вам лучше, то я пойду, мне на работу надо.

— На работу, — эхом повторила женщина, уронила голову на руки и снова заплакала.

— А. Эм, — Сергей обреченно покачал головой и позвонил на работу предупредить, что он все еще в пробке и как только сможет так ту же придет.

— Простите. Простите меня, — только и могла выговорить женщина между всхлипываниями.

Женщину звали Ольга, ее муж был трудоголиком, у нее было все, что бы она не пожелала, не было только того, кого она желала больше всего — мужа. Нет, номинально он был и «все что угодно» он ей обеспечивал, только вот Ольге хотелось мужа не только на бумаге, но иногда и физически. А он был занят, у него была Работа.

— Я ненавижу его работу, — тихо говорила Ольга, сидя в открытом кафе, морщась, потягивая паршивый кофе. — Мне иногда кажется, он меня больше не любит. А может, вообще никогда не любил?

— Думаю, вы ошибаетесь, — Сергей старался утешить женщину как мог. — Вы красивая.

— Я красивая? — переспросила Ольга. — Спасибо, — на ее щеках выступил легкий румянец. — Но ведь когда любишь, с любимым хочется быть рядом, разве не так?

— Так, — согласился Сергей.

— Тогда почему он проводит все свое время не со мной, а с ней?

— С кем? — не понял мужчина.

— Со своей гребанной работой, — Ольга стукнула стаканчиком с кофе по столу, пластик не выдержал и сложился, окатив тонкие наманикюренные пальчики коричневой жижей. — Ай, — Ольга затрясла обожженной рукой.

— Вот салфетки — поспешил помочь Сергей.

— Спасибо, — Ольга задумалась. — Знаете, Сергей, я думаю, что трудоголики — они не от того работают, что так надо, а оттого что от жизни прячутся.