Валерий Иващенко - Единственный воин Королевы

– Тёмное тут дело. Смутное и непростое. Надо к ведьме идти. После некоторых споров, в результате коих кувшин и вовсе показал дно, порешили – Пьетро иногда головой работает не хуже, чем плотницким топором. А потому Майкл, сославшись на некоторый туман в голове и посему необходимость пройтись, отказался от предложения слуги взять его коня, и, сердечно распрощавшись, пошёл в город один.

И каково же было его удивление, когда, зайдя к домой, вернее – к Розине умыться и переодеться – а ведь всем известно о том трепетном уважении пополам со страхом, которое воины испытывают перед ведьмами – он заслышал стук в дверь.

– Открыто! – крикнул он, и увидел в двери старушенцию такого облика, что понял сразу – колдунья обо всём проведала и пришла сама.

– Не удивляйся – я как раз к её светлости заходила, да не застала. И слуга давно уж прискакал, сразу мне и выложил. Так что не спеши – поговорим здесь, сир Майкл. И вообще – эта бабуля самого заковыристого облика вела себя по-свойски и смотрела на парня, как на старого знакомого. С толку это поначалу сбивало, и преизрядно. Не обращая внимания на старую клюшку и её взгляд при виде молодого здорового тела, он занялся своими делами. Умывшись и переодевшись в чистую одежду, Майкл почувствовал себя чуть увереннее, и изложил суть дела. А ведьма, назвавшаяся Челиной, сухо поджала губы и только потом проворчала.

– Всё это и глупо, и умно сразу. Так сразу и не решишь. Может, поведаешь, сине-белый голубок залётный, какой камень на душе носишь? Припомнив кое-что, парень хмыкнул.

– А ведь, бабуля, ты не первый раз на меня смотришь. Наутро после того, как я с корабля сошёл, меч мой чуть иначе лежал – не так, как я его с вечера положил. И в комнате чем-то таким пахнуло… благородным. – и он демонстративно поводил перед своим носом надушенной карточкой графини. В глазах старой ведьмы что-то мелькнуло. Но Майкл не сумел разглядеть – то ли страх, то ли уважение. А старушенция захихикала, мелко трясясь.

– Да, верно я определила – непростой ты парень. С видом записного скромника Майкл заметил, что не прочь бы всё рассказать

– тем более что неплохо бы и самому кое в чём разобраться. А это по части владеющих Силой, вестимо.

– Только, бабушка, тут такие тайны, что могут головы смахнуть и мне, и тебе, и графине вашей. Челина переменилась в лице.

– Не пужай – наша голубка сама себе хозяйка, нет над нею никого.

– Смахнут, ещё и как. Не глядя на титулы. А все остальные послушно сделают вид, что так оно всю жизнь и было. Так что решать тебе – стоит ли совать под топор голову, да не одну. Чуть склонив голову, ведьма задумалась надолго. За окном в частом деревянном переплёте совсем стемнело, когда она со вздохом встала, видимо, приняв какое-то решение.

– Пошли пройдёмся, парень – не для этих стен разговор наш будет. Уже и город с его гулкими улицами остался позади, и поля, и виноградники. И лишь когда путь привёл весьма странную парочку ночных гуляк на прибрежный холм, за которым глухо шумело ночное море с неестественно светлой полоской прибрежного прибоя, ведьма осмотрелась, роняя в ночную тьму какие-то слова.

– Здесь нам никто не помешает, – и со вздохом присела прямо на песчаную макушку с пучком сухой травы.

– Подожди, старая – ещё застудишься, – буркнул Майкл. Он скинул с себя куртку, что прихватил на всякий случай. Сложил вчетверо, и сунул старухе под… вместо сиденья, в общем. Челина с интересом взглянула на него, умащиваясь поудобнее.

– Чудной ты парень. Вижу, что немного побаиваешься меня, немного брезгливости есть. А всё же поделился… Спасибо, конечно – только на острове этом вряд ли что повредит мне. Сила – она ведь не просто так, малыш. Пожав плечами, отчего над ними встрепенулась рукоять меча, молодой воин ответил:

– Ну да – видал я таких, как ты. На кострах горят – любо-дорого посмотреть. Почище дров с маслом… полыхает Сила ваша. Старуха вздохнула.

– Ладно, не будем ходить вокруг да около, словно два кота вокруг кувшина сливок. Когда Калхан со мной посоветовался – посмотрела я на тебя, да раскинула вокруг свои Знаки. И указали они – ты прибыл туда, где нужен. Очень нужен. Посмотрев на молча слушающего Майкла и втихомолку подивившись, что он не задаёт такого очевидного и прямо-таки вертящегося на языке вопроса, она стала рассказывать, отвернув лицо к безбрежной, тёмной громаде моря. И такова была сила слов её (наверняка подкреплённых кое-какой магией), что Майкл почти наяву видел и слышал. Как три корабля графа Серджио Ривердэйла, уводящего своих людей прочь с родной земли, подальше от притеснений хищных щупалец Хаоса, обнаружили этот остров. Как поселенцы высадились, обследовали и с немалыми трудами принялись его обживать. Как двое непоседливых внуков старого графа обнаружили в холме узкую, уводящую в бездну расселину, из глубины которой лился неземной свет. И как владеющий Силой сын графа с парой преданных слуг спустился туда. И после страшной битвы с подземными демонами, стоившей жизни одному слуге и оторванной руки графу, там, в пещере, было найдено Зеркало Душ. При одном только упоминании о последнем меч непонятным образом оказался в руке Майкла, а его лезвие тут же недвусмысленно коснулось горла Челины.

– Ты уверена, старая погань, что имеешь право мне об этом рассказывать? И стоит ли мне об этом знать? Однако обнаружил, что говорит в пустоту – ведьма исчезла. Оглядевшись, он нехотя вернул клинок на место.

– Никогда не доверяй женщинам, а вдвойне – ведьмам, – проворчал он. И тут позади него раздался молодой насмешливый голос, продолживший поговорку.

– Тем более, что каждая настоящая женщина – немного ведьма. Он обернулся – перед ним стояла молодая красивая женщина в тёплом плаще. А из-за её плеча виднелась Челина, озабоченно ощупывающая свою шею.

– Ещё бы чуть, и таки зарезал бы, нахал этакий… – пожаловалась ведьма. Прикинув, кое-что, Майкл поклонился.

– Если не ошибаюсь, графиня Люция собственной персоной, повелительница Ривердэйла и носительница Силы? Некоторое время графиня с непонятной улыбкой рассматривала молодого воина, затем осведомилась.

– Мне тоже будете голову с плеч сносить? Майкл закрутил головой, чувствуя, как краска со щёк уже перетекает на уши.

– Я не был уверен, ваша светлость, что Челина говорит с вашего ведома и не замыслила чего-то низкого.

– Что ж, это делает вам честь. Тогда, быть может, теперь и кое-кому ещё стоит представиться настоящим именем, с упоминанием всех титулов и достоинств? Видя, что воин упрямо молчит, графиня грациозно шагнула вперёд и села на до сих пор валяющуюся на песке куртку.