Ирина Цыганок - Несбывшееся пророчество

– Что же, при встрече так при встрече.

Призрак несколько секунд повертелся на месте – этот двойник явно был рассчитан на более долгий разговор. Потом транс-Верлейн начертал в воздухе арканское йот – знак разложения и наконец распался.

Мирра помахала рукой перед носом.

– Ну почему этот вонючий тип появляется всегда в моей спальне? – поморщилась она. – Здесь теперь до утра не продышаться!

– В замке достаточно свободных покоев. Пойду распоряжусь…

– Погоди. – Правительница заступила эльфу дорогу. – Не думай, что я слушала невнимательно. Что там Верлейн говорил о жертвах? Это ведь действительно ты поднял мертвых.

– Сейчас это не так важно. – Лицо эльфа закаменело.

– Ты расплатился своей бессмертной жизнью! – ахнула Мирра, чувствуя, как в груди стремительно образуется пугающая пустота на месте ухнувшего в пятки сердца.

– Не жертвовал я своей жизнью.

Но переубедить Мирру было не так-то просто. Она уже метнулась к шнурку колокольчика, вызывающего в комнату замковую стражу.

– Кого ты собралась звать?

– Доктора. Уриэль. Драконов, если понадобится…

– Перестань. – Хаэлнир ухватил правительницу за плечи и даже слегка встряхнул. После упоминания Уриэль лицо его сделалось окончательно мрачным. – Мне ничего не угрожает. Я очень ловко научился жертвовать: жертвую вроде бы я, а платить приходится другим.

– Кому приходится платить? – едва слышно выговорила Мирра.

Она не поверила ни одному слову командующего. Прозакладывать свою жизнь – это в его стиле! Того и гляди, Добрая Сестра явится за своим залогом.

– На этот раз Уриэль… – так же тихо ответил эльф, – я отдал жизнь нашего нерожденного первенца, чтобы развеять последние сомнения, – добавил он.

Стыдно сказать, но Мирре действительно полегчало. Лишь бы Хал был жив, а на чувства Уриель ей, мягко говоря… «Какая же я дрянь!» – тут же прервала она себя. Это ведь и его ребенок. Как ему должно быть больно!

– Бедная Уриэль! – вполне искренне, на волне нахлынувшего раскаяния, прошептала ведьма. – Как она?

– Не знаю точно. Мы больше не разговаривали, она вернула мне браслет…[15]

Эльф обошел ошарашенную последними известиями хозяйку спальни и покинул комнату.

Первое, что сделала правительница, проснувшись, побежала к Люсинде. Та занимала покои под самой крышей в западной башне.

– Ты только подумай, – поделилась она с подругой, – бедный, бедный Хаэлнир, пожертвовал ради всех нас самым дорогим, а эта неблагодарная расторгла помолвку. Да это верх вероломства! Как только боги допускают такое?

– Она всегда мне не нравилась! – Люсинда сощурилась, глаза полыхнули сиреневым сквозь прорези век.

– И мне, и мне тоже! – Мирра схватила драконницу за руку. Обе покивали, отдавая должное прозорливости друг друга.

– Ну, что ты намерена делать? – первой прервала паузу Мирра.

– Я?

– Ну не я же! Ты что же, допустишь, чтобы несчастный Хал загнулся от тоски?! Только представь, как он сейчас бродит по своей комнате один-одинешенек…

– Он еще до рассвета прошел в казармы, – заметила Люсинда.

– Неважно! Все равно один-одинешенек! – Правительница постаралась вложить в голос всю «неизбывную печаль».

– Я могла бы немного взбодрить его, – наконец сообразила драконница, – да-а… – Глаза Люс стали мечтательно-голубыми. – Вспомним старые времена… Мы неплохо смотрелись вместе.

– Вот-вот, куда, ты говоришь, он пошел?

– В казармы.

– Не теряй времени! – Весьма довольная собой правительница помахала на прощанье приятельнице и побежала «творить добрые дела» дальше.

День пролетел в заботах и хлопотах: к встрече с королем следовало тщательно подготовиться.

Для королевской аудиенции Мирре потребовалось особое платье. Такое, чтобы «захватывало дух и воображение». То есть было достаточно соблазнительным и одновременно торжественно-церемониальным. Вообще-то парламентерша собиралась надеть на переговоры мужские брюки и куртку, – но выглядеть все это должно было именно как бальный наряд. Таким образом, платье требовалось иллюзорное.

– Что-нибудь в вашем эльфийском стиле, – пояснила сопровождавшей ее на рынок Мине. Там ведьма намеревалась пополнить свой запас брильянтовой пыли. Хранившаяся еще со времен Аргола шкатулка основательно опустела после ледских приключений.

Маленькая эльфея скучала в замке, пока ее мать и старшие подруги колдовали в госпитале, поэтому на предложение прогуляться откликнулась с радостью. Они неспешно поднимались к рыночной площади, мимо аккуратных домиков из коричневого кирпича. Здесь, в Нижнем городе, почти во всех окнах сияли дорогие стекла, а если и остался где-то мелкий переплет с кусочками слюды – так то были старинные цветные витражи, настоящее произведение искусства. Поразительно, как это все уцелело во время обстрела из вражеских баллист! Приятно было идти и болтать на ничего не значащие темы, летнее солнце путалось в кронах растущих по обеим сторонам кленов, отчего на мостовую ложилась приятная тень. Если бы не часто встречающиеся солдаты в полном вооружении, можно было и вовсе забыть о войне. Мирра находила девочку единственной эльфеей, чье общество доставляет удовольствие. У нее даже образовались некоторые планы… Впрочем, сейчас план был совсем другой – запудрить мозги Непобедимому.

– Тут главное – проявить внимание к деталям. А то я как-то забыла наколдовать пуговицы у жакета, и получилось, что две полы просто срастались у меня на груди – сразу видно, что сплошная магия.

– Но зачем тратиться на брильянтовую пыль? Я бы могла прямо так наколдовать вам любой фасон, – предложила Мина и тут же пропела что-то на эльфийском, отчего вместо неприметного серого платьица на ней оказался лазоревый кринолин с корсажем, расшитым драгоценными камнями. На них заоборачивались. Мина и Мирра отправились в город пешком. Но если к постоянным прогулкам правительницы все давно привыкли, то на эльфей все еще обращали внимание. Особенно, если одна из них из скромной девочки мгновенно превращается в эльфийскую принцессу.

Мина стерла иллюзию, и они продолжили путь ли мостовой.

– Очень красиво, – признала Мирра, – но совсем недолговечно и не слишком надежно.

– Но вам ведь и нужно всего на несколько часов.

– Не стоит экономить на дешевом иллюзорном платье, – наставительно произнесла Мирра. – Разве ты не слышала про Золушку? – Мина покачала головой. – О, это весьма поучительная история. Давным-давно жила в Сан-Аркане одна девушка, и звали ее Золушка – это потому, что мачеха держала ее буквально в черном теле и ходила та вся выпачканная в золе…