Барб Хенди - Мятежный дух

Малец в ответ негромко зарычал и сам оскалил зубы.

Лисил, не опуская арбалета, попятился к Магьер.

— Малец?…

Пес ничего не мог ему ответить, даже если бы мог сказать. Он понятия не имел, что нужно этим маджай-хи или почему они подошли так близко. Из-за ели, под которой замер, не сводя с чужаков глаз, старый маджай-хи, вынырнул белый силуэт.

У этой самки мех был такой светлый, что в свете кристалла казался ослепительно-белым. В ее глазах, казалось, играют золотистые искорки. Стройная, изящная, она ступала так легко, что Мальцу подумалось: верно, ее лапы даже не оставляют следов на мягкой земле…

— Вы только посмотрите, — пробормотала Винн. Появление белой маджай-хи как будто развеяло ее страх. — Точь-в-точь водяная лилия… Вот не думала, что другие маджай-хи будут так сильно отличаться от Мальца.

— Только не заблуждайся, — предостерегла ее Магьер. — Они совсем не такие, как Малец… и, сдается мне, не слишком рады нас видеть.

Малец прекрасно знал, что эти псы совсем не такие, как он, и не только в том смысле, который имела в виду Магьер. Они были только маджай-хи — дальние потомки родившихся во плоти духов и хранители этого дикого края. Такие же, как мать Мальца, его братья и сестры из далекого детства.

— Взгляните на их морды… — проговорила Винн, и в голосе ее опять зазвенело напряжение. — Поглядите, как они движутся. Не думаю, что кто-нибудь из них — вместилище стихийного духа. Но могут ли они вообще понять, что мы говорим?

Малец сделал два шага к серебристо-серому маджай-хи, который выглядывал из кустов. Тот попятился, настороженно принюхиваясь. От ели, под которой стоял старый маджай-хи, донеслось рычание.

Серо-стальной маджай-хи и белая самка приблизились к нему. Эта парочка все время соприкасалась или терлась головами. Малец мысленно потянулся к ним, стараясь выловить из их сознания хоть какое-нибудь воспоминание.

Бессвязные образы хлынули в его сознание. Некоторые из них повторялись, и это лишь усиливало сумятицу. Малец пытался их упорядочить, но образов было слишком много. Он уловил лишь обрывки…

Диковинный гигантский олень и его тревожный зов.

Стремительный бег туда, откуда доносился его голос.

Мельком увиденный анмаглахк в серо-зеленом плаще.

Малец…

В последнем видении, которое Малец успел уловить прежде, чем его накрыл новый поток образов, звуков и запахов, он увидел себя глазами маджай-хи.

И эти обрывки воспоминаний все трое передавали друг другу через прикосновения.

Малец смотрел, как серо-стальной маджай-хи и белая самка кружат вокруг своего старшего собрата, то и дело касаясь его головами.

И с каждым соприкосновением они обменивались воспоминаниями. Не скудными произвольными видениями, которые всплывают в памяти людей, но образами, которые сознательно передавались от одного маджай-хи другому.

Малец разорвал мысленную связь, закрылся от калейдоскопа образов, который вызвал у него головокружение. Для него это было чересчур. Но одно видение продержалось дольше других — видение, возникшее, когда серебристо-серый маджай-хи выступил из кустов.

Анмаглахк в серо-зеленом плаще.

Малец попятился, снова поглядел на троих маджай-хи под елью.

Взгляд его встретился со взглядом белой самки. В ее льдисто-голубых глазах и в самом деле плясали золотые искорки.

Лисил не мог взять в толк, отчего Малец бездействует. Сам он не знал, насколько опасны эти звери, и ожидал, что Малец тем или иным способом подскажет, как надо действовать.

По лесу опять прокатился рокочущий рев, и все маджай-хи замерли.

Далеко за деревьями Лисил различил смутный силуэт громадного серебристого оленя. Зверь стоял, запрокинув голову, на темно-зеленом бугре.

Маджай-хи описали круг и исчезли в лесу, растворившись, словно дым, в темноте.

Малец замер, точно окаменев, поставив торчком уши.

— Почему они ушли? — спросила Винн.

Лисил не знал, что ей ответить.

— Нам нужно выбраться отсюда… подыскать место для привала.

Магьер все смотрела на деревья, за которыми исчезли маджай-хи.

— А как насчет еды? — не унималась Винн. Лисил понятия не имел, где и как они раздобудут еду, и уж тем более не знал, что здесь может быть съедобно. Этот лес морочил ему голову, и даже при свете дня следовало хорошенько сосредоточиться только для того, чтобы понять, какой дорогой он только что шел.

— Сначала привал, — сказала Магьер. — А потом, быть может, Малец нам что-нибудь добудет.

Лисил отошел к Мальцу, который все так же не сводил пристального взгляда с деревьев, и положил руку ему на загривок. Пес дрожал всем телом.

— Сумеешь найти для нас другую прогалину? — спросил Лисил.

Малец встряхнулся. Огляделся по сторонам, подбежал к Винн, чтобы она могла взяться за его загривок, и потрусил прочь от рева неугомонного оленя.

В землю прямо перед ним вонзилась длинная стрела.

Полуэльф схватил Винн и рывком дернул к себе.

— Прячьтесь! — крикнул он.

Прикрыв собой Винн, Лисил попятился к поваленному дереву. Что-то со стуком ударилось о поросший мхом ствол.

— Лисил! — ахнула Винн.

Еще одна стрела, подрагивая оперением, торчала из дерева. Ее наконечник был сделан из знакомого светлого металла — как стилеты, которые когда-то подарила Лисилу мать.

— Погаси кристалл, — шепнул полуэльф.

Винн зажала кристалл в кулаке, сунула кулак в карман куртки — и свет погас.

Лисил ничего не мог разглядеть в ветвях над головой, но не хотел, чтобы противнику было удобнее целиться. Он услышал, как что-то ударилось о землю позади него и возглас Магьер:

— Проклятье!

Лисилу незачем было высматривать стрелу, которая остановила ее.

— Прижмись к дереву и не двигайся, пока мы их не увидим. Мы у них как на ладони.

Откуда-то из темноты донеслось ворчание Мальца.

Лисил знал, что пес пытается учуять невидимого врага. Ни одна стрела их не задела, видимо, нападавшие хотели всего лишь отрезать пути к бегству. Полуэльф просунул левую руку под рукав правой и расстегнул ремешок, которым крепился к запястью стилет.

С дерева прямо перед ним спрыгнул на землю темный силуэт.

Лисил услышал глухой удар о землю справа, затем позади.

Незнакомец шагнул вперед, выступив из темноты.

Лисил навел на него арбалет, готовясь выстрелить, сразу же отшвырнуть арбалет и выхватить клинки либо стилеты. Боковым зрением он заметил, как другие тени мягкой поступью приближались, обретая четкие очертания.

— Беру на себя двоих, — прошептала за спиной у Лисила Магьер.

Зашуршала трава, и полуэльф оглянулся. Из-за поваленного дерева поднялся четвертый силуэт. Тот, что спрыгнул с дерева перед Лисилом, сделал следующий шаг.