Арлен Аир - Что может вольный ветер

Стоила такая лента неимоверно дорого. Везде. Но только не в Рыбачьем и не для меня. Именно этот маленький контрабандный бизнес был у моей приёмной семьи. Змей выращивали в одном из тайных схронов. А потом убивали и обрабатывали шкурки. Я сама лично выделывала для себя ленту. Мамушка потом возила её в город к воздушнику. Знакомый маг напитывал магией десяток подобных лент, а в качестве оплаты брал себе одну шкурку.

Вообще-то эти змейки были большой редкостью только потому, что питание было особым. Знай людские контрабандисты, что яйца птицы Тирк идут вовсе не в качестве деликатеса для аристократов, а для питания Голубых змеек, мы бы никогда не получили такой редкий товар. Я уверена, что даже в Рыбачьем мало кто имел представление о том, чем питаются Голубые змеи. Слишком дорогой это был секрет. У меня, кстати, лент было три. Мамушка меня любила. И когда возила в город на ярмарку, то старалась приодеть, как куклу. Потому у меня было ещё две крашеные ленты - белая и золотая. Золотистая была дополнительно украшена бисером. Да так обильно, что заподозрить в этом украшении для волос шкурку Голубой змеи было нереально.

Вернувшимся с занятий к оркам, я о конфликте с Ерон всё же рассказала. Нет. Защита мне не требовалась. Но дать информацию, что кто-то из своих студентов может вот так неожиданно напасть из-за угла, стоило. Орки же сразу оповестили стихийников и саламандру. Можно сказать, что в дальнейшем Ерон наши студенты демонстративно игнорировали. Действительно, одно дело разобраться во время спарринга на тренировке, а другое дело совершить подлость из-за угла.

Орки же с удовольствием послушали мой рассказ о свойствах Голубых змей. Сами-то они волос длинных не носили. Конечно, не брились налысо, как шаманы. Но стрижку имели короткую. Из учебника я вычитала, что орки всегда были расой воинов. Потому у них даже женщины не носили длинных волос. Женщины орков вообще были дамами воинственными. Ещё лет сто назад в половине орочьих кланов управляли Матери. Они же наравне с мужчинами ходили в походы и носили оружие. И только когда благодарю союзу со стихийниками жизнь стала мирной, орки перестали быть самой боевой расой. А судя по тому, что я увидела у горных, вообще предпочитают мирную, сытую жизнь и даже готовы платить древним духам, только бы предотвратить войну.

Вот только мне верилось с трудом, что жертва духу сможет остановить людей. Слишком часто происходили в последнее время конфликты на пограничных землях. Отдельные отряды магов людей нападали на отряды орков. Дошло уже до того, что всем пограничником было запрещено иметь при себе любые амулеты. Чтобы у людей соблазна не было убить орка для того, чтобы получить кристалл.

А ещё всем было понятно, что в будущей войне одним из самых полезных станут маги, умеющие управлять Парусом. Перебрасывать на границу стихийников придётся очень быстро. Потому меня тренировали по несколько часов в день.

Как и обещал наставник, Парус мне заменили на более мощный. С новыми возможностями больший вес поднимать я так и не научилась. Но зато могла производить больше манёвров в воздухе. Во-первых, теперь поднималась выше дождевых облаков. Во-вторых, возросла скорость. Правда и следить получалось сложнее. Порой я выматывалась так, что сил опуститься не было. Наставник, безусловно, давал и показывал определённые приёмы. Но то, что было легко и просто любому воздушнику, у меня получалось только после нескольких практических занятий.

Обычно мои практики выглядели так. Наставник садился со мной в лодку, дожидался набора высоты. Затем показывал какой-либо приём (разворот, резкий уход в сторону или что-то подобное) и садился вышивать очередную безделушку. А я должна была уже самостоятельно повторить упражнение. Мои мучения продолжались по нескольку часов, а наставник, похоже, проводил хорошо время, доводя меня до бешенства своим типичным для воздушника поведением.

- Ой! У меня жёлтые нитки закончились! Давай, ты зависнешь над балкончиком, а я посмотрю у себя в спальне.

Это было самое безобидное из того, что мне приходилось слушать за время урока. В такие минуты мне всегда приходила в голову мысль, а что если бы всех воздушников с рождения отправлять в Рыбачий? Ну не верю я, что водные и воздушные стихийники так сильно отличаются друг от друга. Вот из меня, к примеру, классической нимфы не получилось. И всё дело в воспитании. Если бы жила в поместье с родителями, то тоже была бы вся такая утонченно-изящная. А так я вот орка люблю. И вообще мне эти суровые парни нравятся больше, чем все эти красивые-прекрасивые (тьфу!) воздушники.

А с другой стороны, нимфа я тоже неправильная. Водой не управляю, но общей магией владею хорошо. Даже Маттурр удивился, когда я тут на одном занятии смогла кусок ткани сшить. Вообще-то требовалось из него шатёр сделать. Но я радовалась тому, что вообще нитки-иголки слушаются. А вот орки слепили шатёр из предложенных материалов за один урок. Но они парни и так практичные. Уверена, что вручную шить тоже умеют. Маттурр, когда увидел, что я расстроилась, поцеловал и прошептал на ушко, что его любимая женщина заниматься хозяйством не будет. Вообще-то дай волю этому орку, он меня бы и от боевой магии оградил. Вернее он похоже сам не понимал, чего хочет, чтобы я была рядом или наоборот, подальше от боевого факультета.

Про его женитьбу мы больше не разговаривали. В любом случае, он обязательно вернётся на следующий учебный год. Да и мое совершеннолетие тоже будет через год. Опекун пока не высказывал пожеланий на мой счёт. Но похоже, что ему было без разницы, куда я пойду после Академии.

А пока я продолжала тренироваться с Парусом и старалась не думать о будущем.

Глава 7.

Место для весенней практики было определено на побережье. Солнечная бухта, конечно, не была Рыбачьим, но законы "вольных торговцев" здесь тоже чтили. Потому я ещё до приземления вплела в волосы бусины и переоделась в тунику. Маттурру пояснила традиции прибрежных стихийников. Но, похоже, он не воспринял это всерьёз.

Поселили всех студентов в одном из трактиров. Там же планировалось, что мы будем питаться (если не уйдем в рейс).

В первый же мой выход в трактир к местной публике я показала жестами: "Облава, всем затаится". Те, кто разбирался в знаках, поняли. Задали вопрос: "На сколько дней?". Показала восемь. И всё. Можно было сказать, что у нас наступили каникулы. Даже не знаю, что предполагала эта практика. Но, естественно, никаких контрабандистов на море мы не обнаружили. Сторожевые корабли прочёсывали округу. А студенты отдыхали и наслаждались весенним солнышком. И вообще каждый развлекался, как умел.