Игорь Шелег - Нужно просто остаться в живых

По моим прикидкам прошло минут пять, когда со стороны орков послышались удары по барабанам, орки замерли и начали быстро отступать. Поле боя осталось за нами. Эти пять минут меня вымотали, как будто я целый день был на ковре на тренировке. Солдаты радостно кричали и улюкали вслед отступающим оркам. Зря! Я понимал, что это лишь начало.

Орки отходили, но это меня не радовало. Это была первая волна. Около тысячи орков разделившись на отряды, пробовали на зуб моих воинов. Полуголые с одними мечами и палицами они чуть не проломили строй в нескольких местах, а ведь они были пешими, в бой ещё не вступили воины на траках и варгах. Похоже, сегодняшний бой запомнится нам надолго, граф со злостью тряхнул головой пытаясь отогнать от себя плохие мысли.

Маги уже сидели в своих странных позах, окружив своего мастера. Он единственный кто был в сознании, то замирал, то бегал, размахивая руками и говоря дурным голосом. Судя по его внешнему виду и его коллег, становится ясно, что они уже давно в битве, которая и не желает останавливаться.

Мы слишком недооценили орков, пора было уже давно понять, что не все так просто как кажется. Они в начале компании, полуголые с палицами и корявыми мечами успешно били наши отряды. Потеряно около двух тысяч воинов. Около пятнадцати тысяч крестьян в рабстве и уведено в степь, дальнейшая их судьба неизвестна. А сейчас орки одеты в доспехи, что сняли с моих воинов со своей кавалерией и магией они предстают опасным противником. Даже вот это наступление было ни что иное, как разведка моих сил, даже слепцу ясно, что центр наиболее подготовлен, сейчас они будут бить не в центр, а по флангам, по крайней мере, он бы так сделал. Один раз он уже недооценил противника, теперь пусть он лучше их переоценит.

— Вестовой! Все резервы на левый фланг! Пусть будут готовы к отражению атаки. Ввести в бой все баллисты. Катапультам приказ! Заменить камни на горшки с «черным маслом» и смолой. При атаке жечь огнем их. Выполнять!

— Да, лэр! — молодой вестовой, резко сорвав коня в галоп, умчался на левый фланг.

На правом фланге были наемники, и шестой легион насколько он понял. Терять людей было жалко, но лучше пожертвовать малым. Пусть поможет им Единый, провел напротив груди круг. В этой религии то же самое что и у нас перекреститься. Перевел взгляд на развертывание резервов, теперь ему нужно любой ценой остановить орков. Иначе все потери, что будут за этот день, будут напрасны. Правый фланг должен позаботиться о себе сам.

— Господин лейтенант! Господин лейтенант! — я бежал к своему начальнику. Только он мог помочь мне выжить. Нет, я не собирался бежать, я собирался спасти себя и своих ребят.

— Чего тебе Чудной? — голос его был раздражённый, видимо он не хуже меня понимал, как нам сейчас повезло и совместно с уже виденным мною командиром гномов обсуждал как расположить оружие, что-то типа арбалета с множеством болтов. Оно сразу выпускало сразу много болтов шесть на четыре. Двадцать четыре болта за раз. Прикольная штучка конечно, но вряд ли сильно нам поможет. Лейтенант смотрел твердо и требовательно. Поэтому скинул с себя всю вежливость и предупредительность как нормальный младший командир выдал.

— Господин лейтенант, если мы разместим те телеги, — показал рукой перед строем за десять шагов, то это остановит их хоть не на долго, но заставит замедлится снизить темп, что даст нам возможность выстоять разогнаться у них больше не получиться.

— А с чего ты взял, что они не развернут телеги боком и за ними не станут прятаться от наших стрел? — с наездом проворчал гном. Ему было неприятно, что какой-то салабон капрал прервал его.

— Да потому что мы в этом строю. Самые слабые — это легко видно. Ваши гномы в броне, хорошее оружие, отличная выправка. Даже со стороны выглядит устрашающе, а нас сметут сразу.

— Да они перепрыгнут, и не снижая ход нас протаранят.

— Но у нас есть горючее масло оно у расчета есть нас сметут, и они не долго проживут. Так что поделятся. — Уверенный знакомый молодой голос прозвучал у меня из — за моей спины. Даже не оборачиваясь знаю это Лекс.

— Сержант! Ко мне! Доложить о потерях! — сержант с перекошенной рожей обернулся к лейтенанту. Под глазом у него был хороший такой синяк. А если учесть, что стоял он за третьей шеренгой, то кто-то по неопытности зарядил ему древком копья. Хорошо хоть глаз цел хоть и медленно заплывает. Стоял он недалеко, но те шесть шагов, что он сделал, прошёл, как пьяный, видимо, не слабо ему досталось бедняге. На последнем его зашатало, что он едва не упал, я бросив оружие, подхватил его. Как он стоял ума не приложу. Видимо на одной силе воли держался.

Лейтенант выругался. — Ты! — показал он на Лекса — Капрал. Ты! Новый сержант. — Это на меня. — Этого сейчас к целителю. Давайте действуйте. Быстро.

— Господин лейтенант, а союзники нам не помогут? В одном строю стоим. Умирать вместе будем. — Вопросительно глянув на гнома спросил я у лейтенанта.

— Ах, ты! Заморыш! Никогда не думал, что меня и моих воинов заставит работать на себя закуп! Мои ребята тебе помогут. Давай, иди уже пока чего ещё не удумал! — с негодованием и раздражением выплюнул из себя гном. А лейтенант, услышав это, громко засмеялся. Мне не осталось ничего другого как залезать в ту пропасть, которая называется командованием и ответственностью. Кто бы, что не говорил, это всегда сложно, но и приятно делать, что-то значимое и чувствовать, что благодаря твоим усилиям поставленная задача выполнена. И пусть за провал тебя всегда накажут, а за отличную работу поощрение не такое большое, как хотелось бы главное верить, что все получится в будущем, нужно только много и усердно работать.

Работа спорилась. Не только люди, но и гномы ломали телеги, подбирали снаряжение с убитых и кидали в кучу, возводя баррикаду. Некоторые волокли даже орков и кидали друг на друга, что бы создать препятствие. Кровь и тела убитых меня уже не сильно волновали, да — было противно, но руководство сотней и налаживание взаимодействия с гномами вытеснило все лишние мысли из головы. Меня просто разбирал энтузиазм, я бегал с одного места в другое и не мог остановиться, сейчас впервые именно от меня зависело, что и как делать. Так что, в крайнем случае, буду обижаться на себя, а не жаловаться на судьбу. Я никогда не любил плыть по течению и этот шанс, что мне представился, я не собирался его упускать. Никто не убирал тела погибших, их просто оттащили назад и сложили в ряд. Как не противно было отдавать такой приказ, но я отдал команду снять с них все, кроме штанов. После первой атаки из моей сотни осталось восемьдесят три бойца. Шесть убитых и одиннадцать раненных целители сказали, что скоро они будут готовы вернуться в строй. Если учесть, что у гномы потерь вообще не понесли, то становится понятно, что нужно, что-то ещё слишком мы слабы. Баррикада или можно сказать завал был высотой где-то пол метра и такой же шириной его выглядел он нелепо и смешно. И если бы не обещание привести горючих материалов, то эта затея кажется вообще бесперспективной. Мне нужно было придумать, что-то еще. Но мысли постоянно соскакивали на Лекса. Не простой он парень, недавно подумалось, что если его отец капитан у аристократа, то наверно и сам из благородных или обедневших дворян или близко к тому. А это уже совсем другое. Его поведение должно отличаться от обычных крестьян, все дворяне и приближенные к ним ведут себя очень пафосно, свысока смотря на других. Даже наш лейтенант рыцарь хоть и не чурается общаться с обычными солдатами, но стена отчуждения все же чувствуется. Мои размышления были прерваны пришедшим Лексом.