Отбор невест для проклятого князя (СИ) - Истомина Елена

В чем-то дочь была права, но я даже думать не хотел о том, что со мной, человеком будет на утро. Но чтобы не пугать девочку, промолчал. Ее саму ждет судьба ничуть не легче, если правда то, о чем она говорит и это неизбежно, запугивать ее сейчас нельзя.  

- Я слышала, как тетя называла Милу ведьмой. Кричала, что она нас околдовала и извести хочет. Это же не правда?  

- Конечно, не правда, родная. Мила очень хорошая. Она обязательно очень нас полюбит. А от Софьи, впредь держись подальше. Поняла?  

Девочка кивнула.  

- Она мне не нравится. Она совсем на нашу маму не похожа. Улыбается все время, а кажется, что на ней маска как у шута.  

О Всевышний! Как точно! Даже ребенок все это видел! Неужели я один все это время был слеп?  

Впрочем, по сути, мне просто не было до нее никакого дела. Я приходил к ней лишь по ночам, иногда и днем, но все для того же. Я с ней практически не разговаривал и уж тем более, никогда не слушал ее треп. Выпустив пар, я всегда впадал в глубокое чувство тоски и вины перед Радой. Как же мне не хватало ее любви, ее искренности, ее восхищения мной. Только она умела дарить мне крылья одним своим любящим взглядом. А какая-то мразь, взяла и выдрала их с мясом. Так, что до сих пор кровоточат.  

- Не женись на ней, пожалуйста. Хватит и Милы. Она хорошая.  

- Мужчина должен отвечать за свои поступки, дочка, - ответил с тягостным вздохом.  

- Ой! - дочка вздрогнула, напряглась и, приложив палец к губам, зашептала: - Не кричи! Только не...  

Я не видел, к кому обращалась дочь. Поворачивать голову было жутко больно, но ее увы не послушали. Я аж подпрыгнул от истошного, женского визга и понимания того, что ничего хуже сейчас и быть не может!  

Светорада не закрыла двери с сада и я, на ту беду, об этом тоже не подумал.  

Теперь меньше, чем через минуту, здесь будет целая дружина, а я не могу, да и не хочу их убивать. Тем более на глазах у дочери.  

Но тогда убьют меня. На глазах у нее  

Девушка, видимо одна из наиболее сердобольных и отчаянных нянек, решившаяся проверить как там княжна, ночью прошла одна по саду и поднялась по лестнице к двери княжны, но ее крик резко оборвался. От испуга, в темноте, она оступилась на лестнице. Упав с такой высоты, вряд ли, выжила.  

Очень жаль. За самоотверженность и преданность княжне, девушка заслуживала самой высокой награды.  

Малышка зажала рот руками и затряслась от слез.  

- Не время, дочь! Нужно закрыть двери, сейчас сюда сбежится стража!  

Едва мы с дочкой встали, в открытые двери буквально влетел Михей с Милой на руках.  

Мысленно похвалил парня за находчивость и облегченно выдохнул.  

- Немедленно закрой и запри двери!  - приказал племяннику. - Девка приперлась и заорала! Сюда уже дружина несется!  

Михей быстро закрыл двери, запер на засовы, и еще тяжеленный сундук к ним приставил. А Мила, увидев мое состояние, аж с лица сошла.  

- Стрелу нужно вытащить немедленно!  - я лег перед знахаркой так, чтобы ей было удобно.  

- Твой зверь стерпит боль? Не накинется на меня, когда выдерну? - с опаской спросила девушка.  

- За поцелуй, он стерпит от тебя что угодно.  

Знахарка сделала вид, что не услышала последнюю мысль и обратилась к испуганной девочке:  

- Княжна, принесите пожалуйста, ваши полотенца и миску с чистой водой, - и как только та скрылась в купальной, изо всех сил ухватилась за торчащее древко стрелы и дернула.  

От резкой боли я зарычал, а волк громко тявкнул, подскакивая на инстинктах, и тоже зарычал, озлобленно оскалившись.  

Мила испуганно отскочила в сторону, бросив стрелу на пол. Михей отважно встал, между нами.  

- Спокойно! Все хорошо! Она помогла! Тебе сейчас полегчает! Только нужно остановить кровь.  

- Вот,  - Светорада протянула брату большое полотенце.  

Мальчишка еще чуть постоял, ожидая пока волкодлака отпустит боль, и он перестанет скалится, а когда я наконец смог ему приказать лечь, и он послушался, подошел и приложил к ране, из которой хлестала кровь, большое и мягкое полотенце. Волкодлак дрожал от боли, но терпел. Его уже потихоньку отпускало.  

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И тут, видимо услышав грозный рык волкодлака, в обе двери сразу, начали неистова ломиться.  

- Княжна! Как вы! Княжна! Откройте! - в отчаянье надрывались няньки.  

- Все хорошо. Что вы стучите? Вы напугали меня! Я сплю! - не растерялась дочь.  

- Мы слышали крики!  

- Может быть и я кричала! Вы так шумите! Не мудрено и кошмару присниться!  

- Откройте нам, княжна! — это уже Софья. - Для вашей безопасности, мы должны осмотреть ваши покои!  

- Еще чего! Я спать хочу! Утром осмотришь! Так беспокоишься, так стой возле двери и охраняй! И не шумите мне там! А то утром все папе расскажу! Как пугали ночью, и спать не давали!  

Дочка говорила таким спокойным, уверенным, поистине княжеским тоном, что я пожалел, что волкодлак не может аплодировать лапами.  

За толстыми, деревянными дверьми и стенами терема, люди уже не расслышали, что сказала в ответ Софья, а вот волкодлак все слышал прекрасно:  

- О боги! Сил моих больше нет на эту мерзкую, маленькую дрянь!  

В этот момент, не только я, решился раз и навсегда поквитаться с Софьей. Волкодлак тоже был всеми лапами за, и гневно оскалился в нетерпение. 

Глава 25

- Не смей при ребенке! - зашипела Мила. - Разобраться с ней всегда успеешь.  

- Нет, не всегда. Сегодня самая удачная ночь для этого.  

Мила отважно встала между мной и дверью с самым решительным видом:  

- Ты человек, в конце концов, или беспощадное животное? - спросила с дерзким вызовом в голосе.  

Я от рождения уже понимал, что я ни то и не другое, Я совершеннее и обычного животного и человека. Я оборотень. Более того - волею судеб, я Альфа. Вожак своей стаи, своего рода, своего княжества. Я отвечаю за каждого здесь!   И у меня свои правила и законы! Не всегда для обычных людей приемлемые, но я понимал: чтобы расположить к себе Милу, я должен ей сейчас уступить. И потому, покорно отошел к ложу дочери и устроился на коврике.   

- Ложись спать, княжна моя. Уже поздно, а у тебя завтра занятия.  

- А ты останешься с нами?  

- Конечно!  

- Ура! - дочка радостно запрыгнула в постель. -  И ты ложись тоже. - Это уже Миле. - Места хватит.  

Иномирянка покорно сняла обувь и нырнула под одеяло. 

- Ты иди в комнату няньки. Отдохнешь там, - подсказал я, уставшему племяннику.  

- Благодарствю за спасение, - Мила подарила парню теплую улыбку. - Да хранит тебя Всевышний.  

- Всегда рад услужить будущей государыне! - ответил парень с поклоном и улыбкой, так, что бедняжка залилась краской и спешно отвернулась к дочери.  

Через четверть часа, все уже крепко спали, и мне можно было выходить.  Рядом с Милой мне сейчас очень опасно было находиться, ее запах бил в нос волкодлаку, будоражил его инстинкты и придавал силы для борьбы с моим человеческим разумом. Нужно было покинуть покои как можно скорее, от греха подальше. Мысленно позвал Михея и попросил открыть мне дверь в сад.  

- За ней два стражника, - предупредил парень.  

- Я слышу. Отвлеки их. Скажи, что это ты был с княжной, чтобы ей было не страшно.  

Парень кивнул и так и сделал.  

- Это я - Михей. Как услышал вой демонов, прибежал к княжне. Какого лешего тут происходит? - спросил парень, выйдя и загораживая собой часть прохода для меня. Я выбежал из покоев и замер за углом, слушая:  

- Дружина Софьи бунт подняла! Ярогона чуть не казнили, Бесы! 

- Как бунт? Кто наставил? - Михей мастерски изобразил безграничное удивление.  

- Дружинники ее молчат, как в рот воды набравши. Воеводе ее, демоны голову отгрызли, хвала им за доброе дело, но все слышали, как она отдавала приказ схватить Ярогона и новую фаворитку князя.  

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Да ее саму никак бесы покусали! Немедленно схватить самодурку и запереть в темнице до прихода князя!