Джон Марко - Нарский Шакал

– Гейл, – крикнул Динадин, – я тебя вижу, подонок! Я тебя вижу!

Он бросился к барону, забыв о дролах, прыгающих с деревьев, о преследующих их по пятам воинах Таттерака. Он уже не сомневался, что умрет в этом болоте, но прежде ему предстояло сквитаться еще с одним человеком.

– Трус, – закричал он, – вернись!

Но Гейл успел оторваться от преследователей. Динадин рванулся следом, раскачиваясь из стороны в сторону, смахивая с рук вязкую грязь. Он может его поймать – поймать и убить…

Еще одна фигура в красном упала с небес, ударив Динадина по плечу. Он поскользнулся и упал на колени. В рот хлынула грязная вода. Он силился удержаться, снова встать на ноги, но этот дрол оказался великаном. Он схватил Динадина за шею и бросил в воду. Под слоем ряски все было мутно-зеленым. Динадин устремил взгляд вверх, на ленты солнечного света и поднимающиеся с поверхности пузыри собственного дыхания.

Бой продолжался не больше часа.

Ричиус привалился к стволу дерева и медленно осел на колени. По плечам струилась окровавленная вода. Он снова был покрыт пиявками. То же произошло с трупами, которые плавали вокруг него лицом вниз. На другой стороне болота он заметил Фориса: тот выносил на руках из гнусной жижи на грязный берег кого-то из воинов. Он видел, как измученные воины Таттерака обвисали на крепких руках дролов. Спустившиеся сумерки принесли с собой странную жару и вонь от гниения и разлагающейся плоти. Рядом с Ричиусом водяная змея вгрызалась в рану мертвого талистанца. Громадное насекомое вползало в открытый рот отсеченной головы трийца. По воде шлепали воины, онемевшие от вида бойни и невыразимой усталости. Безрадостные победители взялись за мрачную работу по сбору трупов своих собратьев.

У Ричиуса не было сил двигаться. Кислотные ожоги на спине чудовищно болели. Талистанский меч задел лоб, и по лицу бежала струйка крови. Ненасытные пиявки жадно впивались в его плоть. Он покачнулся и чуть не упал лицом в грязь, а когда выпрямился, его вывернуло прямо в воду. Он опять свалился бы, если б не услышал рядом знакомый голос.

Над болотом пронесся оклик:

– Ричиус!

Ему удалось приподнять голову – к нему направлялся Люсилер. Лицо трийца было покрыто сажей, одежда превратилась в лохмотья. Алые следы лопнувших сосудов пролегли по руке и плечу. Он двигался неуверенно, словно пьяный, но, задыхаясь, продолжал брести через болото.

– Люсилер! – ахнул Ричиус, ковыляя навстречу боевому товарищу.

Они встретились посередине топи, погруженные в нее по колено, и Ричиус упал в объятия Люсилера, чувствуя, что его покидают последние силы.

– Нам все удалось! – сказал триец. – Ричиус, все получилось – они разбиты!

– Разбиты. – Ричиус едва мог говорить, но эти слова влили в него новые силы. – Боже, просто не верится!

– Поверь, дружище, – улыбнулся Люсилер, но тут же помрачнел. – Ты ранен! Нам надо вывезти тебя отсюда.

– Нет, – ответил Ричиус, освобождаясь из объятий друга. – Мне надо увидеться с Кронином. С ним и Форисом одновременно. Где он, Люсилер?

Триец побледнел. Ричиус закрыл глаза.

– О нет! – простонал он. – Погиб?

– Еще на равнине. Огнемет.

Ричиус потянулся к раненой руке Люсилера – но вовремя остановился.

– И тебе тоже досталось?

– Мы оба были на моем коне. Я слишком поздно заметил огнемет. Извини, Ричиус. Но ты должен знать: он сделал это ради тебя. Он так мне сказал.

– Об этом следует сообщить Форису. Пусть он знает, что Кронин погиб, спасая и его тоже.

Люсилер хмуро улыбнулся.

– Это не поздно сделать и потом. А сейчас нам надо выбраться из этой трясины.

– Я еще не могу уходить, Люсилер. Мне нужно найти Гейла. Он мертв? Ты его видел?

Люсилер осмотрел жуткое собрание трупов.

– Не знаю. Я вообще его не видел, когда мы оказались в болотах.

Ричиус сжал кулаки.

– Не говори мне этого, Люсилер! Он должен быть здесь. Должен…

– Если он здесь, мы его найдем, – заверил его триец. – Он не мог от нас ускользнуть. Но пиявки…

– Забудь о пиявках! – огрызнулся Ричиус. – Я хочу найти Гейла!

Он побрел через лабиринт трупов, тыча в тела талистанцев острием меча. Трупы легко переворачивались, устремляя на него мертвые глаза. На некоторых еще оставались шлемы – Ричиус с остервенением их сдирал и отбрасывал за спину.

– Ричиус, успокойся. На нем не было шлема. Только маска.

– Его здесь нет, Люсилер! – прорычал Ричиус. – Будь все проклято, его здесь нет!

Но осмотра требовали другие трупы – десятки тел. Ричиус оставил Люсилера позади и снова вернулся на более глубокое место, где его вырвало. Там просматривалось тело – достаточно крупное, чтобы это мог оказаться Гейл. Оно было наполовину скрыто под переплетением мшистых растений. Ричиус прошлепал к нему, не обращая внимания на протесты Люсилера. Он не мог допустить мысли, что Гейлу удалось уйти. Добравшись до тела в зарослях, он схватил его за обутые в сапоги ноги и потянул на себя.

– Гейл, сукин ты сын, – взревел он, – скажи, что это ты!

Но это был не Блэквуд Гейл. Убитый выглядел гораздо моложе – настоящий юнец. Болотная грязь окрасила его волосы в коричневый цвет, кожа покрылась волдырями от укусов насекомых. Страшный удар развалил доспехи на животе, и на распухшие внутренности попала влажная отрава трясины. Когда Ричиус резко дернул талистанца за ноги, тот застонал и, открыв глаза, устремил на Ричиуса непонимающий взгляд. В его глазах едва теплилась жизнь – и какое-то странное, молчаливое узнавание. Ричиус вмиг отпустил его щиколотки.

– Боже милосердный! – прошептал он и попятился, невольно прижав руку к животу. Его переполнял ужас. – Люсилер! – воскликнул он. – Люсилер, иди скорее сюда! Это Динадин!

Динадин заморгал, и на его лице появилась необычная улыбка. Он продолжал удерживать свой меч. Крупные пальцы судорожно сжались на рукояти, когда он попытался привстать.

– Ричиус?

Это походило на кошмарный сон. Кожа у Динадина была пепельно-серой, из раны на животе лилась кровь. Ричиус бросился к другу, уронив рядом с ним Джессикейн. Вложил пальцы в рану и попытался убрать раздувшиеся внутренности. Подсунув вторую руку Динадину под шею, приподнял его голову и снова встретился с его обезумевшим взглядом.

– Это я, Динадин! – пролепетал Ричиус. – Это я. Я здесь. – Повернувшись, он снова крикнул: – Люсилер, иди скорее сюда!

Триец уже спешил к ним. Динадин улыбался.

– Люсилер тоже здесь? – слабо прошептал он. – Люсилер умер…

– Нет, Динадин, он жив. Мы все живы. Все трое.

– Как раньше…

– Держись, Динадин. Пожалуйста. Ты только продержись немного. Я тебя отсюда вытащу.

– Мы в долине…

– Да, – подтвердил Ричиус, осторожно прижимая его живот.