Роберт Скотт - Ореховый посох

И вдруг заметил на воде маленький кружок — словно от лопнувшего пузыря, поднявшегося со дна. Он тут же всполошился и что было сил заработал шестом, выводя «Капину» на середину реки.

— Вон там, смотри! Видишь? — Он указал Гареку на это место, где уже расплывался новый кружок. — Похоже, глубина здесь довольно большая.

А Гарек уже стаскивал башмаки. Потом разделся до пояса и, нырнув прямо в пузырящийся на поверхности воды круг, мгновенно исчез в глубине.

Марк быстро сказал Бринн, хватая ореховый посох:

— Постарайся удерживать плот на месте. Во всяком случае, далеко отсюда не отплывай.

И вслед за Гареком прыгнул в воду.

А Стивен изо всех сил сражался с невидимой силой, упорно удерживавшей его на дне. Неведомая тварь схватила его за ту самую ногу, которую ему чуть не откусил греттан и которая странным образом совершенно выздоровела во время битвы с духами. У этого подводного жителя была прямо-таки стальная хватка, так что все попытки Стивена освободиться оказались тщетными. Изогнувшись, он ухватился за лодыжку обеими руками и потянул на себя, но легкие уже разрывались от недостатка кислорода, и он постарался выдохнуть как можно сильнее, направив струю воздуха к поверхности и надеясь таким образом привлечь внимание Марка. Он понимал, что времени у него почти не осталось.

Вдруг чья-то рука стала помогать ему, крепко схватив его за лодыжку. Это был Гарек. И тут случилось нечто ужасное, у Стивена просто сердце в пятки ушло, когда он увидел, что и рука Гарека почти по локоть исчезла в придонном иле.

Теперь они оба оказались в ловушке.

Гарек изо всех сил старался вырваться, отталкиваясь ногами и дергая руку так, словно готов был ее оторвать. При этих рывках он нечаянно попал ногой Стивену прямо в переносицу. У того перед глазами мелькнула яркая вспышка, и он едва не лишился чувств от боли, с трудом удержавшись от крика и желания хлебнуть воды.

От удара и нехватки кислорода мысли у Стивена путались, распадаясь на тысячи мелких фрагментов; он то ли все еще продолжал бороться, то ли уже сдавался — ему и самому это было не ясно, его словно уносило куда-то речным течением, и он с полным равнодушием сознавал, что сейчас умрет, что уже умирает, когда вдруг почувствовал, что кто-то с силой втискивает ему в руку конец посоха.

Посох обжигал. В нем словно был заключен некий родник гнева и сострадания. И Стивен вдруг полностью пришел в себя, ясно понимая, где находится, и странным образом не ощущая более ни малейшей нехватки кислорода. Он мгновенно коснулся рукой Гарека, как и тогда в хижине, передавая ему часть той магической силы, которую получал от посоха, и служа как бы ее проводником. И через несколько секунд Гарек тоже успокоился и перестал биться: волшебный посох и его спас от неизбежной смерти под водой.

Стивен пожал ему руку, и Гарек ответил на его рукопожатие, словно говоря, что с ним теперь тоже все в порядке, и даже попытался хлопнуть Стивена по спине в знак благодарности.

«Это хорошо, — думал Стивен, — теперь и Гарек защищен. Значит, нам надо отсюда выбираться, а то как-то холодновато становится».

Зависнув над ними, Марк уже несколько раз выныривал на поверхность, чтобы вдохнуть воздуха и заверить Бринн, что Стивен и Гарек живы.

— Но их что-то держит! — крикнул он, вынырнув во второй раз.

— А что?

— Не знаю — я ничего не могу рассмотреть. Такое ощущение, что они здорово увязли в придонном иле. По-моему, сейчас Стивен и пытается их обоих освободить. — И Марк снова исчез под водой.

Бринн прилагала все усилия, чтобы удержать «Калину Прекрасную» на месте. Утрат с нее хватало. Потеряв Гилмора и Саллакса, она панически боялась, что река отнимет у нее и Стивена с Гареком. И, проклиная «эту чертову реку», она с трудом удерживалась от желания тоже нырнуть в воду вслед за всеми.

Стивен понятия не имел, сможет ли посох по-прежнему обеспечивать им возможность нормально дышать, если попытаться все свои усилия сосредоточить на уничтожении того неведомого существа, что скрывается в своем логове под толстым слоем ила. Впрочем, выбора не было. И он, призвав все свое мужество, стиснул свое оружие обеими руками, сосредоточился и направил конец посоха в ил, прямо между собственными ступнями.

Сначала ничего особенного не происходило, хотя Стивен сразу почувствовал, с какой силой магия посоха устремилась куда-то вниз. Однако и он, и Гарек по-прежнему, точно тисками, были зажаты лапами неведомого и злобного существа, таившегося в глубине. К счастью, магия, «отвечавшая» за поддержание в них обоих жизни, оказалась совершенно незатронутой новыми усилиями Стивена. Гарек держался на редкость спокойно — особенно если учесть абсурдность ситуации, в которой он оказался: быть пойманным за руку на глубине в двадцать футов неизвестно кем! Однако Гарек был совершенно уверен, что Стивен с помощью своей магии непременно спасет их.

Но магия отчего-то не действовала.

Стивен вновь сосредоточился и предпринял вторую попытку, мысленно представив себе, что это сама земля сперва удерживала их, а теперь ослабила свою хватку и позволила им спокойно всплыть на поверхность. Он думал о том, как река неторопливо несет их тела, точно куски плавника, и старался подавить в своей душе любую искру гнева или отчаяния, надеясь на то, что существо, взявшее их в плен, решит, что они уже мертвы, и выпустит их.

И снова у него ничего не вышло.

Стивен встревожился. Чувствуя волнение друга, Гарек ободряюще хлопнул его по спине, словно говоря: надо попробовать еще раз.

Стивен, готовясь в очередной раз полностью очистить мысли от всего лишнего и сосредоточиться, на мгновение отвлекся, заметив, что во тьме под ними, похоже, метнулась в сторону какая-то странно неуклюжая рыба, точнее далее не рыба, а некое реликтовое существо, которому еще только предстояло превратиться в настоящую рыбу. Рыба, по всей видимости, искала рядом с ними какую-нибудь столь же медлительную, как она сама, добычу. Стивен провел рукой по гладкому дереву посоха и, уже приготовившись к следующей «мозговой атаке», вдруг почувствовал, что они куда-то движутся.

Сперва очень медленно, а затем все быстрее их тащило по илистому дну к гигантской трещине в подводных скалах, скорее всего оставленной мореной. Глаза Стивена расширились от ужаса: теперь он ясно видел останки изломанных деревьев, наваленных как попало и прикрывающих этот провал; казалось, их переплетенные корни и ветви сами тянутся им навстречу, точно в кошмарном сне. И Стивен понял: та груда камней и деревьев образована на дне вовсе не течением, а тем чудовищем, той невидимой тварью, что грозила в скором времени превратить их обоих в некое дополнение к своей подводной конструкции. Стивен извивался и дергался из последних сил, пытаясь высвободить ногу и без конца ударяя посохом по дну реки, но, несмотря на все его усилия, их с Гареком неотвратимо тащило к логову неведомого подводного врага.