Елена Лирмант - Огенная Лисица и Чёрный дракон

— А давай попробуем, или ты боишься проиграть?

— И что я должен сделать?

— Дойти до меня, не замочив ног. Причем именно дойти. Лететь нельзя. Мост строить нельзя. Плыть на чем — либо нельзя. Прыгать нельзя.

Я была довольна своей выдумкой, считая, что решить эту задачу просто невозможно.

— Больше никаких запретов? — спросил, улыбаясь, Чёрный дракон.

Я задумала, как еще можно дойти до меня, но никаких решений не увидела:

— Больше никаких, и этих хватит.

Он протянул руку, вода между дверью и кроватью стала закипать, и сквозь нее проступили большие сине-серые валуны. Я вызвала волнение на моем озере, большие волны заходили по водной глади. Но Дар не обратил на это внимание, встал на руки, и спокойно прошёлся по валунам, и только отфыркивался от попадавших на него брызг. Скоро он сел рядом со мной.

— Теперь, кажется, моя очередь? — насмешливо спросил он.

— Твоя, — вздохнула я, — я бы хотела, чтобы оно было не очень трудным, я согласна быть равной с тобой.

Дар опять не сдержал смех: — Хитришь, Лисенок. В семье драконов главный — муж. Так заведено. Ну, да ладно! Вот тебе мое задание. Мы станцуем танец дракона, можно применять любую хитрость, для того, чтобы партнер склонил голову. Идет?

Я воодушевилась. Уж что-то, а в танце, я не уступлю ему. Но что придумать, чтобы он опустил голову? И я решила применить все свои чары, так завести его, чтобы он забыл обо всем на свете, потом раздвоиться, и пока он будет решать за какой Мэриэллой идти, встать перед ним лицом к лицу.

— Идет! — дала согласие.

Мои миражи тут же пропали, и наша спальня расширилась раза в три. Я спрыгнула с постели и встала в отдалении от кровати. Где-то под потолком заиграла музыка. Дар не стал делать круг, а сразу направился ко мне. Он не сдерживал свои эмоции, а я тут же выпустила на волю свой огонь. Две огненные стихии столкнулись друг с другом, мы кружились, не сводя друг с друга глаз, во мне вспыхнуло такое пламя, что я сама испугалась, на какое-то мгновение. Но потом азарт боя охватил все мое существо, передо мной был соперник, и мне надо было победить его…

Но тут я почувствовала, что Дар прижал меня к кровати, и я с легкостью вспрыгнула на нее, чтобы спрыгнуть с другой стороны. Под моими ногами что-то хрустнуло. Я испугалась, и посмотрела под ноги. Там лежало большое блюдо, которое я раздавила. Когда подняла голову, мой муж стоял передо мной и улыбался…

— Ты проиграла, Лисенок, — прошептал он.

— Но это не честно! — вскрикнула я.

Дар упал на кровать, лег на подушку, заложил за голову руки:

— Все было честно, — сказал он, — я предупредил, что можно применить любую хитрость. По всем правилам — глава семьи я, и ты обязана меня слушаться.

— Предупреждаю, — рассердилась я, — если мне не понравится, то, что ты будешь от меня требовать, сделаю все наоборот.

— Вот как? Хорошо, я запрещаю тебе оставаться в этой комнате и провести со мной эту ночь.

— Что? Да, больно нужно!

Я спрыгнула с кровати и направилась к двери.

— Да, убоится жена мужа своего, и будет послушна любому слову его, — в спину крикнул мне Дар.

Выскочила из комнаты. Одна створка двери осталась открытой, я прислонилась спиной ко второй, закрытой, и задумалась. Если я уйду, получиться, что послушалась его. Но ведь он и хочет, чтобы я сделала все наоборот, как не верти, а я подчинюсь ему в любом случае. И тут мне пришла в голову мысль, вернуться, и победить его силой и хитростью. Моей магией пропитана вся комната, значит, не почувствует меня. И я накинула невидимость и вошла обратно. Дар уже не лежал на кровати, а сидел и напряженно всматривался в раскрытую дверь. Я подошла ближе. Он еще немного подождал и встал, намереваясь пойти за мной. Я сделал подсечку, он упал спиной на кровать. Я сбросила невидимость, наступила коленкой ему на грудь:

— Признайся, что ты побежден Огненной Лисицей, и как проигравший честный бой, будешь обязан подчиниться воле победителя.

— Признаю, давно побежден Огненной Лисицей, — захохотал Дар, — только бой я еще не проиграл. Он дернулся, и я упала рядом с ним, а он наклонился надо мной, крепко прижимая меня к постели. Вырваться не удалось. Но я не привыкла, чтобы последнее слово было не за мной:

— Но ты должен согласиться, я крепко держу тебя сейчас.

Ответом мне был смех Чёрного дракона…

Так началась моя жизнь в новой для меня роли — хозяйки Даалада. Но фактически была я ей только один день. Уже на следующее утро, домочадцы, которым было сообщено, что я — жена Чёрного дракона, стали приставать ко мне с дурацкими вопросами: где, что лежит, куда поставить, что делать и чем кормить. Я честно попыталась вникнуть, и на вопрос, куда поставить какой-то сервиз, спросила, а где вообще они стоят. Мне показали комнату, где на полках стояла посуда.

— И что думать, сюда и ставь, — ответила я девчушке моего возраста, по имени Сатти.

— Здесь места нет, — заупрямилась она. — Близко ставить нельзя, мне сказали, что можно его разбить.

— Но вон верхняя полка свободна.

— А как туда залезть?

Я оглянулась и увидела под полками лестницу. Мы с Сатти вытащили ее, поставили и раздвинули ножки.

— Лезь, — попросила я, — буду подавать тарелки.

— Я высоты боюсь, — затрясла она головой.

— Ладно, держи лестницу, полезу я.

Но не успела пройти и до половины полок, как ножки стали разъезжаться. Сатти закричала и отскочила от лестницы, я попыталась ухватиться за полку, чтобы не упасть, она накренилась, и я рухнула на пол, увлекая за собой все посудное великолепие. К нам влетели Ленелла и Крас, хорошо, что Дара не было, он улетел к какому-то князю, который вызвал его.

— Что вы здесь натворили? — рассердилась Хозяйка Южных гор.

— Ничего особенного, — пожала я плечами, — посуду разбили. Может ее магией склеить.

— Можно, — засмеялся Крас, — только она все равно протекать будет. В принципе вся посуда старая, давно надо было обновить, — он потер мочку уха.

— Крас, если тебе надо сжечь комнату, побить посуду, ты скажи мне сразу…

Он рассмеялся сильнее: — Нет, Мэриэлла, ты подходишь с таким стараниям ко всему, что нужно уничтожить, что я опасаюсь, весь замок по камешкам разнесешь.

— Так что же делать? — дрожащим голосом спросила Сатти.

— Нам совсем не на чем есть? — поинтересовалась я.

— Вот только миски глиняные остались, — чуть не плача ответила она.

— А чем они плохи?

— Они некрасивые. Повелитель не любит их.

— Надо было их поставить повыше, тогда бы мы их грохнули, и никто бы не расстроился, — высказала я запоздалое предложение, — странные они какие.