Гыррр Макарка - Под сенью клинка

Он давно не смотрел в глаза этой женщине, лишь изредка встречаясь с ней где-нибудь на балах — то ли Ильм предпочитал держать её подальше от владыки, то ли она сама не стремилась сталкиваться с Дереком.

Бездонные раскосые глаза — как глаза дракона. Разум слегка затуманился, Дерек прикусил губу. Надо было наглотаться зелий.

— Владыка? — голос глубокий и чарующий.

Он устоит.

— Я прошу тебя передать ему мои извинения и просьбу вернуться, — прижать руку к груди и поклониться. Ниже. Ещё ниже. Но с достоинством.

— Я передам, — нежная кисть руки — самой совершенной формы. — Только ты ведь сам знаешь ответы на все вопросы, не так ли?

В горле снова пересохло — не помогли никакие заклинания и амулеты.

— Да.

— Правь, — пожала плечами дива, — я передам. И даже попрошу за тебя, хочешь?

Длинные ресницы, манящий изгиб бровей, лёгкий румянец на скулах… Он устоит.

— Нет, но попроси. Буду благодарен.

Отвести взгляд. Ещё раз поклониться. Развернуться. Стены, ковёр — смутные пятна. Красные? Или синие? Какая разница… Дойти до двери. Угольные глаза и агатовые волосы. Не оборачиваться.

— Он не спускал с цепи единорога, владыка. Он виноват лишь в том, что отошёл тогда чуть дальше, чем следовало.

Не оборачиваться. И не добавлять — "госпожа". Он ещё владыка.

— Я знаю.

— И сделал всё, чтобы эту ошибку исправить.

— Да.

— У девочки не будет магических способностей, но, поверь, это не так страшно, как может показаться через несколько дюжин лет.

— Да.

Не оборачиваться. Открыть дверь. "Он отошёл тогда чуть дальше, чем следовало". Насколько далеко он ушёл теперь?

Через две улицы Дерек спешился, набрал в горсти снега и долго тёр им лицо. Не помогло. Погнал лошадь к купальне на реке, окунулся в ледяную воду. Так лучше. Не он устоял — она не захотела. И он сам знает ответы на все вопросы — Талина никогда не согласится, чтобы меч вернулся. Она жила слишком близко к нижним.

— Скажи, — Дерек завернул к Хельму по возвращении в замок — пить в одиночестве сил не было, смотреть в глаза Талине — тем более, — ведь у вас с Бородой не мутится разум при виде Роксаны?

Тайный задумался, разливая по кубкам подогретое с южными приправами арденийское.

— Нет, — медленно ответил он, — после того как ты завоевал власть — нет. Впрочем, я чаще читаю её донесения, чем разговариваю с ней.

Покрутил кубок в руках и добавил:

— Ты хочешь сказать, что она влияет на людей избирательно? Вполне вероятно, иначе б не могла ходить по улицам. Да нам-то что?

— Сделай одолжение, — фраза звучала достаточно спокойно, — если ты с ним свяжешься — передай ему мою нижайшую просьбу: пусть он уговорит её не влиять на меня. Подозреваю, что мне с ней ещё придётся разговаривать.

— Владыка, — искренне изумился Хельм, — а не проще ли тебе попросить об этом саму Роксану? Перед следующим разговором, если он состоится?

Когда советник Дагор не хотел говорить о чём-либо, он был склонен к прямолинейным решениям.

Временно исполняющим обязанности казначея оставили первого заместителя господина Ханта — парень был исключительно честный, честнее Дагора, если такое вообще возможно. Честный, преданный, исполнительный и — без размаха. Как и все заместители Ильма. Он не воровал, отчёты его отличались простотой и дотошностью, но — прибылей казна почти не видела. Господин Хант всегда балансировал на грани закона, умудряясь делать деньги из чего угодно — полученных им барышей с избытком хватало и государству и "Тропинке". Его заместитель не урвал для себя ни одной медяшки, но… лучше бы воровал, думал иногда Дерек. Он пересмотрел несколько дюжин претендентов на его место — и вынужден был признать, что эти будут только красть, а пользы принесут ещё меньше. "Тропинка" же, несмотря на отсутствие господина Ханта в столице, по-прежнему процветала.

Через полгода после отъезда Ильма Дерек вызвал к себе тайного советника.

— Возьмёшь на себя обязанности казначея. Ты столько следил за Хантом, что наверняка усвоил, как он вёл дела. Формально нынешний третий советник останется на месте, фактически же — управлять казной будешь ты.

— Хорошо, — поморщился Хельм, — взятки пойдут в казну отдельным пунктом.

Формально господин Хант взяток не брал — но благодарности в форме выгодных заказов получал часто. Дерек бы и не возражал, чтобы теперь эти благодарности поступали торговому дому Ульрики, но Дагор считал иначе.

Время шло — Талина успокоилась, сосредоточившись на очередных подземных этажах и третьем сыне, Дерек же занялся границами — восточные князья то и дело выражали недовольство, требуя всё больших и больших привилегий. Все решения были приняты — и как бы ни повёл себя господин Хант, владыка знал, что ему делать.

Иногда Дерек спрашивал себя — почему он так уверен, что меч действительно уехал? Да, агенты несколько раз засекали пару, похожую на Ильма с Роксаной в Ардении. Да, влияние "Тропинки" в южных землях возросло в несколько раз, и при желании господин Хант мог стать теневым правителем в любом южном государстве. И даже — спокойно свергнуть любую из правящих династий, чтобы взойти на престол самому. Дерек постоянно прислушивался к себе — ведь уверенность в своём отсутствии меч мог внушить и изнутри. Мог. Шанс, что оружие изощрённо морочит своего владыку, существовал — и именно им можно было объяснить уверенность в отъезде меча. Дерек допускал такую возможность — разумом, вопреки собственной уверенности, и по дюжине с лишним раз перепроверял все свои решения, ни в одном из них не полагаясь на чувства и ощущения. Впрочем, бывшему воеводе и четвёртому сыну императора было не привыкать вести себя так. Это здесь он немного расслабился.

Через год после ухода меча мирно скончался в рабочем кабинете Урленой — Дерек давно уже подобрал человека на эту должность, и несколько лет назад заговорил о смене советника с Ильмом. "Это мой человек, — ответил меч. — Не его вина, что он пережил свой разум. Его мечта — пост советника до конца жизни и пышный погребальный костёр. И она исполнится". Взгляд клинка не оставил тогда Дереку никакого выбора.

Пламя до вершин деревьев, пышная тризна, коленопреклонённые стражники, бой барабанов, лязганье щитов, Роксана с лютней в руках — владыка осторожно искал Ильма среди пришедших проститься с Урленоем, и не находил.

— Где он был? — спросил Дерек Хельма на следующий день.

— Седьмой стражник в правом ряду, — ничуть не удивился советник Дагор.

Сообщение о магических искажениях, сопутствующих приходу очередного тёмного владыки пришли в разгар зимы — на второй год после отъезда советника Ханта.