Ирина Чернова - Храни нас пуще всех печалей

- Да устала я, помыться хотела с дороги, а вот ключей у меня...

- Да что ж это я сижу-то? - всплеснула руками фиолетовая. - Пошли скорей, я тебе все отдам, что мне Наталья Васильевна оставила для тебя! И ключи отдам...запасные у меня лежат, на всякий случай.

Бабка поспешила к парадной, ища в карманах таблетку для домофона, Бриан делал вид, что рассматривает подходы к дому, а вторая бабка подозрительно рассматривала его, сузив маленькие глазки.

- Лифты, вишь, поменяли у нас, - докладывала фиолетовая, тыкая в цифру 5 на панели. - И ремонт сделали, только Мишка с первого этажа как пил и спал у себя под окнами, так и спит. А ведь гадит, паразит, спасу нет! А чего это твой кавалер все молчит да молчит, хоть бы слово сказал...немой, что ли?

- Зуб у него болит, говорить больно. Да и не брился он давно, стесняется.

- Стесняется? - фиолетовая покосилась на Бриана. - Не шибко похож он на стеснительного... ты уж прости меня, Вера. Он хоть человек приличный?

- Еще какой приличный! - рассмеялась я, вспомнив аналогичный разговор с Майрой.

В квартире было тихо и пусто. Слой пыли, лежащий везде, создавал впечатление затхлости и неухоженности. Я раздвинула пыльные занавески и открыла окно, пропуская в комнату свежий воздух и шум. Слышались голоса, чириканье птиц и детское щебетанье на площадке.

- Бриан, - я прижалась к нему, впервые расслабившись после всего, что произошло и погладила его по спине, физически ощущая, как и у него спадает напряжение, - вот мы и дома. Это, к сожалению, не замок Тройден, но здесь тоже не так уж плохо.

- Это твой мир, Вейра. Что я буду делать здесь?

- Жить, Бриан. Мы здесь будем жить и, надеюсь, не так уж плохо. Пошли, я покажу тебе наш новый дом.

Экскурсия по квартире не заняла много времени. Вообще, после того, как я много раз служила амплификатором Лассеру, я заметила, что он стал как бы... умнее, что ли. Особенно это было заметно в критических ситуациях, требующих внимания и принятия решений еще там, в Альветии. Когда мы попали сюда, то я поначалу волновалась, как он поведет себя в общественных местах, но скоро поняла, что он хоть и взволнован до крайности, но держит себя в руках, спрашивая меня о том, что видит по дороге. Естественно, альветийского языка тут никто не знал и я могла спокойно объяснять ему, что надо делать в метро или на улице. Рявкающие гудками машины были не в счет - от подобных идиотов шарахнулся бы любой прохожий, а не только человек, который еще недавно находился где-то в районе 16-17 века по уровню развития. Оставив его осваивать ванну, я принялась инспектировать холодильник. Как и следовало ожидать, пусто, а у меня, между прочим, мужик голодный полощется!

- Бриан, - сунулась я в дверь, - я в магазин побежала, не утони тут без меня! Отмывайся хорошенько, я тебе все показала. Скоро буду!

- Ты куда помчалась?

- Есть хочешь? Вот лежи в ванне и жди, пока вернусь с едой!

Первый семейный ужин в квартире прошел просто на ура - Лассер, чистый до блеска, осторожно рассматривал гигантскую яичницу в тарелке, хлеб и больше всего его удивлял яркий электрический свет, который по сравнению с тем, что было в Альветии, сиял ярким солнцем.

- Вейра, что вы пьете здесь? Вино? Пиво?

- Чай, - прихлебывая из кружки давно забытый аромат, просветила его я. - Можно кофе, но я его не люблю. Вино у нас дорогое, его пьют лишь по праздникам, пиво горькое и лучше, если его потреблять вечером или не пить вовсе. Можно еще воду в бутылках, газированную или нет. Так что чай - самое лучшее, что есть. Но учти, будешь много пить пива, растолстеешь и вырастет живот!

- Я попробую ваше пиво, но не уверен, что оно мне понравится. Напиток селян, - брезгливо скривился Бриан. - Ты готовишь тут сама? Когда приходит служанка?

- Ты забыл, что я тебе рассказывала о своем мире, - я утащила у него с тарелки кусок яичницы и щедро полила майонезом. Как давно я не ела такой вкуснятины! - У нас нет служанок, мы делаем все сами и готовим, и стираем, и в магазин ходим...то бишь на рынок. Это ерунда, научишься, вон, к нам негры из Африки приезжают и то всему учатся, а ты на голову выше их будешь!

Тут же пришлось объяснять, кто такие негры, что есть Африка и почему они все ниже Бриана. К вечеру у меня язык не только опух от постоянных объяснений, но и почти не поворачивался...разве может идти в какое-либо сравнение комната на постоялом дворе с моим любимым диваном и чистым, хотя и старым, бельем на нем? Расслабленность была такая, что не хотелось думать ни о чем... Лассер был рядом, живой и здоровый, я рассматривала его в солнечном утреннем свете и наслаждалась миром и покоем.

- О чем ты думаешь, Вейра? - твердая рука обняла меня за плечи. - Ты как будто все время прислушиваешься к тому, что проиходит вокруг. У вас очень хорошо слышно, что делают люди, кто живет с тобой в одном доме. Разве вы не хотите жить так, чтобы не мешать друг другу? Но у вас очень чисто и в городе широкие дороги...метро мне не понравилось, но если надо им научиться пользоваться, то это несложно, я уже понял. Горячая вода у тебя идет, стоит только повернуть ручку, не надо греть огромные котлы и топить печи, чтобы приготовить еду.

- Те, кто живут в отдельных домах, чаще всего имеют именно такие печи, греют на них воду и готовят еду, а также отапливают ими дома зимой. Не везде у нас жизнь такая легкая, как в городах, я жила в местах и похуже, поэтому приспособиться к жизни в Альветии мне было не так сложно. Хуже всего было без света...и туалета, как это ни странно звучит.

- Да, я оценил ваши достижения, - Бриан поцеловал меня в шею и все внутри сладко заныло от того, что он просто находится рядом. - Когда-то Корин учил тебя читать по-альветийски, а я молча бесился от того, что не мог так просто, как он, предложить тебе то же самое. Теперь ты будешь учить меня всему, что знаешь сама.

- Буду, обязательно буду, иначе тебе будет здесь очень трудно, - согласилась я, счастливая от мысли, что он озвучил то, о чем я думала и не знала, как начать этот разговор. - Сначала будем учиться русскому языку...

Днем я прошлась с Брианом по магазинам, показывая ему весь увлекательный процесс, а заодно нагрузив сумкой. Перед этим походом я повела его на рынок - надо было купить хоть какую-то одежду, более менее приличествующую его виду. Продавщицы разахались, подбирая ему джинсы и рубашку по фигуре и еще долго обсуждали между собой, где это выдают таких мужиков, у которых нет даже намека на живот. Не знаю, что он понял из их диалога, но взгляды, которыми они его провожали, были говорящими о многом. Денег, которые мне оставила маман, хватило, но надо было начинать думать о работе, чтобы прокормить нас обоих. А еще меня волновал вопрос о легализации Бриана - для него нужен был паспорт, военник, страховое - словом, тот набор документов, без которых он пока что имел статус бомжа, несмотря на свою аристократическую внешность. Хотя нет, в Питере он не смотрелся аристократом, но определенное обаяние в нем все же было, иначе бы я в него не влюбилась еще там, в Альветии, хоть и не хотела себе в этом признаваться очень долго. У него уходило постоянное ехидство, сменяясь прямым и твердым взглядом, уходило все наносное и лишнее, без чего можно было обойтись. Вечером я включила комп, показывая ему любимые фильмы и музыку и он долго вслушивался в мелодии, которые я с удовольствием прогоняла ему. Мой мир, знакомый мне до последней черточки, открывался ему целым водопадом новых образов и оставалось лишь научиться правильно воспринимать их, выделяя для себя нужные. Поздно вечером Бриан, застыдившись, опять полез в ванну, объяснив это тем, что он приобрел возможность лежать в горячей воде сколько угодно. Станки для бритья, пена для бритья, мужской шампунь - все эти принадлежности раньше не вызывали у меня такого радостного ощущения, как раньше...я завернулась в одеяло и уснула, счастливая от происходящего. А утром...