Нобору Ямагути - Тристанийские каникулы

Как только ребята заняли предложенные места, официантка маленького роста со светло-розовыми волосами подошла к ним, чтобы принять заказ. И моментально торопливым движением закрыла лицо подносом. Все ее тело начало мелко дрожать.

— Почему ты прячешь лицо? — недовольно спросил Гиш. Не проронив ни звука, официантка жестами рук и тела продемонстрировала: "Скажите ваш заказ". По росту и цвету волос этой маленькой девочки Кирхе тут же о чем-то догадалась, и впервые за это лето на ее лице появилась необычайно широкая улыбка.

— Какое в этом заведении коронное блюдо?

Маленькая официантка, скрывающая лицо за подносом, указала на соседний стол. Там стоял пирог с цыпленком, запеченным в меду.

— Ладно, а какой в этом заведении коронный алкогольный напиток?

Маленькая официантка указала на выдержанное вино из Генуи, которое принесла на другой стол прислуживающая там девочка.

Тогда Кирхе произнесла изумленным голосом:

— Ага, мистер фамильяр ухаживает за девчонкой.

Лицо маленькой официантки показалось из-за подноса, и она взглядом, в котором читалось: "Вот как?!" — рыскала вокруг. Ребята, за исключением Кирхе, увидев появившееся лицо, громко закричали:

— Луиза!

Хозяйка Сайто, заметив ухмылку на лице рыжеволосой девицы, обнаружила, что ее обманули, и снова спрятала лицо за подносом.

— Слишком поздно. Ла Вальер.

— Я — не Луиза, — дрожащим голосом произнесла девочка. Кирхе потянула ее за руку и уложила на стол. Она сжимала правую руку хозяйки Сайто, Гиш вцепился в левую. Табита схватила правую ногу, а Монморанси — левую. Официантка, не способная двигаться, отвернулась и, дрожа как осиновый лист, произнесла:

— Я — не Луиза! Отпустите меня!

— Чем это ты занимаешься?

Девочка не отвечала. Кирхе щелкнула пальцами, и тут же Табита произнесла заклинание. Воздух за счет силы ветра, окружив тело Луизы, управлял ее движениями. Хозяйка Сайто была вынуждена сесть на столе в позу "сэйдза".

— Ч-что ты делаешь?!

Кирхе снова щелкнула пальцами. Табита молча взмахнула своим посохом. Воздушная масса, которая контролировала движения Луизы, превратилась в невидимые пальцы, которые принялись щекотать тело своей жертвы.

— А-ха-ха-ха! Остановись! Щекотно! Остановись же ты!

— Какие же существуют обстоятельства, что ты прислуживаешь в этом заведении в качестве официантки?

— Я должна отвечать?! А-ха-ха-ха!

Воздушные пальцы защекотали Луизу часто-часто. Тем не менее, она не признавалась. Через некоторое время ее тело обмякло.

— Вот неразговорчивый ребенок. В последнее время у тебя появилось действительно много секретов.

— Если поняла… тогда отпусти же меня…

— Хорошо, — Кирхе со скучающим видом взяла меню.

— Быстрее, скажите же ваш заказ.

— Это, — произнесла рыжеволосая девица, указав на меню пальцем.

— Я не поняла, что именно.

— Для начала — все, что записано в этом меню.

— Что?

Луиза ошеломленно уставилась на Кирхе.

— Слушай, принеси все.

— Ты действительно богата… Ах, мне так завидно, — пробормотала со вздохом хозяйка Сайто, и рыжеволосая девица ответила ей:

— Чего? Естественно, за твой счет, не так ли? Я с благодарностью принимаю твои добрые намерения. Мисс Ла Вальер.

— Что? Не болтай вздор! Почему я должна угощать тебя?!

— Или я расскажу всем в Академии Волшебства, что ты прислуживаешь здесь в качестве официантки.

Луиза изумленно разинула рот.

— Если ты расскажешь… Я у-у-у-убью тебя!

— Ах, не хочу. Я не хочу быть убитой, поэтому поскорее неси все, что есть.

Луиза подавленно опустила плечи и, натыкаясь на все, что только возможно, неверной походкой исчезла на кухне.

— Ты действительно — зловредная девица, — когда Гиш, качая головой, произнес это, Кирхе с радостным видом ответила:

— Не хочется, чтобы вы имели обо мне ошибочное представление. Я питаю антипатию к этому ребенку. По сути, мы — соперницы, просто соперницы.

Здесь она прервала свое объяснение и, заметив, что у Табиты сбился на бок плащ, поцокала языком и поправила его:

— Эй, послушай. Когда ты используешь магию, после этого хоть как-нибудь приводи в порядок растрепавшиеся волосы и сбившийся плащ. Женщина — это в первую очередь внешность. Содержимое головы — это вторично, ведь так?

Кирхе поправляла своей подруге волосы и одежду, как если бы старшая сестра беспокоилась о младшей сестре, или мать беспокоилась о своей дочери.

Гиш посмотрел на них. "Почему эта до мозга костей испорченная германская девица открыла свою душу только Табите? — с сомнением подумал он. — Несмотря на то, что сейчас — летние каникулы, эти двое, не поехав по домам, действуют вместе. Вдобавок, если заглянуть еще дальше в прошлое, эти двое обладают телепатией. Табита по натуре неразговорчива, однако, по одному знаку глазами способна понять намерение своей подруги, у них такие великолепные отношения, словно у сестер.

Однако… — Гиш напряженно думал. — Определенно, в самом начале после поступления в Академию у этих двоих не было таких хороших отношений, я уверен. Я был тогда без памяти от другой девочки и не очень хорошо помню, однако разве не вызвала переполох дуэль между ними?"

В тот момент, когда Гиш уже намеревался расспросить об этом, в таверне появились новые посетители.

Это были дворяне с приятной внешностью. У них на головах были изящно надеты широкополые шляпы с плюмажами, а из-под полы плащей выглядывали волшебные жезлы в форме мечей. Похоже, это были офицеры Королевской армии.

От них еще пахло дымом, вероятно, они посвящали все свое время боевой подготовке. Они вошли, оживленно переговариваясь, после чего сели за стол и начали осматриваться.

Дворяне все как один начали давать оценку официанткам в таверне. Разные девочки по очереди подходили к ним налить вина, однако положение вещей было таково, что они так или иначе не понравились офицерам. Один из этих мужчин заметил Кирхе и сделал знак глазами:

— Разве вон там — не девушка-дворянка?! Девица, которая сможет гармонировать с нами, тоже должна носить волшебную палочку!

— Вот это правильно! Ведь это — выходной, который господа офицеры Королевской армии в кои-то веки получили от Ее Величества? Невозможно расслабиться, когда простолюдинки наливают нам вина.

Высказывая такое мнение, они совместно обсуждали, кто пойдет с приглашением, и их голоса доносились до ребят. Похоже, Кирхе привыкла к таким ситуациям, поскольку она невозмутимо потягивала вино. Однако Гиш чувствовал себя совершенно не в своей тарелке. В общем, у меня такое положение, что я сопровождаю спутниц в качестве мужчины, однако у меня нет уверенности, что я смогу твердо противостоять соперникам-дворянам, которые, похоже, служат в гвардии или являются командирами полков. Полагаю, в финале я буду просто валяться на земле.