Олаф Локнит - Сокровища Тарантии

Я сидел под кроватью тише мыши. Если дело обернется совсем плохо, придется немедленно превращаться!

— Постойте, — раздался мягкий голос Тотланта. — Хальк, у нас, однако, есть один знакомый волк... Темвик не вернулся вечером. Понимаешь?

Волшебник присел и наклонил голову к основанию постели библиотекаря. Заглянул в пыльную темноту. Крякнул досадливо.

— Ага. Знакомая морда! Давай-ка вылезай. Господа гвардейцы, уберите оружие.

Я, по уши в пыли и паутине, выполз. Представляю, как это выглядит. Волчище с пораненой головой, глазами человека и поджатым хвостом. Никогда в такой дурацкой ситуации не оказывался.

— Тот самый, — гаркнул боссонец Меркурии. Стушевался внезапно. — Ваша зверюшка что ли, а, месьоры?

— Наша, — Хальк, облаченный в необъятную ночную рубашку с кружевами на вороте и смешной колпак, посмотрел на меня озадаченно. — Темвик, что это значит?

— Позже разберемся, — решительно заявил Тотлант. Повернулся к страже. — Можете быть свободны, господа. И впредь будьте осторожнее. Вы же не гоняете по всему замку охотничьих собак короля? И не палите в них из самострелов?

— То собаки, а то — волк, — угрюмо бросил молодой. — Идти можно?

— Катитесь, — поморщился Хальк. — Когда в следующий раз будете охотиться за сбежавшим из зверинца слоном, перед тем как вламываться к тайному советнику короля — аккуратно постучите в дверь...

Боссонцы, ничего не понявшие в случившемся, отбыли.

— Марш в нашу комнату, приведи себя в порядок, — скомандовал мне Тотлант. — На кресле — мой кхитайский халат, оденься. Ждем в гостиной.

Когда я, облаченный в черный шелковый халат с вышитыми золотыми драконами, появился в большой комнате, оба ученых мужа восседали в креслах и по ночной прохладе кутались в шерстяные клетчатые пледы, какие делают в Киммерии. Хальк, изменив собственному слову, потягивал темно—красное вино. Тотлант выглядел очень недовольным и заспанным.

— Итак, каковы будут объяснения? — библиотекарь поднял брови и устремил взор на меня. — Почему у тебя волосы в крови?

— Где? — забеспокоился волшебник. — А ну, покажи! Это гвардейцы тебя вздули?

Тотлант положил ладонь мне на затылок, быстро-быстро забормотал заклинание, и я ощутил легкое жжение — рана затягивалась.

— Нет, не гвардейцы, — проворчал я. — Хуже. Кажется, мы доигрались в сказки с сокровищами.

Я придвинул кресло для себя, налил вино, и принялся рассказывать. Про похищение, про Дорана и Ламасара, про беседу толстого разбойника с неизвестным дворянином, которую случайно подслушал. И, наконец, про мое удачное бегство.

И Хальк, и Тотлант по ходу повествования только рты шире раскрывали. Не перебивали. Барон Юсдаль то улыбался, то качал головой; стигиец с каждой новой фразой становился все мрачнее.

— М-да, неприятная история вышла... — когда я закончил сагу о том, как Темвик гулял по Тарантии, волшебник побарабанил пальцами по столу. — И кто виноват?

— Никто, — буркнул Хальк, стараясь не встречаться с нами взглядом. — Кроме самого Темвика. Нечего было соваться в этот притон. Я ведь предупреждал!

— Ты знаешь кто такой Доран, по прозвищу Простец? — спросил я. — Очень неприятный человек. Пусть и умный.

— Не знаю, — отозвался барон Юсдаль. — Но непременно узнаю. Завтра же. Спрошу у Гленнора. Есть предложение — поспать до утра. И на свежую голову разбираться с трудностями.

— А знаете, — неожиданно фыркнул Тотлант, — Хальк едва не оказался в крайне двусмысленном положении. Представьте: Темвик забирается под кровать, превращается, а господа гвардейцы обнаруживают под ложем месьора тайного советника спрятавшегося там совершенно голого мужчину. Воображаю, какие слухи поползли бы по дворцу...

Мы дружно и жизнерадостно заржали. Потом расползлись но комнатам — отдыхать от суматошного дня.

Второй рассказ Халька "Граф, который нашел Пифон"

Тарантия, дворец и город

7 день Первой весенней луны 1293 г.

Тотлант, ренегат эдакий, призывает меня покаяться. Посыпать голову пеплом из камина, надеть на шею веревочную петлю, облачиться в рубище и пасть на колени перед королем. Рассказать благороднейшему монарху о мерзопакостных происках его собственного библиотекаря. О вероломстве и измене, с коими был составлен злокозненный план по введению ихнего королевского величества в заблуждение посредством подложных исторических документов.

Покаяться! Покаяться и смиренно принять через то справедливое воздаяние!

Ни за что и никогда! За кого вы меня принимаете?

Первые призывы к означенному покаянию явили себя на следующий день после нелепых приключений Темвика. Тотлант недвусмысленно заявил, что история с кладом Нифлунгов зашла слишком далеко, и становится попросту небезопасной. Небезопасной для всей удалой троицы аферистов, столь неаккуратно поднявшей столицу на дыбы. Мало того, что древней легендой заинтересовались король (ради которого, собственно, все и было устроено) и его верный цербер, барон Гленнор, так в игру без выигрыша вступили еще и натуральнейшие бандиты наподобие Дорана, в чьи лапы намедни попался Темвик!

Я придерживался исходного постулата: Темвик сам виноват. Зачем его понесло в "Черного Быка"? Туда и городская стража-то заходить побаивается, тайных соглядатаев распознают очень быстро и дальнейшая судьба их незавидна. Доран утверждал, будто у него есть свои люди во дворце? Пускай. В любом случае эти личности ходят в чинах не старше третьего помощника дворцового золотаря, а таких в жилые покои придворных не допускают.

Кроме того, я теперь оказался под ненавязчивой опекой хмурых мальчиков из ведомства барона Гленнора. Взращенные Латераной добры молодцы проследят за нашей общей безопасностью, тем более, что король "взял в дело" и Тотланта. Как советника по вопросам магии и кхарийской древности.

Да, король... Признаюсь откровенно: когда они с Гленнором заявились вчера ко мне, я был уверен — наша авантюра раскрыта и теперь обычной рекомендацией "вести себя потише" я не отделаюсь. Воображение уже рисовало яркие картины опалы, ссылки, каторги, эшафота, топора палача или самой страшной кары — королевского кулака. Все оказалось и проще, и сложнее одновременно.

Естественно, начальник нашей тайной службы пристально следит за городскими слухами. И докладывает королю.

Но слухи собирает не только Гленнор — тут и шпионы городской стражи, и канцелярия Просперо, и военная управа... Раз в два дня на стол Конана ложатся сразу несколько разных отчетов о слухах в Тарантии. Достаточно сравнить, и станет ясно, кто из информаторов лжет или недоговаривает. Но тут оказалось, что все донесения рьяно повествуют об одном: найдена часть клада царя Тразариха! Того самого! Огромного и сказочного!

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});