Стивен Дональдсон - Раненая страна

– Нет! – закричал Кавинант. – Ты никогда его не получишь!

Его крик не потревожил уверенности Фоула.

– Получив кольцо, я использую его силу для разрушения Земли. И именно ты отдашь мне мощь дикой магии. Отныне ничто под Аркой Времени не спасет тебя от вечного позора! Дрожи и плачь, гаденыш! Унижайся! Я приготовил тебе столько мук и отчаяния, что твое сердце разорвется на куски!

Злобный шепот вдавливал его в камень. Брызгая слюной, Кавинант выплевывал из себя угрозы и проклятия, но они не имели ни силы, ни звука. Эфирный туман, заполнив горло холодным презрением, не пропускал его крика души.

И тогда Лорд Фоул захохотал. Воздух наполнился запахом гнили. Кавинант задыхался, давясь невысказанной яростью, – как рыба на суше, как человек, которому подрезали крылья надежды. Внезапно язвительный смех отнесло в сторону, и свежий ветер разметал эфирный туман. Какое-то время Кавинант еще слышал отголоски хохота, но дымка перед глазами обтрепалась по краям и рассеялась в лазурном небе.

Он лежал на спине под ярким небосводом, освещенный лучами странного солнца.

Кавинант узнал этот приятный свет. Голубая аура солнца, похожая на кольцо из сапфира, окрашивала остальную часть небес в лазурный цвет.

Он молча щурился в объятиях ласковых лучей – ошеломленный, уставший и напуганный. По собственной воле отдашь в мои руки кольцо… Кавинант тряхнул головой, изгоняя остатки кошмара. Голубая аура солнца тревожила его, но он еще не понимал, чем именно. Планы, которые я вынашивал в изгнании, принесли плоды… Его правая рука, будто сама по себе, поднялась и ощупала то место, куда вонзился нож.

Онемевшие пальцы почти ничего не чувствовали. Но он ощутил их прикосновение к груди, когда они скользнули сквозь прореху на тенниске.

Боли не было.

Он поднес ладонь к лицу и, оторвав взгляд от лазурного неба, посмотрел на пальцы.

Крови тоже не было.

Кавинант сел и тут же оперся руками о каменную плиту. От резкого движения у него закружилась голова. Выждав немного и поморгав, чтобы избавиться от солнечного ослепления, он с опаской взглянул на свою грудь.

Чуть ниже грудины на тенниске виднелся разрез шириной с ладонь. На коже под ним белела полоска шрама. Рот сам собой раскрылся от удивления. Неужели он заживил эту рану? Ты все еще упрям. Неужели он заживил ее с помощью дикой магии?

Кавинант ничего не понимал. Он не делал каких-либо сознательных усилий для вызова силы. Но, может, ему удалось использовать ее бессознательно? Недаром же Высокий Лорд Морэм сказал ему однажды: “Ты и есть белое золото”. Значит, он мог применять дикую магию, даже не зная об этом? Даже не контролируя ее? О черт!

Внезапно Кавинант осознал, что смотрит на каменный парапет, высота которого в этом положении доходила ему до груди. Он сидел на краю круглой площадки, окруженной низкой оградой. За ней со всех сторон простиралась бездна.

Тошнота, подступившая к горлу, вывела его из оцепенения. Кавинант узнал это место.

Смотровая Площадка Кевина. Сторожевая вышка. Но как он здесь оказался?

Цепочка воспоминаний воссоздала картину схватки у костра, и, развернувшись, он увидел Линден. Она лежала без сознания на каменных плитах.

Кавинант запаниковал. Ее раскрытые глаза смотрели в небо невидящим взором. Прядка волос протянулась через щеку и губы. Из-за левого уха медленно сочилась кровь.

Ты – мой!

Несмотря на прохладу, по вискам Кавинанта покатились капельки пота.

Он схватил Линден за плечи, встряхнул и начал растирать ей запястье левой руки. Она слабо захныкала и протестующе закачала головой. Внезапно ее тело забилось в конвульсиях. Отпустив руку, Кавинант сжал голову Линден ладонями, стараясь уберечь ее от ударов о каменную плиту.

Внезапно ее взгляд прояснился. Она со всхлипом втянула в легкие воздух и закричала. Необъятное небо жадно вобрало в себя этот крик, ответив ей голубым сиянием, которое клубилось вокруг солнца.

– Линден! – зашептал он. – Все в порядке. Это я… Она всосала воздух сквозь зубы и открыла рот, собираясь закричать вновь.

– Линден! – воскликнул Кавинант.

Ее взгляд сфокусировался на нем, пылая ужасом и яростью. Какой-то миг она смотрела на него с таким отвращением, словно он угрожал ей своей проказой. А потом ударила его по щеке.

Кавинант отшатнулся – скорее от удивления, чем от боли.

– Ты жалкий трус! – сказала она, поднимаясь на колени. – У тебя просто не хватило мужества, чтобы жить!

Задыхаясь от гнева, Линден выкрикивала несуразные фразы. Но вот ярость покинула ее, и она вдруг испуганно замолчала и закрыла лицо руками. С ее губ сорвался приглушенный стон.

– О Боже!

Он в замешательстве смотрел на Линден, не понимая, что с ней происходило. Ему хотелось расспросить ее. Но ситуация требовала терпения и доброты. Она еще не знала, что попала в Страну.

Он с дрожью вспомнил свое первое появление на Смотровой Площадке Кевина. Если бы Лена не протянула ему тогда руку, головокружение и страх довели бы его до безумия. Ум просто не выдерживал натиска неизвестного мира, и Линден ожидали довольно страшные минуты откровения. Почему она только не послушалась его и влезла в это дело…

Как бы там ни было, Линден оказалась здесь и нуждалась в помощи. Она еще не понимала, как далеко завело ее желание помочь другому человеку. Он погладил ее ладонь и мягко сказал:

– Помните, вы требовали от меня объяснений, а я говорил, что вам их не понять без полного доверия к моим словам? Теперь вам придется принять их.., хотите вы того или нет.

– Кавинант, – шептала она сквозь пальцы. – Простите меня, Кавинант.

– Линден…

Он осторожно коснулся ее запястий, принуждая опустить руки. Она приоткрыла лицо. Ее карие глаза, влажные и темные от пережитого страха, смущенно опустились под его чутким взглядом.

– У меня было кошмарное видение, – сказала она дрожащим голосом. – Я приняла вас за своего отца.

Он улыбнулся ей, хотя напряжение в груди заставляло болеть его избитые кости. Линден обвиняла отца? Ему хотелось выяснить этот вопрос, но прежде требовалось разобраться с более важной задачей.

Едва он решил приступить к объяснениям, Линден начала вспоминать. Она провела рукой по волосам и вздрогнула, коснувшись раны за ухом. Вид крови на кончиках пальцев вернул ее к событиям у костра. Она судорожно вздохнула и испуганно посмотрела на грудь Кавинанта.

– Нож… Я видела…

Ее глаза округлились от удивления. Она рванулась к Кавинанту, задрала его тенниску и, открыв рот, уставилась на свежий шрам под солнечным сплетением. Он напугал ее. Линден протянула к нему дрожащие пальцы, потом отдернула руку и хрипло прошептала:

– Это невозможно.