Катерина Малиновская - Дневник Илирии

— Их дочь сама бес!

— Надо спасти ребенка!

Люди решали судьбу маленькой Илирии. А она плакала в сторонке. Женщина, с пышными черными волосами прижимала ее к себе. Наверно, это ее приемная мать. Картина довольно идиллическая. Все началось очень давно, тогда маленькая девочка и не знал, что погибнет, через века от руки своего некогда любимого Марека. Не знала, что совершит нечто ужасное. И в итоге превратиться в энергию.

Картинка сменилась, теперь, облаченный в черную рясу священник пытался изгнать бесов из маленькой волшебницы. Она визжала и пыталась вырваться, а женщина с черными волосами и мужчина со светлыми держали ее. Зрелище было кошмарным. Священник и не понимал, что перед ним боль чем одержимый ребенок. Перепуганная Илирия взвыла и священник загорелся.

Сила Огня самая легко обучаемая. Она первой проявляется у магов и считается ударной. Но мастера Стихий Воздуха и Воды более почитаемые, сильные и умелые. А вся ирония состоит в том, что больше всего цениться тот, кому удается покорить Землю. Интересно, в чем именно была сильна Илирия?

" Родители отказались от меня после этого. Меня изгнали из деревни. Все были уверенны, что тело их дочери захватил демон."

Я увидела, как маленькая девочка бредет по лесу. Физически ощущался страх ребенка.

Действительно ужасно. Если она в последствии попыталась стереть с земли мир, то я ее понимаю. Быть отвергнутой семьей, это всегда разрывает сердце. Даже, если ты и не их родной ребенок.

Следующие отрезки мелькали очень быстро. Вот она прибилась к какому-то селению, вот и там она подожгла дом. В следующим поселке она затопила сарай. Вот она знакомиться с низенькой толстенькой женщиной, что открывает ей врата в Магик.

Получается, что Илирия узнала о Магике еще в детском возрасте. Хотя большинство чистокровных знают об этом от рождения. Но ведь ее отправили в селение не для того, что б посвящать во все тайны мира.

Перед глазами промелькнула картинка, где Илирия проводила ритуал, что б обрести свою самую мощную силу- красоту. Хорошо, что Дрейк читал его описание, а не видел. Ведь мне открылась картина чудесной ночи с полной луной. Маленькая Илирия ныряет в озеро и купается в отражении полной луны. Затем она выходит на берег и ловя в зеркальце луну, начинает расчесываться. Разуметься, маленькая Илирия при этом раздета и на ее груди красуется нарисованная пентаграмма. Мне было сложно судить, стал ли тринадцатилетний ребенок чем-то красивее обычного, но это только пока. В последствии она превратиться в прекрасную и опасную. Перед глазами проносились картины ее жизни: веселые танцы, слезы, смех, лица неизвестных людей. Промелькнуло строение, мне оно показалось знакомым и довольно таки важным элементом мозаики.

" Играть в жестокие игры я начала, когда жаркие костры инквизиции стали поглощать мне подобных. В тот период были заложены основы многим проявлениям зла и добра. Тогда не раз рушился баланс сил, и не мало ужасного было содеяно, для его уравновешивания."

Перед глазами открылась картина. На заднем плане в деревне пылал костер, были слышны крики людей: их проклятия. В лесу стояли двое: Илирия была одета в черное платье и черный плащ, из капюшона которого выбивалась светлая прядь. Вторая женщина, скорее всего, являлась бедной селянкой: нелепое коричневое платья было точь-в-точь, как на средневековых гравюрах. У нее был небольшой животик, указывающий примерно на шестой месяц беременности.

— Шанс? только у таких как ты есть отличный шанс перекроит Вселенную в эти ужасные времена. — женщина обращалась к Илирии. — Я же не обладаю какими либо выдающимся даром, кроме чтения мыслей. Вот мой брат может переноситься с места на место. Это спасет его, а меня и ребенка ничего не спасет!

Илирия отвернулась от нее и подобрала с земли кусочек ветки.

— Я не могу прочесть твои мысли…О чем ты думаешь?

Илирия сломала ветку и спокойно произнесла:

— Мне когда-то пришлось сделать выбор: на чей стороне воевать. Я приняла верное решение, но я стала участницей той войны, где приходиться убивать своих… Возможно, мое новое решение поможет ситуации.

— Ты говорила, что ты собираешься сделать что-то ужасное!

— Нет, Луиза

, что-то ужасно сложное. Может и не сейчас, но я пока имею относительную свободу и…

— Свободу? У тебя есть свобода от всего этого! — женщина развела руками. — Свобода зависит от выбора?

Илирия пожала плечами и подняла вверх руку, желая привлечь внимание Луизы. Но тут между ними появился парень. Он чем-то напоминал собеседницу Илирии. Его одежда дымилась, и сам он потемнел от сажи.

— Я еле перенесся с того костра! — он осмотрел обгорелые кончики своих волос. — Сестричка, у вас тут все хорошо?

Он обнял беременную женщину, она же продолжала внимательно смотреть на Илирию. Луиза завела одну руку за пояс и тихо спросила у брата:

— Свобода зависит от выбора?

Тот улыбнулся и поцеловал ее в лоб. Он не понимал, что она имела в виду, и поэтому кивнул. Луиза изменилась в лице. Ее губы растянулись в скромной улыбке, но глаза при этом наполнились слезами.

Илирия скривилась и сжала голову руками.

— Луиза, я чувствую волну твоих мыслей! — она попыталась выпрямиться.

Это произошло в долю секунду, я сама почувствовала ментальную атаку беременной крестьянки и тот ужас, что произошел после. Из-за спины она вытянула нож и полоснула им по горлу брата. Тот глянул на нее перепуганными глазами и упал на землю. Это была кошмарная картина: Луиза постоянно атаковала Илирию своими черными мыслями и та судорожно протестовала кошмарному штурму. Крестьянка постоянно повторяла: " Прости, братик, прости. Но. убив тебя, я получу дар перемещаться, а это спасет меня и моего ребенка. Прости." Сначала она бормотала это, а потом припала к горлу несчастного и начала глотать его кровь.

Я попыталась прогнать это видение, но оно меня не отпускало. Илирия, согнувшаяся от телепатической атаки Луизы. Луиза, попивает кровь брата. Брат, смотрит в чистейшие небо остекленевшими глазами. Эта картина тянет свои холодные щупальца отчаяния к моему сознанию…Такое горе, черное и душное…

Луиза вытерла губы и повернулась к Илирии.

— Ты говорила, что я светлая ведьма. Наверно, теперь я демон!

Илирия не ответила, так как упала на землю и, сжимая голову, начала выть.

— Но я теперь свободна. Как и мой ребенок. Кровь такая горькая! — она сплюнула. Ее глаза потемнели, а кожа приняла землистый оттенок. — Я себя странно чувствую… Слушай, а что ты там хотела совершить? Это так же кошмарно и одновременно прекрасно как то, что совершила я? — Луиза опять нагнулась над горлом брата.