Луиза Тичнер - Зеленый огонь

— Нет, это слишком опасно. Послушай, я разговаривал с Пибом, это один из моих друзей, он ухаживает за лошадьми в королевском лагере. Он найдет тебе местечко. Все, что от тебя потребуется, — это не снимать шапку и научиться ходить за лошадьми.

— Ходить за лошадьми!

— Я знаю, что это не слишком подходящее занятие для девушки, но раз уж ты решила немного пощеголять в мужском камзоле и чулках… По крайней мере, в качестве грума ты сможешь вернуться в Джедестром, не подвергая себя опасности, вместе со всей армией.

Ривен открыла было рот, чтобы отказаться от такой унизительной работы, но затем подумала, что в этом есть свои преимущества. Оставаясь с армией, она сможет приглядывать за королем и за камнями.

— Хорошо, — сдержанно согласилась она. — Очень мило с твоей стороны позаботиться обо мне, Альбин.

Юноша порывисто схватил ее за руку и слегка пожал.

— Я знаю, я разговаривал с тобой сердито, но это вовсе не от того, что ты мне не нравишься. Я питаю к тебе совершенно особые чувства.

— В самом деле?

— Да. Я… — Альбин внезапно залился румянцем. — Я все скажу тебе, но не раньше, чем мы оба окажемся в Плэйте, в безопасности.

По истечении последующих сорока восьми часов Ривен окончательно убедилась в том, что профессия грума ей ни капли не нравится. К счастью, приятель Альбина Пиб оказался довольно дружелюбным парнем, который относился к девушке терпеливо и вполне по-доброму. Однако же, несмотря на его хорошее к ней отношение, Ривен не могла преодолеть своего отвращения к этой грязной и тяжелой работе. На деле ей пришлось вплотную заниматься конским навозом, а свой камень она видела мало и только издалека. Кроме того, ей приходилось терпеть грубые насмешки и оскорбления солдат и других грумов, и все это усугублялось постоянным страхом того, что ее разоблачат.

Во вторую ночь, когда она сгорбившись сидела в тени у огня, к ней приблизился один из конюхов, известный задира по имени Барт.

— Как тебя звать, маленькая девочка?

— Мое имя Робин, и я не девочка, — твердо ответила Ривен, глядя снизу вверх на бочкообразный торс и потное лицо Барта. На самом же деле ей стало вдруг очень тревожно. Барт премерзко ухмыльнулся в ответ.

— Конечно же, ты — девчонка. Только посмотрите на это девичье личико, на гладкую кожу да на большие глаза! Очень похоже на девчонку, что днем, что ночью. Давай-ка снимем эту шапочку и посмотрим, может быть, ты и в самом деле девица, а?

Барт потянулся рукой к шапке Ривен, но девушка, проворная, как речной ветер, ловко вскочила на ноги, выхватывая свой складной нож, который она хранила в поясе. Взмахнув им, она воскликнула:

— Оставь меня в покое, не то я отрежу тебе палец!

От удивления Барт даже рот разинул. Затем его мясистое лицо налилось кровью.

— Это слишком большой ножик для такой маленькой девочки! Клянусь, что ты даже не знаешь, как им пользоваться!

— Ну что ж, попробуй мне что-нибудь сделать, и я докажу тебе обратное!

Барт шагнул вперед, но остановился, когда Пиб бросился к ним и загородил собой Ривен. Пиб был огромным молодым парнем, с копной вечно взлохмаченных волос светлого, соломенного цвета и бледно-зелеными глазами. Несмотря на то что он был лояльным жителем Полуострова, его бабка была из страны стьюритов, и цвет его глаз, равно как и мощные плечи и огромные кулаки, лишний раз подтверждали это.

— Оставь моего парня в покое или будешь иметь дело со мной! — предупредил он Барта.

Барт попятился, затем неуклюже пожал плечами.

— К чему кипятиться? Я просто шутил с этим симпатичным юношей.

С этими словами он отошел подальше и больше не подходил к Ривен. Девушка, однако, прекрасно понимала, что он и не собирался шутить и она была опасно близка к разоблачению.

На следующий день после полудня Пиб предупредил ее:

— Тебе лучше всего было бы избавиться от твоих волос.

Ривен ничего не ответила, но подумала о том, что он, по всей видимости, прав. Лишь несколькими мгновениями раньше непокорные волосы снова выбились из-под шапки.

Нетерпеливо и раздраженно смахнув со лба выступившую испарину, Ривен отступила на шаг назад от лошади, которую она с усердием чистила и скребла, и оглядела свои грязные, исколотые соломой руки и одежду.

— Нужно помыться! — решила она. — Фу! Как воняет!

— Тогда сделай это сейчас, заодно и отрежь волосы. Только так, чтобы никто тебя не видел, — посоветовал Пиб.

Ривен покачала головой:

— Не следовало мне поддаваться на уговоры Альбина.

Между тем по лагерю распространился слух, что на следующее утро король собирается возвратиться в Джедестром. В Акьюме должен был остаться лишь небольшой гарнизон, а также большой отряд плотников и инженеров, чтобы помочь восстановить город, в то время как основные силы возвращались вместе с Броуном в столицу. Вместе с ним должна была отправиться и Ривен. Это означало, что у нее осталось мало времени на то, чтобы искупаться в океане, и Ривен решила отправиться на берег немедленно. С этими мыслями она выскользнула из конюшен.

После того как она несколько раз внимательно огляделась по сторонам и убедилась, что никто не видит ее, Ривен быстро направилась к берегу океана, отгороженному от лагеря скалистой грядой.

Уже дважды Ривен прокрадывалась сюда в надежде поплавать, но каждый раз на берегу оказывались солдаты и ей приходилось разочарованно отступать. На сей раз ей повезло — поблизости никого не было.

Слегка дрожа от предвкушаемого наслаждения, Ривен перебралась через скалы, которые отгораживали берег океана, и оказалась на берегу небольшой бухты, где солнце мирно поблескивало на волнах, а в воздухе кувыркались белые морские птицы. При виде их сверкающего белоснежного оперения Ривен вспомнила Сэл и пожалела, что им пришлось на время расстаться. Все же она была рада, что ее пиллаун находилась в Джедестроме, в безопасности, укрывшись от всех в королевских садах.

В последний раз оглянувшись по сторонам и убедившись, что она на самом деле одна, Ривен скинула шапку. Освобожденные волосы упали на плечи густой волной, и Ривен достала нож. Через несколько минут отрезанные черные пряди грудой упали на песок, и Ривен кое-как припрятала их под галькой. «Ничего, отрастут», — утешила она себя, делая шаг к воде. По правде говоря, ей было до удивления не жаль расстаться с волосами, а голове стало легко и приятно.

Ривен всегда думала, что у нее прямые волосы, однако когда она бросила взгляд на свое отражение в воде, то обнаружила, что теперь, когда ее волосы не выпрямляются под собственной тяжестью, оставшиеся локоны начали красиво виться. В задумчивости Ривен выпрямила одну такую прядку и с удивлением наблюдала, как она снова закрутилась в кольцо, стоило только выпустить волосы из рук.