Всеволод Болдырев - Болдырев Всеволод

— Вы что, с ума сошли? Я доложу полковнику, вас под трибунал!.. — орал на солдата Игорь.

Я молча подошел и снял с его пояса нож. Хромов замолчал, лишь сверлил меня недовольным взглядом. Когда он открыл, было, рот, я оборвал его:

— Мне не улыбается таскаться по этим проклятым улицам с голыми руками. Пистолет у вас есть, но при всем моем уважении: вы не боец, Хромов! Если дело дойдет до рукопашной, от меня всяко толку больше будет. И не зыркайте так, вы — взрослый человек! Я ж не обидеть вас хочу. Так будет разумней.

Видимо, мне удалось смутить его, так как профессор только махнул рукой и поднял чемоданчик с асфальта.

Мы обогнули улицу Гоголя, свернули налево на улице Братской и нырнули в лабиринт частных домов. Всю дорогу Игорь дулся — а мне было плевать, еще не хватало терзать себя из-за такой глупости! Правда, стало скучновато без заумствований Хромова, но ситуацию спасали солдаты. Они яростно спорили о том, что за тварь облюбовала супермаркет: то ли это был вампир, то ли оборотень, то ли вообще какой-нибудь неизвестный доселе демон…

Я постоянно озирался, разглядывал темные провалы окон, всматривался в густые тени под деревьями. Все, что было хоть немного тусклее солнечного света, потенциально являлось смертельно опасным. Каждый ребенок знает, что вся потусторонняя дрянь ютится в темноте.

От водохранилища нас отделял небольшой сектор частных домов. Раньше здесь жили семьи военных и «народных избранников», а теперь, если верить Хромову, — вурдалаки, демоны или еще какие-нибудь черти… Глупо звучит, правда? А верить-то приходится, так как, если не верить, можно окочуриться раньше времени. А пожить еще охота!

— Мы только что покинули южный округ, — радостно сообщил Игорь. — Можно даже немножко передохнуть — минут пятнадцать, не больше! Пока что график опережаем, так что можем позволить сию слабость…

Я с сомнением поглядел на асфальт, затем на солдат, а потом перевел взгляд на доктора. Спросил:

— А штаны вы не боитесь пропалить? Асфальт-то, поди, горячий!

Лицо Хромова вытянулось как у коня. Солдаты тоже моментально растеряли появившееся было настроение. Я даже засмущался слегка.

— Он прав, — грустно выдохнул Алексеев, — это как на электроплиту задницей усесться! Нужно двигать дальше или найти тень.

— Вот тень как раз нам нужна сейчас меньше всего, — недовольно перебил его Игорь. — Идемте, отдохнем чуть позже.

Мы нехотя поползли вперед. В моей баклажке было сухо, минеральной водой в пору было заваривать чай, а пить хотелось постоянно. Губы потрескались, на них появилась гадкая сухая корка… Спустя вечность я заметил, что практически перестал потеть. Руки чуть заметно подрагивали, ноги налились свинцовой тяжестью. Начало мутить.

— Александр, с вами все в порядке? — голос Хромова долетал до меня будто из-за стены. — Лицо такое бледное…

Я хотел что-то ответить, но вместо этого жалобно каркнул.

Перед глазами замелькали радужные круги, звезды, овалы и еще какая-то геометрическая фигня. Внезапно стало трудно двигаться, появилось ощущение расслабленности и… влажности. Нежеланный глоток заставил меня зайтись в кашле. Вода хлестала в лицо, наливалась в нос, лезла в глаза. Я вскочил, задергался как безумный…

— Спокойно-спокойно, все в порядке! — откуда-то сверху послышался знакомый голос. — все с ним в порядке, просто перегрелся немного.

Кое-как собрав мысли в пучок, я огляделся. Шагах в трех валялись рюкзаки, рядом с ними лежала и знакомая куртка. Надо мною склонился Карпов, он встревожено рассматривал мое лицо.

Сзади послышался легкий скрип, что сопровождал мое пробуждение. Я повернулся — Алексеев трудился над доисторической железной колонкой. Из ржавого крана с приваренным крючочком на конце толстыми струями вырывалась вода. Она текла во фляжку, подвешенную за ремень на тот самый крючок.

— Вам крупно повезло! — заявил Хромов. — Эта колонка находилась всего в тридцати шагах от того места, где вы упали. Скажите спасибо Карпову — это он ее заметил.

— Спасибо.

— Будешь должен, — ухмыльнулся солдат и протянул мне руку.

Нам действительно повезло, что натолкнулись на эту колонку. Как оказалось, вода закончилась у всех. А так, посвежевшие и отдохнувшие, мы двинулись дальше. Доктор дал мне какую-то зеленую пилюльку, после которой в голове будто форточка открылась. Пилюлька приятно холодила зубы, придавала бодрости. С таким допингом и шагать было веселей! Растительность вокруг была густая, пахло пылью, осенней травой и гарью.

— Смотрите! — вскрикнул Алексеев. — Там какая-то машина.

Чуть поодаль, возле приземистого, но довольно опрятного особнячка стояла до боли знакомая патрульная машина… ну, как стояла: ее передок был вдрызг разбит об фонарный столб. Мне стало не по себе, когда увидел неподвижное тело, лежавшее возле по-осеннему бедной клумбы, у входа в небольшой палисад. От машины за телом тянулась широкая красная полоса.

Мы будто по команде переглянулись. Я отрицательно покачал головой, солдаты повернулись к Игорю.

— Мы должны проверить! — уверенно заявил он. — Вдруг там еще есть живые?

— Живые? — вспыхнул я. — Да кровь уже в песок превратилась! Ты хоть башкой покрути-то: к машине придется через проклятый сад идти, а там темно как ночью!

Мне хорошо была знакома подобная мгла — видел такую же под заводом, в одной интересной комнатке. Спасибо, но туда не сунулся бы даже за деньги…

— Помогите! — послышалось тихое. — Л-ю-ю-д-и! На п-о-о-мощь!

Я чуть не подскочил на месте. «Неужели ученый олух был на самом деле прав, и там вправду кто-то есть?»

Сразу захотелось кинуться вперед, но на моем плече крепко сомкнулись пальцы.

— Только не вы, — покачал головой Хромов. — Мы же с вами договаривались — никакого риска!

— Да я ж разве рискую? — в моем голосе проскользнули недовольные нотки. — К тому же вы сами говорили: мы обязаны им помочь.

Я хмуро наблюдал за тем, как Карпов и Алексеев осторожно крадутся к особняку. Фонарный столб располагался прямо перед фасадом, нужно было лишь обогнуть невысокий заборчик и проскользнуть через фруктовый сад… Ох, и не нравился же он мне! Если рассуждать здраво: мы не должны были отклоняться от маршрута, останавливаться на отдых и уж, тем более, обязаны избегать потенциально опасных участков дороги. Так нет же! Из графика выбились, я без сознания валялся, — ну тут-то ладно, это ж я! — а теперь еще и внеплановое спасение мирных жителей. Хотя теперь-то понимаю, что не смог бы бросить их там… что бы ни сказал Хромов или солдаты. Человек должен всегда оставаться человеком. Наверное. Порой и благие намеренья выходят боком.