Андрей Легостаев - Канун Армагеддона

Радхаур посмотрел в указанную сторону. За одним из столов, в окружении меднокожих горбоносых мужчин в непривычных одеждах, сидела в кресле светловолосая красавица. Но в ней очень трудно было узнать ту, которую он когда-то любил больше жизни, ту, с которой хотел навсегда связать свою судьбу. Фигура округлилась, обрела пышность, на губах играла капризная улыбка. Их взгляды встретились, и красавица узнала его.

Она встала, отстранив спутников, и направилась к Радхауру.

Перед ним была не Лорелла. Перед ним была совершенно другая женщина, в которую обратилась его Лорелла. Да, она была восхитительна, прекрасна, от такой можно сойти с ума от нахлынувшей буйной страсти. Женщина с большой буквы. Таких Радхаур много раз встречал на своем пути.

Он поклонился ей, развернулся и направился дальше. Давно в нем умер мальчик по имени Уррий, который любил Лореллу.

Сказать ему было нечего.

— Майдар, как мне добраться до Гуронгеля? — спросил Радхаур, когда они удалились на почтительное расстояние от бывшей невесты.

— Сэр Радхаур, дождитесь окончания праздника и мы вместе с царем Тютином вернемся домой.

— Зачем я здесь?! — не выдержал граф. — Зачем царь Тютин позвал меня сюда?!!

Он не требовал ответа на свои вопросы, но Май-дар неожиданно сказал:

— Пригласить вас сюда, сэр Радхаур, попросил его я. Здесь вам ничто не угрожает.

— А что мне может угрожать в моем замке? — усмехнулся граф Маридунский.

— Я не знаю, — честно ответил озерный колдун. — Я не маг, я природный чародей, и не в моих силах сказать, какие силы ополчились на вас. Но очень скоро, в миг Большого Парада Планет, они наберут полную мощь и уничтожат всех, кто хочет возродить Алвисида. Огромный отряд носителей этой силы приближается к Озеру Трех Дев. Они думают, что вы там, а я увел вас в совершенно безопасное место.

Радхаур едва не схватил Майдара за грудки, но тут же понял, что логика озерного колдуна несколько отличается от человеческой, как и у всех подводных обитателей, в чем он уже имел несчастье убедиться.

— Я благодарен тебе за спасение, Майдар, — нашел в себе силы сказать Радхаур, сдерживая гнев и тревогу. — Но к Озеру Трех Дев поехал Этвард. Я должен быть там! Немедленно! Я помню, что вы оказались в Озере Трех Дев тогда, пятнадцать лет назад, когда мы с Эмрисом чуть не убили друг друга. Доставь меня туда, Майдар! Немедленно!!!

— Но вам угрожает там смертельная опасность, сэр Радхаур, — искренне удивился Майдар.

— Лучше погибнуть в бою, чем медленно умереть от стыда, — рявкнул граф Маридунский. — Сделай так, чтобы я немедленно оказался в Озере Трех Дев, иначе… — Он не договорил, что будет иначе, он сам не знал, что сделает.

Но Майдар быстро закивал головой:

— Я хотел спасти вас, сэр Радхаур. Я обещал привести вас к Лорелле, но… Будь по-вашему!

Глава девятая

Давным-давно — в те времена,

Когда людские племена

На воле жили, — нашим дедам

Был ни один закон неведом.

Так продолжалось до тех пор,

Покуда не возник раздор,

И ложь, и прочие пороки, —

Стал людям тесен мир широкий.

Тогда сказать пришла пора:

— Пусть будет честная игра!

— Что случилось, барон, вам плохо? — Ансеиса вернул в реальность встревоженный голос Гловера.

Барон затравленно осмотрелся — он по-прежнему сидел за столом. Напротив него, уронив голову на согнутую в локте руку, спал сэр Бламур. Рубашка Ансеиса действительно была мокрой, но не от поцелуев пышнотелой вдовушки, которая скорее всего и не подозревала об измучившем барона кошмаре, а от собственного холодного пота. За окном совершенно стемнело, казалось, сам воздух сгустился от насыщенности магической силой, но никто этого не замечал, кроме бывшего тайлорса — час, которого столь долго ждал мир, был уже близок.

— С тобой все в порядке, друг? — переспросил граф.

Барон кивнул, опьянения как ни бывало, все героические попытки напиться пропали втуне. Он обтер ладонью лоб, встал и подошел к шнурку для вызова слуг. Пока ждал, сделал несколько глотков эля прямо из кувшина, чтобы прийти в чувство.

Никогда с ним ничего подобного не случалось, никогда, с тех пор как он встретился взглядом с Аннаурой, у него в мыслях не было смотреть в другую сторону, да и до этого он избегал встреч с женщинами. Заклятье Алвисида не действует на того, кто любит по-настоящему, а без любви близость с женщиной, как поединок со змеей, пусть и пугающе прекрасной. Нахлынувшее наваждение Ансеис мог объяснить только надвигающимися магическими событиями и понял, что уклоняться от неизбежного бессмысленно.

— Я прекрасно себя чувствую, граф, — объяснился он перед гостем. — Приснился нехороший сон…

— Пророческий? — быстро переспросил Гловер. Барон рассмеялся:

— Даже когда я обладал магическим могуществом, я никогда не мог предсказать будущее. Тем более сейчас. Нет, сон скорее дурацкий, и уж точно не пророческий. Если ты устал, то можешь пройти в приготовленные комнаты. И надо разбудить Бламура.

— Пусть спит, — посмотрев на Ансеиса, решил граф. — А я еще выпью.

Появившиеся слуги быстро ликвидировали живописный беспорядок на столе, невесть откуда появились чистая посуда, множество свечей, блюда с едой, полные кувшины эля…

— Покину вас ненадолго, — то ли спросил, то ли поставил гостя в известность хозяин замка. 4 — Я тебя подожду, друг, — кивнул Гловер.

Барон поднялся в башню, не спеша зажег от прихваченного с собой светильника все свечи в восьми канделябрах — свечи были толстые, рассчитанные на много часов ночных бдений. Ансеис чувствовал, что грандиозные силы, управляющие жизнью вселенной, с натугой и неохотой приходят в движение. На мгновенье он пожалел, что не восстановил магическую сущность за эти, в общем-то, бесцельно прожитые годы. С его опытом и знаниями это было бы не очень трудно — покойный герцог Иглангер, лишившись своей магической сущности, восстановил ее за год с небольшим. Правда, он никогда и не обладал таким могуществом, как Хамрай…

Барон покачал головой, отгоняя неуместные мысли. Собственно, он не понимал, с какой целью поднялся в лабораторию, которую вообще неизвестно зачем оборудовал с такой любовью и тщательностью. Ансеис не понимал, что ему сейчас делать…

Он ухватился за раму узкого окна и с отчаяньем спросил у равнодушных звезд, взирающих на него из недоступных далей:

— Что происходит?!!

— Смена эпохи, — раздался равнодушный голос за спиной. — Старый мир уходит навсегда, хотя мало кто это сейчас осознает.

— Кто ты? — резко обернулся барон Ансеис.

— Твоя смерть, Хамрай, — так же глухо и словно ниоткуда ответил голос.